Настя заглянула в телефон: пять непринятых звонков! И все от Вадима. Включила голосовое сообщение.
– Приезжай срочно на работу, я тебе такое покажу!
Уже уходя, она обернулась и посмотрела в зеркало. На нее смотрела золотоволосая девушка с модно уложенными кудряшками.
– Зоенька, ты чудо! Спасибо.
Настя протянула парикмахеру деньги и быстро выскользнула на улицу. Он обещал приехать в ресторан, и вдруг: приезжай срочно... Что у него случилось? Она завела машину и попробовала позвонить. Не берет трубку. Ехала на максимально допустимой скорости, проезжая уже на мигающий желтый. Ее съедало любопытство. Какое-то смутное предчувствие не давало ей успокоиться.
***
Федор Иванович был человек бывалый, за свои почти полных тридцать лет работы на полигоне он повидал многое. В этот сентябрьский вечер было тихо и спокойно, почти все уже разошлись по домам. На мониторах он задумчиво наблюдал пустые кабинеты, чисто убранные столы. Мысли неслись неспешно, думалось о том, что такая работа сродни медитации.
«Что можно делать бесконечно? Смотреть, как кто-то работает», – думал охранник и наблюдал, как Вадим Сухов возился у себя, что-то записывал, вычислял, бегал туда-сюда до капсулы и обратно к компьютеру.
На столе у Федора Ивановича лежал новый, еще пахнущий типографской краской, детектив, поэтому он с нетерпением ждал, когда этот амбициозный ученый покинет полигон.
Однако Вадим, видимо, не торопился. Охранник прошелся по кабинету, потянулся, размял затекшие от долгого сидения ноги. Краем глаза он вдруг заметил у стола ученого двух людей. Он резко подскочил к монитору, но никого не увидел.
«Наверно, померещилось. Однако проверить стоит». Охранник убрал детектив в стол, закрыл кабинет на ключ и отправился в лабораторию. Тихонько зашел и огляделся. Вадим что-то крутил в капсуле.
– Как успехи у нашего Эйнштейна? — с улыбкой спросил охранник, подходя к молодому человеку.
– О! Федор Иванович, как вы вовремя! Мне как раз тут кое-что надо подержать, – обрадовался ученый.
Его худощавая, можно даже сказать тощая фигура выскользнула из капсулы, и он быстро, как будто от этого зависела чья-то жизнь, уткнулся в цифры на мониторе. Потом метнулся к блокноту, нечаянно его уронил и… На пол выпал листок, весь исписанный мелким, аккуратным подчерком.
– Откуда это? Почерк вроде бы мой… – в задумчивости произнес Вадим и с этим листом засел у компьютера.
«Все же странный он, хвалят его, говорят почти гений, а какой рассеянный! Даже сам не помнит, что пишет», – подумал, подходя к столу Вадима, охранник.
– Ну, как, получается? – спросил Федор Иванович, нетерпеливо прохаживаясь по лаборатории.
– Еще как! Такой прорыв у меня сегодня вечером! Да вы сами скоро все узнаете!
– Вадим откинул с лица русые волосы, снял очки и побежал к капсуле. Ловко залез в скафандр.
– Вот тут, Федор Иванович, пожалуйста, подержите, тут застегните, – суетился ученый.
– Вадим, зачем? Не положено одному проводить эксперименты! – помогая и застегивая, сказал охранник.
– Да вы не волнуйтесь! Все будет ок! Идите пока чайку попейте, я быстро!
Вадим скрылся в капсуле, закрыл заглушку.
В центре помещения стояла, сверкая и переливаясь, яйцеобразная капсула.
– Почему, интересно, они сделали ее так похожей на золотую? – думал охранник, закрывая дверь лаборатории.
В коридоре из-за поворота на него налетела бегущая Настя.
– Вы Вадима видели? Что там у него случилось? — запыхавшись и остановившись рядом с охранником, выдохнула девушка.
– Да, работает…
Не успел Федор Иванович продолжить, как раздался странный шипящий звук, потом грохот, высокий свистящий звук, и внезапно все стихло. Настя с охранником переглянулись и побежали в лабораторию.
– Вадим? Ты где?
