Ольга сидела на краю кровати и смотрела в окно. Тридцать лет — возраст, который, по мнению её родителей, должен был означать обручальное кольцо, ипотеку и, возможно, первый намек на седины.
У Ольги не было ни одного из этого списка. Вместо этого у неё была двушка в престижном районе, должность старшего менеджера в консалтинговой фирме, и, что самое главное, полная, абсолютная свобода.
Свобода была её божеством, ее религией. Она ценила её выше стабильности, выше клятв и выше даже той тихой, но постоянной тревоги, которую иногда ощущала, вспоминая о возрасте.
Отношения с женатым
Отношения с Игорем начались два года назад и были, по всем меркам, идеальным симбиозом для Ольги. Он был женат, богат, щедр и, что самое важное, не требователен к ее времени или её будущему.
Они встречались в квартире Ольги, посещали рестораны, где никто из знакомых не мог их заметить, и расставались, чтобы вернуться к своим делам. Она получала эмоции, дорогие подарки и отсутствие всяких «ты мне должна».
Ольга и не скрывала, что не собирается замуж, Игоря, естественно, эти отношения устраивали.
Он просто наслаждался тем, что она не была его женой. А она наслаждалась тем, что он не был ее мужем. Именно поэтому новость, которую она узнала две недели назад, казалась насмешкой судьбы, издёвкой Вселенной над её тщательно выстроенным миром.
Две полоски
– Случайно?» — подумала женщина, массируя виски. Слово звучало абсурдно. Она была дотошной, всегда контролировала ситуацию. Но организм, видимо, решил, что пришло время бунта.
Контрацептив дал сбой, а плотное расписание и постоянный стресс на работе, кажется, сделали свое дело. Первым делом она вызвала Игоря.
Это была не та встреча, где они планировали ужин при свечах. Она пригласила его к себе, в свою крепость, чтобы посмотреть ему прямо в глаза, когда сообщит об этом «сюрпризе».
Игорь появился в своем идеально отглаженном костюме, пахнущий дорогим одеколоном и легкой небрежностью, свойственной успешным мужчинам. Он сразу заметил напряжение.
— Оля, ты бледная. Что случилось? Заболела?
Она налила себе воды, игнорируя предложение выпить вина, а затем сказала: "Нет, Игорь. Проблемы другого рода. И они… очень личные."
Он сел на край дивана, скрестив ноги: "Выкладывай, не томи."
Женщина глубоко вздохнула, глядя на его белые, холёные руки, а затем сказала, что беременна.
Наступила тишина. Не долгая, но достаточно вязкая, чтобы Ольга успела почувствовать, как её сердце отбивает нервный ритм.
Разговор с возлюбленным
Игорь моргнул раз, потом второй. Выражение его лица не изменилось, не было ни шока, ни радости. Только лёгкое недоумение, как будто ей сообщили о задержке рейса.
— Ты уверена? — спросил он ровным тоном.
— Да, Игорь. Я сделала три теста. И была у врача. Срок небольшой, но ребенок есть.
— И что ты хочешь от меня, Оля?
Вот он, главный вопрос. Ольга ожидала чего угодно: гнева, требования уйти, мольбы остаться. Но не этого отстраненного тона.
— Я хочу, чтобы ты помог мне решить эту проблему, — четко произнесла она. — Ты понимаешь, что в мои планы это не входит. Я не хочу детей. Не сейчас. И уж точно не в таком формате.
— Ты же знаешь, я не могу уйти из семьи, — напомнил он, как будто они говорили о смене работы.
— Я знаю! — почти закричала женщина, тут же понижая голос до шёпота. — Мне не нужно, чтобы ты уходил! Мне не нужно, чтобы ты женился на мне! Мне нужна твоя помощь.
Финансовая. Ты же понимаешь, что аборт — это не бесплатно.
Реакция Игоря
Игорь медленно кивнул, словно обдумывая сложную сделку.
— Я не могу, Оля.
