В активе каждого настоящего мудреца, помимо различных общечеловеческих мудростей, непременно должен быть и еще такой «суперхит мудрости». Ну или такой «мем», как сказали бы сейчас, но мем в хорошем, восходящем смысле.
Ну вот к примеру у старика Конфуция – вне всяких сомнений, это про чёрную кошку. То есть, старик Конфуций и вообще много всего мудрого изрек, произнес, промолвил, да и просто сказал, иногда даже между строк и между делом – но вот в Вечность шагнула именно черная кошка.
Вот и папенька мой, Михаил Лебедев-старший: поскольку в бесконечной мудрости своей он Конфуцию как минимум не уступает – а теперь, когда отца больше нет – это особенно очевидно… Более того, таких «суперхитов» у него на счету целых два!
Про первый «А из взрослых – будет кто с вами?» уже была лирическая история – сегодня настала очередь второго. История будет лирическая и довольно длинная, с «сайд-стори», лирическими отступлениями, сиквелом и приквелом – но слушайте.
А началось всё с того, что осенью 1978 года, когда шёл мне шестой годок – отдали меня в секцию фигурного катания, под начало великого Тренера Оскара Петровича Макарова. С Великими тренерами мне тоже неизменно везло, это внимательные, вдумчивые читатели могли уже заметить.
Когда говорят, что в СССР все были без ума от фигурного катания – это имеет как минимум один контрпример. Лично я от фигурного катания совершенно без ума не был, и в целом находил этот вид спорта достаточно «девчачьим», даже несмотря на наличие одиночного мужского разряда. Занятия «музыкой» в садике я не любил, поскольку у меня нет ни голоса, ни слуха, а занятия так называемой «хореографией», где мы преимущественно отрабатывали танцы народностей СССР в тематических костюмах – так и попросту ненавидел. Публичные телодвижения под назойливый ритм – это как-то не моё, с детства.
Вот футбол и хоккей – это совсем другое дело! Но отдали в фигурное катание… ясное дело, что под обещание «Научишься кататься – и сразу переведем в хоккей!», хотя я и сейчас что-то не припоминаю, чтобы Якушев, Мальцев или Харламов начинали с «фигурки», но ладно.
К некоторому моему счастью, довольно быстро выяснилось, что до танцев с девочками в ярких платьишках – путь еще предстоит очень и очень неблизкий, и пройти его полностью мне вряд ли суждено. Опять же, в хорошем смысле.
Потому что на самом деле фигурное катание – ну если кто и тренируется еще больше фигуристов, то только гимнасты и гимнастки. Потому что уметь настоящий фигурист должен очень и очень многое, причем еще до того, как собственно наденет коньки и выйдет на лед. И уметь делать это очень и очень хорошо.
Как бы мы, настоящие спартаковцы, ни потешались над формулами успеха «Бей вперед – игра придет» и «Прошел – навесил – поборолись», но по большому счету так оно и есть. Поэтому и футболисты считают двух(!)-разовые тренировки практически насилием над их хрупкими футбольными личностями. Ну чего там тренировать особо – надел кеды, да и побежал вперед, дали мяч – бей по нему со всей силы, и ждет тебя удача.
А вот фигуристы (и гимнасты, конечно) тренируются по 3-4 раза в день, и потом еще находят в себе силы улыбаться почтенной публике. А начинается Путь к сиянию прожекторов – да, с обычной физподготовки, с гимнастики и акробатики, с умения ровно стоять и при этом обязательно уметь правильно падать, потому что падать придется очень и очень много, и очень больно, и это даже еще до того, как тебя научать правильно надевать коньки и шнуровать их, и ты сделаешь первый шаг на настоящий лёд.
Короче: руководство и общий присмотр над моим обучением взял в свои руки, естественно, папенька. Наверное, хотел, как и все, сделать из меня чемпиона, ну а кто не хочет.
Отец сам, как опять же многие знают, кандидат в мастера по академической гребле. Когда уже мои дети спрашивают – «А почему дедушка не стал мастером?», то рассказываю им примерно следующее.