Настя подошла к столу, даже заглянула под стол, было странно, что там лежали очки и блокнот ученого. Настя ему позвонила. В тишине раздался звук вибрации, и телефон Вадима буквально выпрыгнул из-под блокнота.
– Я ему звоню, звоню. А он, оказывается, звук выключил! Но где же он? – с обидой в голосе сказала девушка и вышла на середину лаборатории, на то самое место, где еще минут десять назад была капсула, а теперь непривычно пахло озоном, как после грозы.
Федор Иванович обошел помещение по периметру и остановился в задумчивости рядом с Настей.
– А где капсула? Федор Иванович, вы что-нибудь понимаете? — девушка удивленно подняла брови и всплеснула руками.
Охраннику стало не по себе. Капсулы нет, ученого нет. Плохо дело, очень плохо.
– У него получилось! Он сюда вернется, как вы думаете?
Настя подошла и с надеждой заглянула охраннику в глаза.
– Не знаю.
Федор Иванович грустно посмотрел на девушку. За время его работы на полигоне ученые и горели, и взрывались, но чтоб бесследно исчезали, такое было впервые.
***
Пространство вспыхнуло ярким светом, капсула вынырнула в темноту. Вадим летел на высокой скорости среди звезд, его несло по какому-то полупрозрачному, пульсирующему каналу.
Его накрыло ощущение эйфории. За прозрачными стенками капсулы был какой-то поток, мелькали тонкие нити, от канала время от времени отходили, как ветви другие каналы. Все это напоминало сказочное полупрозрачное дерево, висящее где-то в глубинах космоса.
Вадим посмотрел на приборную панель, все хаотично мигало. По спине пробежал холодок, он попробовал переключатели. Оборудование полностью отказало, связь тоже отказала, самое удивительное, что датчики мигали самыми разными цветами – синим, красным, лиловым, желтым, зеленым и даже фиолетовым.
— Похоже, я долетался, — грустно сказал он вслух.
— Что, приуныл внучек? — раздался вдруг знакомый голос.
На приборной панели, положив ногу на ногу и ухмыляясь, сидел его покойный дедушка Петр Иванович.
— Не дрейфь, сюда все дохлые попадают, только ты у меня – гений, живой – здоровый, залетел,— дед ласково похлопал своей худой рукой парня по скафандру.
— О, какой вымахал! Вот теперь мне не скучно тут будет! — дед с любопытством пощелкал разными тумблерами и переключателями.
Ощущение непоправимости содеянного нахлынуло на Вадима. Датчик кислорода показывал абракадабру.
— Наверно, у меня галлюцинации от кислородной недостаточности, — подумал Вадим, зажмурился и сильно захотел обратно на Землю. Почему-то в воображении всплыл высокий лес и трава. В отчаянье он нажал кнопку старт. Раздался уже знакомый резкий звук, вспышка белого света и капсула разрывая пространство, вывалилась на поляну в лесу. Деда внутри капсулы не было.
— Кажется дома, — Вадим устало откинулся на сиденье, и увидел два крупных солнца в небе. Посмотрел вперед, прямо перед ним на цветущую поляну вальяжно, в развалку вышел динозавр, высотой с пятиэтажный дом. Зверь увидел капсулу и направился к ней.
— Нет, еще не дома, — Вадим зажмурился и нажал кнопку старт.
Резкий звук, вспышка и … капсула вынырнула обратно в древовидный канал х-измерения. Мимо проносились звезды и галактики, а на приборной панели по- прежнему, закинув ногу на ногу, сидел Петр Иванович.
— Что-то быстро ты как-то… Ты не волнуйся, тут миров много, тебе надолго хватит, это у тебя что тут, аптечка? — спросил дед, указывая на небольшой ящичек под приборной панелью.
— Не, это запас еды, на всякий случай. Дедушка, а обратно на Землю можно попасть? — Вадим с надеждой посмотрел на Петра Ивановича.
— Хочешь деда одного тут бросить? Прямо как тогда на рыбалке? Бросил меня одного и убежал на свою работу или потом, когда я болел, совсем не заезжал ко мне…— дед нахмурил кустистые брови и надулся.
— Эх, была, не была! — Вадим представил себе пустынную поверхность Луны и нажал старт.
Резкий звук, вспышка и капсула вынырнула прямо надо Лунным кратером. Большим сине-белым шаром над горизонтом висела Земля.