— Что значит «не можешь»? У тебя на счетах…
— Деньги — это не проблема, — перебил он. — Проблема в другом. Ты сказала, что это твой ребенок, и ты его не хочешь. Значит, это твоё решение. Я не хочу быть вовлеченным ни в какие твои медицинские процедуры, ни в какие скандалы, ни в какие… обязательства.
Ольга почувствовала, как её спокойствие, её знаменитое самообладание, начинает давать трещины.
— Обязательства? Игорь, мы два года… Ты дарил мне подарки, мы проводили время. Ты считаешь, что это было настолько ничтожно, что ты не можешь потратить небольшую сумму, чтобы убрать эту проблему?
— Я считаю, что это было то, о чем мы договорились. Никакого будущего, никаких последствий. Ты нарушила правила, Оля. Ты забеременела. Это твоя ответственность.
— Моя ответственность? — её голос зазвенел. — А ты, простите, несешь ответственность за свой… инструмент? Ты же мужчина!
— Я не принуждал тебя, Оля. Ты взрослый человек. Ты говоришь, что не хочешь детей. Отлично. Действуй согласно своим принципам. У тебя хорошая работа.
Это был удар ниже пояса. Она думала, что он оценит её рациональность. Она думала, что они цивилизованные люди.
— Значит, ты отказываешься мне помочь даже на это?
— Да. И я прошу тебя больше не поднимать эту тему. Если ты решишь оставить ребенка, это будет твой выбор. Но тогда я не смогу продолжать с тобой видеться.
Я не готов к внебрачным детям, Оля. Это слишком опасно для моей семьи.
Бросил и сказал, чтобы сама решала проблемы
Он встал, поправил пиджак и направился к двери.
— Игорь! — позвала она. Он обернулся.
— Подумай. Я не требую брака. Я требую помощи в решении вопроса, который затрагивает и тебя, как биологического отца.
— Думать не о чем. Ты не оставляешь мне выбора, кроме как прекратить общение. Удачи тебе, Оля.
Дверь закрылась. Оля осталась одна в тишине своей идеальной квартиры, с осознанием того, что её жизнь, которую она так тщательно защищала от любых случайностей, изменилась.
Следующие несколько дней Оля провела в состоянии отстраненного анализа. Её первым побуждением, продиктованным чистым эгоизмом и злостью, было пойти ва-банк.
«Родить ему назло, сделать тест ДНК и заставить платить алименты?»
Мысль была привлекательной в своей мстительности. Заставить этого самодовольного, порядочного в рамках своей семьи человека, ответить за свои «поступки».
Она представила, как его жена, эта, наверное, милая домохозяйка, узнает правду. Представила, как Игорь будет пытаться сохранить фасад, пока она, Ольга, будет сидеть в зале суда с маленьким, но неоспоримым доказательством его измены.
Но потом посмотрела на себя в зеркало. Что она увидела? Женщину, которая готова бросить все ради доказательства своей правоты? Женщину, которая готова запятнать свою репутацию и, главное, свое личное пространство ради битвы?
— Какая из меня мать? — прошептала она своему отражению. — Я даже кота не завожу, потому что он требует внимания.
Она не хотела становиться матерью. Она хотела гулять, летать в командировки, тратить деньги на платья, а не на подгузники. Дети — это другой образ жизни, другой уровень ответственности, который она сознательно отвергла.
Поможет ли подруга
Она решила поговорить с Мариной. Марина была её лучшей подругой, полной противоположностью Оли — замужем, двое детей, постоянно в стрессе, но при этом абсолютно счастлива в своем «беспорядке».
Они встретились в кафе, которое Оля обычно игнорировала из-за его «слишком семейной» атмосферы.
— Ты выглядишь так, будто тебя только что ограбили, — заметила Марина, откусывая круассан. — И где твой usual latte? Ты заказала травяной чай!
Оля нервно помешала ложечкой в чашке.
— У меня кризис, Марин. Серьёзный.
— Ипотека? Босс уволил?
— Хуже. Я беременна.
Марина подавилась кофе.
— Что?! Ты… ты шутишь? От кого? У тебя же…
— Да, у меня Игорь. Тот самый. Женатый. И, кстати, он отказался помогать. Абсолютно.
