РЫБАЦКОЕ СЧАСТЬЕ
Червяк отчаянно извивался на рыболовном крючке. Лениво загребая плавниками, к нему подплыл карась:
-- Какое аппетитное блюдо!
-- Дурак ты. Сам скоро блюдом станешь. Жареным.
-- Смотри, какой наглый! С чего ты взял?
-- С того! Сразу видно, мозги рыбьи. Ты что, ничего надо мною не замечаешь?
-- Ничего. И над собой тоже.
-- Вот кретин. Я на крючке в качестве приманки, он к леске прикреплен, вдоль нее выше грузило, а на поверхности воды, там, где светло, поплавок. Все это удочкой называется, чтоб таких как ты идиотов в пруду ловить.
-- Не груби. Сам - то как на крючке оказался?
-- Да по глупости. Угораздило же меня под лопату мужику подвернуться, когда он червей для рыбалки копал.
-- А рыбалка, это что?
-- Ну, ты точно темнота болотная. Рыбалка, это когда таких как ты, олухов, нашим братом завлекают. Ты меня глотаешь и все, попался.
-- Пока что ты попался...
-- Увы, -- обреченно вздохнул червяк, -- но ты дальше
послушай. Бросил, значит, меня мужик в порожнюю банку консервную и стал к рыбалке готовиться, с женой препираться. Она ему: " хоть бы одного карася завалящего домой притащил на жареху. Все время пустой возвращаешься. Лучше на рынок сгоняй, купи свежей рыбки у тех, кто умней тебя да поноровистей." Он ей в ответ: " что ты в этом понимать можешь, женщина. Тут все от случая зависит. От погоды, например. От давления атмосферного. Да мало ли от чего еще. Рыбу ловить -- это ж целая наука. Может, я на сей раз ведро натягаю". Тоже мне, траулер нашелся.
-- А вдруг ему вправду повезет?
-- Повезет, как же. Скучковались они втроем, сели в машину. Сначала в один магазин заехали, после в другой. Водки набрали больше, чем удочек. Харчем затарились. Прибыли сюда, на берег, и выяснилось: то забыли, другое. Болваны. Зато по первой, не откладывая, приняли. Без закуси. Алкаши. Пока снасти разбирали, по второй сподобились, под огурчики солененькие. И уже потом, когда меня с родней на крючки нанизали и в глубину забросили, жратву на газетке разложили и по третьей налили. Сказали, за эту, как ее, за удачу. Мечтатели вяленые. Сейчас, наверное, на полянке развалились, лакают горькую да врут друг дружке, какие они ловцы бывалые. Фантазеры. Сами - то, небось, и рыбы настоящей не видали, разве что в аквариумах. Всю ночь у костра таким манером проторчат, утром зенки похмельные продерут, насшибают на зорьке всякой мелочи, вроде тебя, и домой повезут срамиться. Добытчики несчастные.
-- Постой, с чего ты взял, что я мелочь?
-- А кто ж ты? Вон какой худющий, едва на сотню граммов тянешь. На камбалу смахиваешь, хоть плаваешь вертикально и глаза в разбег. А еще костлявый и тиной от тебя за версту несет. Короче, как дичь, ты на любителя, и, если честно, на вкус так себе, тьфу!
-- Что - то ты больно разговорчив, -- карась обиженно поджал жабры, пустил пузыри и приблизился к червяку вплотную, -- не хотел тобой закусывать, но, видно, придется. Хамишь...
-- Воля твоя, но я тебя предупреждал. Валяй, цепляйся, только вот слегка подвинусь. Вспомнишь мои слова, когда на сковородке будешь подпрыгивать.
-- Не пугай, козявка, разозлил ты меня...
Едва карась проглотил червяка, как сразу почувствовал острую боль и что – то стремительно повлекло его наверх. На берегу пруда рядком сидели три захмелевших мужика и, тихо переговариваясь, следили за подрагивающими поплавками. У двоих почти не клевало, но третий, тот самый, то и дело выдергивал из воды одну за другой золотистую рыбешку.
-- У тебя сегодня везуха, -- завидовали ему товарищи.
-- Сам ничего не пойму, отчего. И еще что удивительно: сколько уже натаскал, а червячок на крючке целый и свеженький, будто только что выкопанный. Заменить его боюсь, а вдруг фарт кончится?
-- Правильно, не меняй. Может, это он рыбе зубы заговаривает, вот она и прет.
-- Ну, ты шутник. Какие к черту у карася зубы и где ты видел говорящего дождевого червя? Ребята, ему больше не наливать...