— Уже хорошо, — щелкнул старт и нырнул в текучий, полупрозрачный канал х-измерения.
— Что думаешь, самый умный? Думаешь все так просто? А ты попробуй, попробуй назад вернуться, — дед с вызовом смотрел на внука.
Раз, другой, третий, Вадима кидало из мира в мир, возможно, и выкидывало на Землю, но явно не в то время, не в то место. И снова и снова он возвращался в х-измерение. Петр Иванович по-прежнему ждал его.
— Дедушка, прости меня, пожалуйста, я думал, что моя работа важнее,— Вадим устало откинулся на кресло. В мыслях проносились воспоминания, сколько всего прошло мимо, пока он торчал в лаборатории. Вот и этим вечером, нет бы пойти, на свидание с Настей…
— Скоро у тебя кончится кислород и топливо. И тогда ты сможешь полностью посвятить себя работе, исследованиям Вселенной и ее тайн. Мне хочется внучек, бросить тебя тут, — повисла тяжелая пауза. Вадим представил, прохладный осенний день, слегка накрапывает дождь, Настя оплакивает его, а друзья опускают в могилу пустой гроб.
— Но не затем я тут. Люблю я тебя внучек, поэтому помогу. Помнишь пирамиду Хафра со школьного учебника? И рядом сфинкса? — дед сделал таинственный вид и наклонился почти к самому шлему скафандра. Вадим вдруг понял, что слышит его голос не через стекло, а телепатически.
— Спасибо, дедушка! — парень закрыл глаза, ярко представил пирамиду, сфинкса и нажал старт.
Солнце было в зените и палило нещадно. Жрица вытерла со лба пот, когда вдруг рабы закричали:
— Ра! — и пали ниц.
Прямо у только что законченной пирамиды, перед лицом сфинкса висело золотое яйцо, оно опустилось и открылось. Пророчество сбылось. Девушка быстрым шагом подошла и помогла Вадиму вылезти из скафандра.
— Какой же он худой и бледный! — подумала жрица, накинула на него белоснежный плащ и ловким движением пальцев застегнула золотую, украшенную изумрудами и рубинам застежку.
— Пойдем со мной, тебе надо подготовиться к встрече с фараоном,— на русском с акцентом сказала жрица. Вадиму ничего не оставалось, как послушно пойти за ней в храм, расположенный рядом, на гранитной террасе. В одной из комнат его ждала ванна, точнее небольшой бассейн, украшенный цветными орнаментами и драгоценными камнями.
Он надеялся, что жрица отвернется, или даже оставить его одного. Но она молча, как статуя стояла и ждала. Ему даже показалось, что она может так стоять вечность.
— Удивительно, как сюда провели воду с реки? — чуть было вслух не спросил ученый, успел вовремя прикусить язык. В ее глазах он Ра, а богу положено все знать самому и не задавать подобных вопросов. Вадим потрогал воду, разделся и, стараясь не смотреть на жрицу, быстро погрузился в бассейн.
К его удивлению, девушка легким движением скинула одежду и залезла в воду рядом с ним. Ее нежные, тонкие пальцы заскользили по его спине, массажируя и лаская его.
— Э, так мы не договаривались, — чуть было не сказал он и задумался. Что будет, когда они поймут, что он не Ра? Вполне возможно, его казнят.
— В условиях неопределенного будущего, настоящее имеет приоритетное значение, — вслух сказал он, потянулся и позволил истоме и блаженству захватить его тело.
Тихий звук открываемой двери, шаги. Он приоткрыл глаза, слуга положил рядом свежую одежду.
— Тебе пора, фараон ждет, — жрица ласково провела по его плечу своими тонкими, нежными пальцами и помогла ему одеться.
Девушка проводила его. У трона, как статуи сложив руки на груди, стояли жрецы, зал был богато украшен и освещен факелами. В руках фараон держал хеку, скипетр-крюк и нехех – плеть, со свисающими нитками жемчуга. Поразило Вадима, когда он подошел, то, что у фараона были редкого цвета зеленые глаза, прямо как у рыжего кота, сидящего у его ног.
— Здравствуйте, — Вадим неуверенно топтался на месте, не решаясь сделать еще шаг вперед.