— Какой гад! — возмутилась Марина, мгновенно перейдя на сторону Оли. — Он что, совсем? Ты же ему объяснила, что тебе нужен только аборт?
— Объяснила. Сказал, что это моя ответственность. Якобы, я нарушила правила игры.
Решила пойти на шантаж
— А он, значит, не нарушил, оставаясь женатым и… эээ… оплодотворяя тебя? — Марина покачала головой, — слушай, Оля, я понимаю, что тебе не нужны дети, но этот человек не может просто отвертеться, даже если это касается только денег на операцию!
— Вот именно! — Оля почувствовала облегчение от того, что ее злость нашла подтверждение у постороннего человека. — Я не требую от него семьи. Я просто хочу элементарной справедливости. Он должен ответить за то, что произошло.
— Ты же не собираешься рожать ему назло?
— Нет, я не хочу рожать. Но я готова на шантаж, Марин. Я готова пойти к его жене.
Марина побледнела.
— Ты с ума сошла? Зачем? Ты же говорила, что тебе жалко её. Она же не виновата.
— Мне жалко её, но сейчас я в ситуации, когда мне нужно спасать своё будущее! И я не хочу быть той, кто живет в страхе, что однажды я не смогу оплатить свой кредит, потому что этот скупой трус решил, что его репутация дороже копейки, которую он мне должен!
— Оля, ты же никогда не была мстительной. Ты всегда говорила: «Я просто живу для себя».
— Да, живу для себя! И сейчас мне нужно, чтобы он помог мне вернуться к моей жизни! Если он не хочет действовать по-человечески, я заставлю его действовать по закону.
— И как ты докажешь, что ребёок его?
План мести
Оля улыбнулась: "А вот здесь начинается самое интересное. Я люблю себя, Марин. И я всегда была на шаг впереди. Я не изменяла Игорю за эти два года ни с кем. Я никогда не позволяла себе другой связи. И я готова это доказать."
— Как? — Марина была заинтригована, хотя и напугана.
— У меня есть доказательства моей верности. У меня всегда были свои принципы. Я не искала другого мужчины, пока у меня был Игорь. Мне просто нужно собрать это в один пакет, чтобы он понял, что я не блефую.
Оля вернулась домой с новым планом, в котором не было места слабости. Она заблокировала Игоря во всех мессенджерах, чтобы не поддаться на возможное последующее давление или извинения.
Она начала действовать. Сбор доказательств её верности за последние два года был несложным. Её карьера требовала идеальной самодисциплины.
Всё свободное время, за исключением редких встреч с Игорем, было задокументировано: командировки, вечера с Мариной, курсы повышения квалификации, одинокие выходные в СПА.
У неё были счета, чеки, электронные письма от коллег, подтверждающие её местонахождение.
Она нашла свой старый ежедневник, где скрупулезно записывала не только встречи с Игорем, но и то, когда они не встречались, просто чтобы держать картину ясной.
Бросил любимую женщину? Плати
Через три дня она прислала Игорю электронное письмо на его рабочий адрес — самый официальный и, значит, самый просматриваемый им канал связи. Тема письма: «Предложение, от которого нельзя отказаться». Текст был сухим и лаконичным:
Игорь, Я не хочу вовлекать твою жену и семью в этот процесс. Я не хочу, чтобы ты терял репутацию, которую так ценишь. Но и я не собираюсь лишаться своего будущего из-за твоей мелочности.
Ты отказался добровольно помочь мне решить эту проблему. Это твоя ошибка. Я готова согласиться на минимальную сумму, которая покроет все расходы на процедуру, и мы забудем об этом инциденте. Сумма указана ниже.
Если ты отказываешься, я вынуждена буду предпринять следующие шаги: а) официально заявить о беременности и инициировать процесс установления отцовства, б) предоставить суду доказательства того, что ты был моим единственным партнером последние два года. Я не думаю, что тебе захочется, чтобы твоя супруга и деловые партнеры узнали о таком «порядке» в твоей личной жизни.
Сумма: [Оля поставила сумму, которая была достаточно высокой, чтобы быть «наказанием», но не настолько, чтобы вызвать мгновенный судебный спор]. У тебя есть 24 часа на ответ. Оля.
