1976 год запомнился любителям хоккея в нашей стране как яркими победами, так и горькими разочарованиями. Два клуба – ЦСКА и «Крылья Советов» сыграли в первой клубной Суперсерии, а сборная СССР чуть позже, в австрийском Инсбруке вновь завоевала золотые олимпийские медали, одолев в драматичном финале сборную Чехословакии. Отправляясь в Польшу на очередной чемпионат мира и Европы, болельщики, да и сами советские хоккеисты даже в кошмарном сне не могли представить, чем обернётся для них это мировое первенство. Первый и единственный раз в истории, сильнейшая сборная СССР уступила хозяевам – сборной Польши. И пусть счёт был не разгромным – 4:6, тем не менее, поляки сотворили сенсацию. Место в воротах советской команды сначала занял Александр Сидельников. Это было вполне логичное решение наших тренеров, ведь по их разумению, польские спортсмены совершенно не представляли для нас никакой угрозы, а Владислава Третьяка стоило бы поберечь для более важных поединков. Игра у Сидельникова в итоге не задалась, и после того, как четвёртая шайба побывала в сетке наших ворот, его место в воротах всё-таки занял Третьяк. При этом, одним из самых активных и забивных хоккеистов в составе польской команды был игрок с неблагозвучной для русского языка фамилией Йобчик. И если у советских игроков фамилия поляка вызывала нескрываемую улыбку, то телекомментатору Николаю Озерову было совсем не до смеха. Быстро сообразив, что произносить по-русски в прямом эфире его фамилию смерти подобно, Озеров предпочёл отмолчаться и не называть автора гола в ворота сборной СССР. Но по иронии судьбы Йобчик снова отличился. И находчивый Николай Николаевич решил заменить букву «Й» на французский манер – «Ж». В результате словесной эквилибристики на весь Советский Союз прозвучало: «Шайбу забросил Жобчик!» Естественно, благозвучия такой оборот речи тоже не добавлял. А сам Йобчик, будто назло, не успокаивался и отметился ещё парой заброшенных шайб. Озерову вновь пришлось выкручиваться. Выход был найден! Как только Йобчик остро атаковал ворота соперника, советский комментатор произносил фразу: «Опять этот тринадцатый номер…» Мировое золото на этом чемпионате мира мы упустили, но оргвыводов в этот раз не последовало. Более того, провал на мировом первенстве у нас списали на усталость лидеров команды, которые ранее в тяжелейшей борьбе подтвердили звание олимпийских чемпионов. Поэтому, когда советская сборная отправилась на первый «Кубок Канады», в её составе произошли существенные кадровые изменения. После досадной осечки в Польше, наши спортивные руководители решили не рисковать репутацией советского хоккея и отправили за океан экспериментальную команду, со старшим тренером Виктором Тихоновым во главе. Разочарованию организаторов турнира не было предела. Канадские любители хоккея с нетерпением ждали встречи с Борисом Михайловым, Александром Якушевым, Валерием Харламовым, Владимиром Петровым… «За что же вы лишили ваших ребят такого хоккейного праздника?», - с нескрываемым сожалением спрашивал Алан Иглсон тренеров сборной СССР. Но и без этих пятерых, звёзд в составе советской дружины хватало: Владимир Лутченко, Валерий Васильев, Александр Мальцев, Александр Гусев, Юрий Лебедев. А ворота защищал Владислав Третьяк. Это, кстати, было обязательным условием Виктора Тихонова, которое он озвучил представителям Федерации хоккея СССР. Напутствуя нашу команду, руководители советского спорта не требовали от старшего тренера безоговорочной победы. Достаточно было ограничиться одним из призовых мест. И Тихонов с поставленной задачей справился, заняв третье место. В Советском Союзе тогда ещё не рассматривали этот турнир в числе приоритетных, окрестив его в прессе коммерческими соревнованиями, не имеющими спортивного значения. Одним из спонсоров «Кубка Канады-76» выступила всемирно известная компания «Тойота», которая презентовала новенький автомобиль нашему Владиславу Третьяку. Это был роскошный подарок, но с его транспортировкой вышла заминка. Презент доставили в Москву на самолёте, однако советская таможня обложила подарок огромным по тем временам налогом – 8 тысяч рублей. Отказавшийся платить за подарок Третьяк составил письмо на имя министра внешней торговли, в котором попросил чиновника в виде исключения пойти ему навстречу и отменить налоговый вычет. Посовещавшись с группой ответственных товарищей, министр дал «добро» и разрешил Владиславу Третьяку взять «Тойоту» бесплатно, но при этом спортсмену было выдвинуто условие – в течение пяти лет машину не продавать. В итоге вратарь сборной СССР пять лет колесил по Москве на «Тойоте» ярко-жёлтого цвета. Однако, как только истекла та самая пятилетка, Третьяк от автомобиля быстренько избавился, продав заокеанский приз за очень приличные деньги. По его словам, очень тяжело было доставать на него запчасти, да и цены кусались. Вот так Третьяк пересел на отечественную «Волгу».
Подписывайтесь на наш канал, впереди Вас ждёт много интересного...