— Все вон! — грозно выкрикнул фараон, ученый не понял его слов, но по тому, что все поспешно вышли, догадался о смысле. Фараон встал, обошел вокруг Вадима, нажал на замок плаща и резким движением сдернул его, скептически осмотрел.
— Ты, думаешь, такие хилые, узкоплечие Ра бывают? — сказал фараон на русском и грозно посмотрел на него.
— Зря бросил ходить в спорт зал, — подумал Вадим, хотя его астеническая комплекция не оставляла надежд на создание торса атлета, но все же… Или плаваньем надо было с детства заниматься. Вот если выберусь отсюда… Хотя это вряд ли…— мысли у ученого бежали одна за другой. Поза и взгляд фараона не оставляли надежды на лучшее.
— Что самозванец, отрубить тебе голову или замуровать в камень? — самым серьезным тоном сказал фараон, подошел вплотную, и в его по-кошачьи зеленых глазах полыхнули искры.
— Давай, топай вперед! — фараон подтолкнул его к двери сбоку. Вадим послушно пошел, попутно стреляя глазами с мыслью, а вдруг удастся сбежать? Вдоль каменных стен стояли стражники, впереди гарцевал рыжий кот, который обернулся и так выразительно посмотрел на ученого, что тому стало не по себе. Бежать было некуда.
В лучах заходящего солнца золотом блестела капсула.
— Вдруг, удастся запрыгнуть в нее и сбежать, — с надеждой думал Вадим.
Фараон подошел первым, хекой щелкнул по капсуле, та уменьшилась до размеров яйца и он забрал ее. Надежда на побег растаяла, Вадим взглянул на фараона по иному, перед ним был не простой человек. Он давно не верил в волшебников и деда Мороза, однако, как с точки зрения науки фараон уменьшил капсулу? Получается хека, не просто символ власти…
Они подошли к входу в пирамиду. Широкоплечие, мускулистые охранники расступились, пропуская их. Фараон зажег факел, взглядом показал ученому, — давай вперед! Вадим шагнул в темноту коридора, уходящего под пирамиду. Впереди по темному, мрачному туннелю гордо гарцевал рыжий кот, за ним неспешно шел ученый.
— Может тебя лучше мумифицировать? Представляешь, археологи найдут через несколько тысяч лет в Египте мумию белого человека! Вот удивятся! — холодок пробежал по спине, сердце учащенно забилось, Вадим остановился и обернулся, фараон весело улыбался.
— Как, испугался? Думаешь, тем, кто по твоим стопам сейчас болтается по мирам не страшно? Наворотили вы делов! Из-за вашей халатности в вопросе возвращения домой, уже целая куча путешественников мотается без шанса найти дорогу назад, — улыбка пропала с лица фараона, тон стал серьезным.
— Кто ты? — спросил ученый.
— Меня зовут здесь фараон Хафра. Ты, Вадим Сухов — молодец, но не хватило самую малость, – приборчика для ориентации в пространстве и времени. А без него, нет шансов вернуться домой. Давай вперед, пора делать работу над ошибками, — фараон обошел Вадима и вскоре они вошли в погребальную камеру. Посреди нее стоял саркофаг, заглубленный в пол и сделанный из прекрасно отшлифованного гранита.
Фараон встал рядом с саркофагом, взял ученого за руку.
— Теперь пора, как окажемся у стола, вырывай лист из своего блокнота, бери ручку и возвращаемся. Помни, у нас мало времени, буквально секунды! Остаться там ты не сможешь! — приказал фараон, он что-то нажал на хеке, щелчок, все растворилось в темноте и вспыхнуло светом.
Вадим обнаружил себя вместе с фараоном, стоящими у стола в лаборатории. Так хотелось вырвать руку и убежать, остаться в своем времени! Но тут он заметил… себя, что-то делающего в капсуле.
— Быстрее, — шепнул фараон. Вадим все сделал, знакомый щелчок, темнота, тусклый свет факелов в погребальной камере…
— Ученые, как ты помнишь, еще в 20 века открыли теорию суперструн. Они с удивлением обнаружили, что частицы это тонкие невидимые струны. Можно сравнить со струнами гитары – ущипнуть ее определенным образом и получится какая-то частота, но если щипать ее по-другому – то можно получить на этой струне больше частот и разные ноты. Все состоит из этих нот – музыкальных нот, которые сыграны на этих суперструнах. Физики осознали, что Вселенная – симфония, а законы физики – гармония суперструн. Твоя капсула по сути это смычок, ты вместе с ней вначале теряешь, назовем так – сборку, то есть происходит расфокусировка частиц твоего тела, капсулы с твоим миром и ты исчез из лаборатории, — фараон уселся на край саркофага, достал капсулу, покрутил ее в руках.
