Есть книги, которые читаешь — и закрываешь.
А есть такие, как Голодный дом Дэвид Митчелл — они закрываются физически, но внутри продолжают жить, как заноза под кожей. Это короткий роман. Почти новелла.
Но по ощущению — как длинный, вязкий сон, из которого ты выходишь не сразу. Каждые девять лет. Один и тот же переулок. Железная калитка, которой вроде бы не должно быть.«Голодный дом» начинается почти обыденно — с прогулки, случайности, лёгкого ощущения странности. Но очень быстро становится ясно: здесь нет случайных гостей. Дом выбирает. И если он открылся именно тебе — значит, ты уже внутри. Мне нравится, как Митчелл работает с этим ощущением ловушки.Ты понимаешь, что что-то не так, задолго до того, как появляется настоящий ужас. И именно это пугает сильнее всего. Это не хоррор в привычном смысле. Здесь нет постоянного насилия, нет дешёвых пугалок. Страх в «Голодном доме» — тихий. Он в паузах. В вежливых диалогах. В ощущении, что тебе улыбаются слишком долго. Дом не нападает. Он ж