Недавно в Москве открылась выставка живописи Татьяны Плаксиной - дочери нашей так называемой "королевы шансона", ныне выступающей под ярким именем Татьяна Лилиан Плаксин. Теперь Татьяна представляет себя не как дочку Любови Успенской, а как самостоятельную творческую единицу.
Татьяна всерьёз сомневалась в успехе своей затеи и тревожилась, что зрители проигнорируют выставку, однако публика всё‑таки собралась. Но вместо ожидаемых оваций художницу встретили недоумением, колкими репликами и резкой критикой. В Сети разгорелись жаркие споры, а фраза "Люди, вы сошли с ума!" мгновенно стала вирусной. Единицы пытались разглядеть в работах прорыв в абстракции, но большинство поспешило покинуть галерею, перешёптываясь о необходимости вызвать врачей. Так что же это было - искреннее художественное высказывание или очередной продуманный пиар‑ход "звёздной семьи"?
Не так давно медиа активно обсуждали предполагаемый "побег" дочери Любови Успенской - Тани. Переживая глубочайшую тревогу, известная певица использовала весе доступные средства: задействовала личные контакты и обратилась за помощью к правоохранительным органам, чтобы найти девушку в Израиле. История изобиловала драматическими деталями - от обвинений в деспотичном обращении до неоднозначных видео в социальных сетях и намёков на не самые благовидные увлечения.
Теперь же вместо беглянки перед публикой предстала талантливая художница Татьяна Лилиан Плаксин. Её творческий рост достиг такой высоты, что она удостоилась персональной выставки в центре Москвы. Экспозиция под загадочным названием "Мой настроение" позиционировалась как "пространство внутреннего ветра, ощущаемого кожей и вниманием".
На выставке было представлено около пятидесяти масляных полотен - экспрессивных абстрактных работ, в которых, по словам галериста Юрия Омельченко, отразились боль, страдания и сложный жизненный опыт автора.
А ниже комментарий автора этих "шедевров".
Однако восприятие выставки оказалось далеко не однозначным: многие зрители увидели в работах отнюдь не "ветер души", а тревожные, почти пугающие образы. Ломаные линии, резкие цветовые контрасты и искажённые фигуры, напоминающие детские каракули с явными признаками душевного дисбаланса, вызвали у публики не восхищение, а скорее чувство дискомфорта.
В онлайн‑дискуссиях тональность была предельно жёсткой: некоторые комментаторы заявляли, что подобные произведения уместнее смотрелись бы в психиатрическом архиве, нежели в престижной галерее. Одним из самых популярных комментариев является просьба немедленно прислать для художницы санитаров: "Срочно зовите санитаров" - пишут комментаторы.
Звучали и предсказуемые упрёки в адрес происхождения автора: без громкой фамилии и финансовой поддержки матери, по мнению критиков, эти работы не смогли бы попасть даже на провинциальную выставку детского творчества.
Особого внимания удостоилась реакция Эвелины Блёданс, которая не стала скрывать своего скептического отношения. Осмотрев одно из полотен - изображение зловещего существа в красной шапке, - актриса прямо назвала работу "мазнёй", лишённой малейших признаков художественной ценности, и отметила, что её сын Семён способен создать нечто более талантливое.
Не желая поддерживать светскую игру в "понимание современного искусства", Блёданс покинула мероприятие, даже не задержавшись у фуршета. При этом критика никак не отразилась на ценовой политике: стоимость картин варьировалась от 200 до 700 тысяч рублей, что, видимо, считается нормой для заявленного жанра - абстрактного экспрессионизма.
Открытие выставки прошло в далеко не академической атмосфере: по свидетельствам гостей, алкогольные напитки подавались обильно и в определённой последовательности - от игристого вина к коньяку, а завершалось знакомство с творчеством Татьяны уже под водку.
Подобный формат, судя по всему, заметно влиял на эмоциональность восприятия представленных полотен.
Галерист Юрий Омельченко активно поддерживал провокационный настрой мероприятия, отстаивая идею о том, что эстетическая привлекательность картины не является обязательным условием её ценности - первостепенное значение имеет способность вызывать сильные эмоции у зрителя. В подтверждение своей позиции он приводил эксцентричный тезис о том, что даже желание плюнуть в холст можно считать признаком успешного взаимодействия художника со зрителем. При этом ни один из присутствующих не решился проверить данное утверждение на практике.
Сама Татьяна вела себя отстранённо: то исполняла музыкальные номера за роялем, то бесцельно перемещалась по залу с рассеянным взглядом.
В кратких беседах с журналистами она подчёркивала роль матери как главного наставника и критика, отмечая, что Любовь Успенская в целом поддерживает её творчество, хотя порой указывает на излишне мрачный характер отдельных работ.
Неожиданную поддержку начинающей художнице оказал сам Никас Сафронов - его появление на вернисаже многие расценили как негласный знак качества, хотя скептики усматривали в этом лишь элемент дорогостоящего пиара. Внимательно изучив работы, мастер вопреки ожиданиям не подверг творчество Татьяны критике, а, напротив, щедро одарил его похвалой.
Сафронов выступил против применения к творчеству Лилиан Плаксин строгих критериев академической школы. Там, где другие видят лишь небрежную «мазню», он обнаружил глубокие философские подтексты и искреннюю попытку самовыражения. Касаясь вопроса цен (от 200 до 700 тысяч рублей за полотно), художник отметил, что в современном искусстве стоимость определяется не столько техническим мастерством, сколько индивидуальностью автора и смелостью его художественного высказывания.
Хотя недоброжелатели тут же выдвинули предположение о возможном материальном стимулировании со стороны Любови Успенской, нельзя исключать, что Сафронов действительно разглядел в работах то, что остаётся недоступным рядовому зрителю: рынок "нетрадиционного" искусства зачастую оценивает не только художественную составляющую, но и потенциал инвестиционной привлекательности.
Что в итоге? Выставка Татьяны Лилиан Плаксиной вызвала широкий общественный резонанс, затронув сразу несколько острых тем. Прежде всего, она вновь актуализировала вечный спор о границах искусства: столкновение абстрактного экспрессионизма с привычным зрителю представлением о "красивой картине для интерьера" неизбежно породило жаркие дискуссии. Параллельно звучали обвинения в протекционизме - многие убеждены, что без звёздной фамилии и солидных финансовых ресурсов подобная экспозиция была бы невозможна.
Дополнительную эмоциональную остроту придаёт личная история художницы, вызывающая у публики противоречивые чувства - от сочувствия до раздражения.
Вообще история Плаксиной становится наглядным примером того, как финансовые ресурсы и влияние способны сформировать новый художественный бренд - порой на основе глубоко личных переживаний. При этом достоверных данных о количестве проданных картин нет, что наводит на мысль: возможно, все пятьдесят полотен так и остались в мастерской художницы.
Друзья, а как вам творчество Плаксиной?