— Да, так я и задумал, но потом должен был вернуться, то есть выйти в расчетной точке, а вместо этого провалился в х-измерение, существование которого было лишь гипотезой. Все приборы отказали, интересно почему? — Вадим вопросительно взгляну на фараона.
— Потому, что произошла расфокусировка приборов капсулы. Перестали действовать законы физики твоего мира. Уже нечему было возвращать тебя.
— Мой покойный дедушка подсказал про пирамиду и сфинкса, значит он не галлюцинация? — Вадим разглядывал орнаменты на стенах гробницы.
— В х-измерении обитают души умерших людей, они могут помочь, как помог тебе твой дедушка, — фараон погладил кота, сидящего рядом.
— Можно вопрос? — Вадим нервно потирал внезапно вспотевшие руки, до него окончательно дошло, что по факту он изобрел метод безболезненного ухода из жизни.
— Да. Угощайся, — фараон протянул ему яблоко с ближайшего блюда с фруктами, которыми была уставлена погребальная камера.
— Спасибо. Откуда вы? — ученый взял яблоко, и укусил его.
— Я из будущего, очень далекого. Как ты знаешь, человеческие возможности путешествовать в космосе на большие расстояния ограничены. А твое открытие х-измерения позволяет за секунды преодолеть любые расстояния и даже время. Это гениальное изобретение позволит людям путешествовать по всей Вселенной. Только ты забыл кое-что добавить в капсулу. Поэтому нам пришлось построить тут пару пирамид, сфинкса и ждать тебя. В верхушке пирамиды стоит маячок, он настроен на датчик, который ты сейчас опишешь на листочке, и эту запись подложим тебе в блокнот. Запускается устройство мыслеообразом, то есть только человек способен, находясь в х-измерении собирать обратно себя и капсулу. Образ нужен знакомый, образ из прошлого планеты, например, пирамида и сфинкс. Необычность самой постройки, величина и тем более сфинкс – войдут в историю, будут публиковаться в учебниках. После сборки и запуска датчика в капсуле сознанием человека, пирамида вылавливает капсулу в любом месте вселенной и притягивает к себе. После твоего исчезновения остались научные разработки, их повторили твои последователи, и благодаря этой маленькой модификации их будет выкидывать сюда, а мы их спасать. Когда миссия будет закончена, мы снимем маячок в вершины пирамиды и вернемся обратно в будущее. Теперь, я расскажу, с чего начать, и ты поправишь все…— начал фараон и они склонились над листочком бумаги.
— Как я не догадался раньше! Это же так просто! Я же уже читал этот листок, там в лаборатории, даже сделал датчик и поставил в капсулу! Не хватило самую малость додумать… — спустя полчаса, Вадим бил себя по лбу кулаком. Фараон похлопал его по плечу и улыбнулся своей загадочной улыбкой, той самой, что запечатлена в лице сфинкса.
— Теперь назад, в лабораторию, ты должен этот листок подложить в свой блокнот. Остаться там тебе нельзя, — фараон требовательно потянул Вадима за руку. Щелчок, темнота, вспышка и снова они в лаборатории у стола.
Ученый быстро вложил лист в блокнот. Щелчок, темнота и они в погребальной камере.
Фараон положил на пол капсулу-яйцо, щелкнул по ней хекой, и она увеличилась до нормальных размеров, заполнив почти половину пространства похоронной камеры. Вадим взглянул на саркофаг и спросил:
— Правда, что фараоны мало живут, лет двадцать?
— Конечно, нет! Мы почти не стареем, здесь долго быть скучно, мы возвращаемся в свое время, поэтому гробницы найдут пустые, — рассмеялся фараон и подмигнул коту.
— Почему кошки у вас священные животные? — Вадим осторожно погладил кота, тот замурлыкал, и уселся напротив них.