Через десять часов тишина была нарушена звонком на её личный телефон.
Игорь не стал писать. Он позвонил.
Телефонный звонок
— Оля, ты неадекватная? — его голос был напряженным, но уже без былой уверенности.
— Я адекватна как никогда, Игорь. Я предложила тебе выход, который тебя устраивает.
— Ты угрожаешь мне судом? Ты понимаешь, что это разрушит мою жизнь?
— А я не понимаю, почему моя жизнь не должна пострадать из-за того, что ты решил повести себя как мелочный эгоист? Ты говорил о последствиях. Вот тебе последствия твоих действий. Ты был не готов к отцовству, я не готова к материнству. Есть простое решение.
— Ты переходишь черту, Оля. Я не думал, что ты настолько…
— Настолько забочусь о своем будущем? Да. Ты меня недооценил. Ты решил, что я слабая любовница, которая проглотит отказ. Но я никогда не была слабой.
— Ты хочешь, чтобы я просто отдал тебе деньги? Без всяких гарантий, что ты… сделаешь это?
Оля усмехнулась.
— Ты думаешь, я буду рожать его назло? Игорь, я тебе сказала, что мне не нужны дети. Мне нужна свобода, которая у меня была. Ты хочешь гарантий?
Хорошо. После того, как деньги поступят на мой счёт, я пришлю тебе скан направления на процедуру. И я больше никогда тебе не позвоню. Мы оба вернемся к своим жизням. Честно.
На другом конце провода повисла долгая пауза. Он, видимо, взвешивал репутационный риск против суммы.
— Это шантаж, Оля.
— Это называется «ответственность за свой поступок», Игорь. Ты не можешь просто сказать «это не мой ребенок», когда я могу доказать, что ты был моим единственным мужчиной. Я готова к этому. Ты готов к тому, что твоя жена узнает, что ее муж настолько скупой, что предпочитает разбираться с любовницей через суд, вместо того чтобы просто заплатить за избавление от проблемы?
Он сдался. Голос его стал тихим и полным усталости.
— Ладно. Отправь мне реквизиты для перевода. Я сделаю это сегодня же. И пусть это будет последним, что связывает нас.
— Договорились.
Почувствовала свободу. Но не окажется её вкус горьким
Оля отключила связь. Руки её немного дрожали, но внутри разливалось знакомое чувство контроля.
Она отправила реквизиты, указав точную сумму. Через два часа пришло уведомление о поступлении средств. Это было не просто облегчение, это было торжество ее принципов.
Она добилась своего, не разрушая при этом чужую, пусть и не совсем честную, жизнь. Ольга подошла к окну. Солнце освещало город. Она пошла в ванную и смыла с лица остатки напряжения.
Спустя час она уже была в клинике, оформляя документы на процедуру. Врач уточнила, уверена ли она в своем решении.
— Абсолютно уверена, — ответила Ольга — Это единственное, что я могу сделать для себя в данной ситуации.
Через неделю, когда процедура была завершена и она полностью восстановилась, Оля почувствовала ту же лёгкость, что и всегда после отпуска или сложного проекта. Она снова была свободна. Она никогда больше не искала встреч с Игорем.
Его не было в её жизни, и его деньги, которые она потратила не только на клинику, но и на поездку в Рим, которую давно откладывала, просто вернули её в то состояние покоя, которое она ценила превыше всего.
Конечно, в этот момент женщина чувствовала себя свободной и возможно даже счастливой. Но не пожалеет ли она о своём решении в дальнейшем?
Карьера, поездки, путешествия - это, конечно, хорошо. Но возвращаться домой в пустую квартиру тоже не самый лучший вариант.
Всё-таки главное предназначение женщины - материнство, а Ольга его не выполнила. Невесёлая история про стрекозу, которая лето красное пропела известна всем. Не исключено, что эта женщина тоже окажется в такой же ситуации, как вы считаете?
Благодарю вас, уважаемые читатели, за интерес к статье! Комментарии, лайки, подписка на канал приветствуются. Вас ожидает много интересного!