Если вы появились на свет в СССР в 70-е или 80-е, то наверняка вам знакома эта фамилия. Валентина Толкунова — обладательница того самого мягкого, светлого голоса, который доносился из каждого утюга. Она пела о любви, о простом человеческом счастье, о деревенской России — и ей верили безоговорочно. Масштаб её популярности был поистине огромным — её имя знали от маленьких девушек до мегаполисов.
Однако есть такое расхожее выражение: «Если певица поёт о счастье, значит, оно ей незнакомо». И, дочитав историю до конца, вы поймёте, почему эти слова словно написаны про Валентину Васильевну… За её милой улыбкой скрывались и предательство, и тайные романы, и тяжёлая судьба сына, и жизнь женщины, которой
18-летняя разница в возрасте и рухнувшая мечта
Начнём с первого сильного удара, который довелось пережить Толкуновой. 1966 год. Двадцатилетняя Валентина попадает в джазовый коллектив «ВИО-66», которым тогда руководил Юрий Саульский. Ему — 38. Разница в добрых два десятка лет между ними. Но юная и впечатлительная 20-летняя девушка влюбляется так, как влюбляются только в столь нежном девичьем возрасте — искренне и, как кажется в тот момент, навсегда.
Через полгода они расписались. Саульский занимался её творчеством, водил на премьеры, баловал подарками. Всё выглядело как идеальная лавстори. Но за внешней витриной благополучия скрывалась неизлечимая страсть Саульского к женщинам. Позже выяснилось, что предложение Валентине он сделал, уже дав обещания другой певице из ансамбля.
А потом случилось то, что сломило Толкунову надолго. Саульский увлёкся актрисой Валентиной Аслановой. Подарил героине нашего рассказа французские духи — а спустя пару дней объявил, что их брак подошел к своему завершению. Представьте: ты радуешься подарку, а тебе в лицо говорят — «я люблю другую».
Валентина надолго замкнулась в себе. Долгое время жила у родителей, думала бросить карьеру и исчезнуть из столицы. Но всё-таки собралась и решила: «Нет, карьере я не дам погибнуть». Они развелись, жизнь у каждого пошла своим чередом, но вот рана в душе так и не затянулась.
Вдова при живом муже, 12 лет ожидания и сын, ставший обузой
После расставания Валентина встряхнулась, вновь занялась творчеством, и сцена приняла её с распростертыми объятиями. Позже она вышла замуж за разведчика Юрия Папорова. В 1977 году появился сын Николай. Казалось — вот оно, долгожданное семейное тепло.
Но мужа отправили в Мексику на долгие двенадцать лет. Валентина ехать в далекую и неизвестную страну отказалась — осталась одна с ребёнком, продолжая строить свою карьеру на родине. В какой-то момент Толкунову стали называть «соломенной вдовой»: по документам чья-то жена, но на деле — одна. Днём — сцена, песни о любви и верности, а ночью — пустая квартира и гнетущая тишина. 12 лет одиночества и вечное чувство вины перед ребёнком.
Когда муж вернулся, было уже поздно. Семья существовала формально — жили под одной крышей, но как соседи. Разводиться не стали, так и остались супругами на бумаге.
Тайная связь с физиком
В начале 80-х в жизни Валентины Васильевны появился физик-ядерщик Владимир Баранов, один из руководителей Курчатовского института. Их роман длился ровно двадцать лет.
С самого начала их отношений он предупредил — разводиться не станет, поэтому все эти годы Толкунова оставалась в статусе любовницы. И это были не ежедневные встречи при луне и охи-вздохи на скамейке — лишь несколько дней вдвоём в домах отдыха раз в несколько месяцев. На сцене — песни о вечной любви, в жизни — редкие встречи, о которых никому нельзя рассказывать.
Много раз она пыталась прекратить эту порочную в глазах общества связь. Жить в статусе «любовницы», которая надеется на мимолетные встречи, было невыносимо. Но она каждый раз возвращалась. Что это — привязанность? Страх остаться в одиночестве? Этого уже никто не узнает. Но согласитесь, два десятилетия — это почти целая жизнь.
Когда Баранов серьёзно заболел и умер в 2005 году, Валентина Васильевна даже не пришла проститься. Не позволила себе дать слабину.
«Что скажут люди? Как воспримет вдова?» — эти вопросы оказались сильнее чувств.
Как «святая» артистка вытаскивала единственного наследника из бездны
Её единственный сын Николай… Он вовсе не был тем типичным «звёздным ребёнком», которого с детства ведут по проторенной дорожке матери. Всё было наоборот. Он рос в доме, где мама почти не появлялась — концерты, съёмки, гастроли, репетиции. Да, подарки он получал щедрые, но вот самого дорогого — её времени и внимания — ему хронически не доставало.
