C y
Иногда самые волшебные традиции приходят к нам окольными путями, переживают запреты и возвращаются под новым соусом. История нашей ёлки — именно такая!
Представьте: конец 1699 года. На Руси ещё пахнет стариной, но молодой царь Пётр I, вдохновлённый Европой, издаёт указ: отныне Новый год празднуем 1 января! А чтобы было веселее, велел украшать улицы и ворота... хвойными ветвями! Но представьте — не привычных нам пушистых красавиц в домах, а просто зелёные украшения на улицах. Идея тогда прижилась не очень, но зерно было посеяно!
А вот и первая интрига: почти на 100 лет ёлка «засыпает». И просыпается она... благодаря любви! И не где-нибудь, а в императорской семье.
В 1818 году юная императрица Александра Фёдоровна, родом из Пруссии, тоскует по своему детству и тёплому немецкому Рождеству. Она решает устроить маленькое чудо в Аничковом дворце — ставит и наряжает первую в России рождественскую ёлку для своей семьи. Это был личный, семейный жест любви. Но что сделает мода, если пример подаёт сама императрица? Конечно же, вся знать и богатое купечество вмиг подхватили этот изящный и волшебный обычай! Ёлка победно шествует по гостиным.
И тут — кульминация! 1852 год, Санкт-Петербург. Первая ПУБЛИЧНАЯ ёлка в здании Екатерингофского вокзала. Представляете, какой это был фурор? Волшебство, доступное не только избранным! Началась эра больших праздников для всех.
Но была в этой сказке и мрачная глава. После революции 1917 года ёлку, как символ «буржуазного» и религиозного праздника, запретили. На долгие годы она стала изгнанницей...
Казалось бы, конец истории? А вот и нет! Финальный, самый неожиданный поворот.
В 1935 году советский деятель Павел Постышев делает гениальный ход: он предлагает вернуть ёлку, но уже не как рождественскую, а как новогоднюю! Ёлка-изгнанница вернулась на всеобщее обозрение, став символом самого светского, самого народного и самого детского праздника — Нового года. Так запретное стало главным атрибутом семейного счастья.
Вот такая она, наша ёлочка — с царскими указами, немецкими корнями, императорской любовью, революционными запретами и советским вторым рождением. Она пережила всё, чтобы дарить нам самое главное — ощущение чуда, запах хвои и собранных вокруг неё самых дорогих людей.