Если у каждого времени года в Волшебном лесу есть свой цвет, то осень, конечно - рыжий. А если у каждого времени есть свой характер, то осень — пора хлопот, запасов и идеального порядка. По крайней мере, так считала белка - Мама Бе и многие другие. Поэтому, когда в эту размеренную, деловую пору в лесу началась странная эпидемия, это вызвало настоящий переполох.
Эпидемия эта была тихой, мягкой и на удивление… милой. Но она была.... У Мамы Бе из кладовой пропала её лучшая бочка кедровых орехов. На ее месте она нашла лишь горсть скорлупок и тёплое углубление, будто там кто-то сладко спал. У Папы Зая бесследно исчезла одна варежка из новой пары. Сестрёнка Ли горько плакала, потеряв свой любимый мешочек для ароматных трав, а в гнезде Сорок вдруг обнаружился посторонний— маленький, свёрнутый клубочком, тёплый и пушистый зверёк, который тихо посапывал. Но об этом чуть позже...
Казалось, в лесу завёлся таинственный вор, который крадёт не вещи, а… уют. Или же завёлся добрый, но совершенно бестолковый домовой. Лес был озадачен и слегка раздражён. Особенно кипятилась Мама Бе, для которой нарушение порядка было личным оскорблением. «Это недопустимо! — возмущалась она. — Кто-то ворует наши вещи и спит в них! Нужно найти этого нахала и устроить ему воспитательную беседу!».
Расследование поручили самому искусному дипломату и сыщику — Маме Ли. И она, проявив всё своё знание звериных душ, быстро вышла на след. Вернее, не на след, а на… запах. Запах сонной полыни и сушёных яблок вёл к старой, дуплистой яблоне на окраине сада Ёжиков. Заглянув внутрь, Мама Ли ахнула.
Дупло не было пустым. Оно было домом. Вернее, временной, очень тесной и невероятно уютной квартирой для целого семейства. Там, в клубке из обрывков мха, пуха, тряпочек и украденных вещей, сладко посапывали несколько очаровательных созданий с большими тёмными глазами-пуговками, пушистыми хвостами и самыми беззаботными мордочками на свете. Это были сони. Папа Сонь, Мама Соня и трое малышей-Сонюшек. Рядом валялись и пропавшие вещи: варежка Папы Зая служила одеялом, мешочек Сестрёнки Ли был подушкой, а со дна дупла выглядывал бок злополучной бочки.
Мама Ли не стала их будить. Она наблюдала. И поняла главное: это не были воры. Это были гости волшебного леса, которым он очень полюбился, но они не знали его традиций. Они не воровали вещи. Они влюблялись в них. Влюблялись в шершавую теплоту старой варежки, в нежный аромат трав в мешочке, в надёжные, гладкие стенки ореховой бочки. И, влюбившись, они совершали самый искренний акт доверия — засыпали. Засыпали крепко, надолго, до самой весны, не спросив разрешения, потому что их крошечные, сонные сердца не знали такого понятия, как «частная собственность». Их вина была в абсолютной, трогательной и немного глупой непосредственности.
Когда история раскрылась, гнев большинства улетучился, сменившись умилением и лёгким недоумением. Что же делать с этими хаотичными, но такими милыми соседями? Выгнать? Но они спали так сладко и беззащитно. Оставить как есть? Но тогда к следующей осени можно остаться без половины домашнего скарба.
Решение родилось, как часто бывает, из доброты и чувства юмора. Малышка Соня, самая любопытная, случайно проснулась посреди зимы от оттепели и, сонная и растерянная, забрела прямо на порог дупла Утуши. Я не стала её гнать, взяла её под крыло, согрела, и она, прошептав что-то неразборчивое, тут же заснула. В этом не было злого умысла, только безграничное доверие.
На общем совете мы решили превратить проблему в праздник. Бобры, посмеиваясь, соорудили «Гостевой домик для сонь» — большой, тёплый ящик с множеством отделений, набитых мягкой подстилкой. А мы с Мамой Ли придумали «Сонный Цирк». Раз в год, в самую золотую пору осени, семьи выносят на полянку старые, мягкие, теплые, но уже ненужные вещи: дырявые носки, поношенные шапочки, пледы и олеялан. И мы приглашаем семейство Сонь на засыпание. Они копошатся в этой груде уютных вещей, выбирают самое удобное местечко и, под общий весёлый, добрый смех, засыпают напоказ в самых нелепых позах. Это стало одной из самых любимых осенних традиций нашего леса.
А негласное правило теперь звучит так: «Если нашёл в своей вещи спящую соню — не сердись. Осторожно, чтобы не разбудить, перенеси её в гостевой домик и подложи ей твою вещь. Пусть спит спокойно».
Сони научили нас простой, но важной истине: порядок и правила — это хорошо. Они держат мир. Но иногда этот мир стоит ненадолго перевернуть с ног на голову, простить мелкие неудобства и позволить себе умилиться чужой беззащитной глупости. Потому что именно в этих моментах хаотичной, сонной нелепости чаще всего и прячется самая настоящая, трогательная и чистая душа.
Колыбельная
Утуша крылом накрывает тебя.
Как птенчику малому защиту даря.
Уютно устроился птенчик в гнезде.
Пусть сны прилетают на лёгком крыле.
Пусть сон будет крепким, баюшки-бай.
Засыпай поскорей, баю-бай.