В подростковые годы в душе парня поселилась обида. Он, как и многие проблемные подростки, увлёкся рок-музыкой и всерьёз мечтал стать рокером со всеми прилагающимися к этому статусу атрибутами, а его мать тем временем исполняла лирические песни о Родине и любви. В какой-то момент он даже высказал в лицо матери, мол, её творчество — всего лишь «балаган и обычная самодеятельность».
Но это был всего лишь подростковый бунт, переросший в юношеский максимализм. Такое случается сплошь и рядом. А вот затем в дом пришла настоящая беда. Николай пристрастился к запрещённым веществам… Мать, как это часто бывает, узнала об этом лишь тогда, когда любимого Коленьку задержали с дурманящим зельем «на кармане». И лишь благодаря усилиям Толкуновой, её знакомствам и непререкаемому авторитету дело удалось замять и не довести до тюрьмы.
После этого случая Валентина Васильевна принялась таскать Николая с собой повсюду — на репетиции, на концерты, и никогда не оставляла его, когда уезжала в другие города на гастроли. Это была уже не просто опека, это был тотальный контроль, который лишал свободы не только самого наследника, но и её мать. Николай бунтовал — срывался на крик, оскорблял самого близкого ей человека, а она по ночам тихо плакала, переживая и за него, и за себя.
В итоге, не выдержав гиперопеки, Николай сбежал в Болгарию. Просто собрался и исчез — и долгие годы почти не поддерживал с матерью связи…
Как гордость стоила Толкуновой жизни
В 1992 году у неё обнаружили онкологию. Страшный диагноз для любого возврата, а Валентине Васильевне на тот момент было всего 46 лет. Тогда болезнь удалось остановить. Но вот проходить регулярные обследования она отказалась наотрез. И это стало роковой ошибкой.
В феврале 2010-го она уже не могла застегнуть обувь — руки не слушались. Это были признаки метастаз в мозге. Но вместо больницы — поездка на концерт в Могилёв. Прямо на сцене ей стало плохо, потеряла сознание. Сначала — местная больница, затем — Москва.
Врачи лишь разводили руками. Боль, бессилие, месяц в палате. 22 марта 2010 года — кома, и через два часа сердце остановилось.
Ей было всего 63. Она могла бы жить дольше, если бы не игнорировала рекомендации медиков. Но, привыкшая экономить время и работать без остановки, она не позволила себе лечение за границей — даже тогда, когда речь шла о собственной жизни.
Судьба сына и наследства
Николай появился в больнице, когда мать уже находилась в реанимации. Слишком поздно. В последнем разговоре она просила его завязать с опасными привычками. После её смерти он переехал к дяде — брату Валентины Васильевны. Говорят, свою семейную жизнь Николай так и не устроил. Так и не женился, детей не завёл. Сейчас Николай работает художником-осветителем в театре АРТ — том самом, который когда-то возглавляла его мать.
Юрий Папоров, второй муж Толкуновой, пережил её лишь на несколько месяцев и тоже ушёл из жизни в 2010-м.
Два десятилетия жизни под маской перед зрителем
Валентина Толкунова пела о любви, о тихом человеческом счастье, о верности и русской душе. Миллионы людей верили каждому её слову, плакали вместе с её голосом, потому что были уверены — перед ними женщина, которая всё это прожила на собственном опыте.
Но как же было на самом деле? В реальности она оставалась одинокой. Первый супруг предал её, второй исчез из жизни на целых двенадцать лет, а третий мужчина появлялся лишь эпизодически — раз в несколько месяцев, украдкой, в домах отдыха. Отношения с сыном тоже были натянутыми — работа всегда стояла для Валентины Васильевны на первом месте. Да, она спасла его от тюрьмы, но взаимного тепла так и не дождалась.
И всё это время она выходила на сцену и пела о счастье. Как это назвать? Высший профессионализм? Или маска, которая приросла к лицу настолько, что в неё поверила даже сама артистка?
Что-то подсказывает, что Толкунова была человеком редкой силы. Столько боли, разочарований, одиночества — а она не так и не сломалась. Продолжала трудиться, продолжала петь, продолжала поддерживать других, даже когда самой было невыносимо тяжело.
Но всё это не отменяет правды. Образ «святой» певицы — лишь красивая легенда, созданная той системой и журналистами. А настоящая её жизнь оказалась куда сложнее, трагичнее и печальнее, чем нам когда-то казалось.
А как вы, дорогие читатели, относитесь к творчеству этой певицы? Делитесь своим мнением в комментариях и не забывайте подписываться на наш канал.