— Смотри, — фараон взял его за руку и уже в следующую минутку Вадим вздрогнул от неожиданности. Он видел себя и фараона, сидящих на краю саркофага, наклонил голову и увидел внизу рыжие лапы.
— Кошка это око богов, — рассмеялся фараон, отпустил руку, видение пропало, ученый был опять самим собой.
— Ничего себе! В будущем все так смогут? — Вадим с любопытством рассматривал кота.
— Всем это не нужно. Датчик в капсуле, лишь выкидывает тебя сюда. Этого не достаточно для нормальных путешествий. Тебе нужно будет разработать навигацию по х-измерению, четкий алгоритм выхода в заданной точке, это сложная и долгая задача.
— Тогда получается, я сам себе подкинул формулу возврата? — ученый встал и подошел к капсуле.
— Получается так. Змея кусает свой хвост. Все существует одновременно, и прошлое и будущее. Парадокс мироздания. Тот листочек спасет много жизней и твою тоже, — фараон подошел и открыл капсулу.
— Мир как большая арфа. Нужен смычок, чтоб извлечь звуки. Нужный тон, в определенной последовательности и ты там, где хочешь быть. Есть только один вариант выхода из Х-измерения – с помощью мыслеобраза. Этот способ для тех, кто может себя полностью контролировать, четко визуализировать пространство и время. Без долгих тренировок это невозможно, как и вышло с тобой. Твое сознание собирало тебя с капсулой то в одном мире, то в другом. Тебя носило то туда, то сюда. Ошибка у вас в том, что вы мало изучаете возможности своего сознания и мало его тренируете. Пройдет веков пять, шесть и научитесь, — ухмыльнулся фараон.
— Почему когда я перемещаюсь с вами, я не попадаю в канал х-измерения? — Вадим оглядел капсулу, проверяя визуально все ли так, как было до уменьшения.
— Со мной ты проходишь его за секунды. Это измерение вне времени и пространства. Там можно встретить души умерших, тех, кто находится между воплощениями. Если в путешествиях что-то пойдет не так, вспоминай пирамиду Хафра и сфинкса. Тебя выбросит к нам, у нас тут своего рода спасательный пост. Ох, и замучились мы тут с местными! Все это построить стоило кучу нервов и сил! Надо ведь было создать иллюзию, что это рабы строили, хоть какое-то правдоподобие для потомков… — фараон забрался в капсулу, посидел там, и уступил место Вадиму.
— Малова-то места, но уютненько. Скафандр облегчайте, не нужен он такой тяжелый. Если, что по-быстрому обратно стартанете. Шлем, главное, сделай вашим, в форме головы сокола. Чтоб тут все их за Ра принимали. Ладно, давай, легенда! Устраивайся поудобнее, я тебя домой запущу, — фараон похлопал его по плечу, подмигнул ему зеленым глазом, закрыл капсулу и щелкнул по ней хекой.
Резкий звук и вспышка белого света разорвали пространство, оттуда выпала капсула… прямо в лабораторию, сломав какие-то конструкции, она зависла в метре над полом. Сработала пожарная сигнализация, завыла сирена, с потолка хлынули струи воды.
— Наконец-то я дома,— выдохнул Вадим, перед ним были знакомые лица с открытыми от удивления ртами. Он посадил капсулу на свободное место, открыл люк и с гордым видом бывалого путешественника открыл шлем.
— Эй, привет! Не ждали? — он помахал коллегам рукой и улыбнулся.
К нему уже бежали, помогли выбраться, снять скафандр.
— Вадим! Живой! — Настя бросилась его обнимать, откидывая назад мокрые волосы.
— Ты плачешь? — он смахнул слезу с ее щеки.
— Что ты! Это просто вода, — девушка как-то изменилась, волосы стали заметно длиннее.
— Сколько меня не было? — он внимательно оглядывал коллег и ангар. У коренастого, склонного к полноте Федора выросло брюшко, а Иван отрастил бороду и выглядел лет на пять старше.
— Три года, мы думали ты погиб. Хорошо то, что хорошо закончилось! — воскликнула Настя, а он ответил ей:
— Все только начинается! — Обнял Настю и подмигнул коллегам.
***
Анна Зайцева
Мой канал https://dzen.ru/zaytsevaanna
#рассказ #фантастика