На самом деле КМС – в союзные времена это тоже Уровень. Просто потому, что в той же гребле была четкая градация, что и где нужно выиграть, чтобы звание получить. И «мастера» давали условно только за какие-то места «на Союзе», а чтоб попасть «на Союз», это надо было минимум войти «в призы» на ЦС (Центральный Совет спортивного общества), а «Первенство ЦС» – это было еще иной раз покруче, чем «Союз» потом. Ну как в хоккее для некоторых наших настоящих звезд: вот Александр Мальцев – чемпионом мира был, и неоднократно, а чемпионом СССР так ни разу и не был. Вот такая примерно аналогия.
Так что значок мастера или кандидата автоматически давал ответ на вопрос «Где играл, что выигрывал?» Есть значок – значит, где-то все-таки сыграл, и кое-чего все-таки добился, а не просто «по сумме показателей и решением аттестационной комиссии».
Короче, норму КМС отец однажды сотворил, но до «мастерских» мест не добрался – но что такое спорт высоких достижений и сколько там надо вкалывать, это он хорошо представлял, и знанием этим с подрастающим поколением делился.
В общем, помимо непосредственно занятий в секции Оскара Петровича – папенька ввел в мой репертуар еще два обязательных мероприятия.
Чуть позже, когда я уже действительно встал на коньки – мы с отцом еще обязательно ходили вечером на «Водный», где в дальнем углу заливали каток для всеобщего пользования, без особых удобств, но по крайней мере лед периодически чистили. Сейчас сказали бы «подкатка», тогда у нас это слово не звучало, но смысл тот же.
Пришли, переобулись в конечки на промерзшей лавочке – и вперед, сынок», «змейки», «фонарики», вперед-назад, раз по двадцать, а лучше по пятьдесят. Откатаешь хорошо – получишь вожделенную клюшку и погоняешь потом шайбу по льду, но не ранее. На самом деле – всегда получал, конечно, но это Педагогика: не только кнут, но и пряник.
Ну а если потом еще зайти к коробке, и посмотреть, как играют настоящие юные хоккеисты – так вообще восторг! Вблизи, руку протяни – ради этого я и сто «фонариков» нарежу!
Собственно, именно этот процесс и запечатлен на эпохальной и чудом найденной фотографии: это уже 1980 год, это я уже хорошо катаюсь, и даже вскоре выиграю первенство нашей начинающей группы, и получу в качестве Приза отличный конструктор, тоже Цель!
Да, но это чуть позже, на второй сезон послушания.
А на первый – сразу же мы с отцом начали делать Зарядку.
Комплекс упражнений составил лично папенька, и сначала сам со мной делал, а потом, если позволяло время – как минимум внимательно наблюдал и контролировал нужную последовательность и правильность выполнения. Меня и сейчас поставь с утра – я порядок вспомню!
Привычка начинать день с наклонов и приседаний пришлась потом очень ко двору, когда я увлекся мировой рок-музыкой. Зарядку ведь делают под музыку, верно? Ну и вот, дадут тебе какую кассету, или пластинку послушать – а ведь айподов и беспроводных наушников тогда еще не изобрели, а когда слушать?
Да утром же! Утром в твоем расписании так и так 15-20 минут, как раз на одну сторону «пласта», и вполне можно решить, нравится или нет, «твоё» или не особо. Так что да: несколько своих и по сей день очень любимых коллективов или их альбомов я впервые или почти впервые прослушал или «расслушал» именно по утрам! Папенька хоть и никоим образом моего увлечения мировой рок-музыкой не разделял – но и тут ему большое спасибо. Раз-два, три-четыре – а теперь новая композиция, например, Т.Rex или, скажем, Slade!
В общем, после лирической разминки – приступаем к основному блоку повествования.
Прошло два месяца тренировок у Оскара Петровича, осень шла к зиме, и вскоре мы должны были начать действительно делать первые шаги на лёд, а не только ОФП в зале.
По такому случаю в одну из суббот был организован День открытых дверей, то есть, открытая показательная тренировка юных пайщиков. Под ахху..(зачеркнуто) изумленными и восторженными взглядами их дорогих родителей. И выступление прошло с большим успехом, прямо скажем. От семьи Лебедевых присутствовал, естественно, папенька.
Домой отец привел меня «чернее тучи». Даже еще чернее. «Краше в гроб кладут», говорят в народе в таких случаях, и в данном случае аналогия уместна. Не проронив ни слова. И так же молча сели обедать.
Наконец, мама Таня не выдержала:
– Миша, ну как прошла тренировка? (Миша – в данном случае обращение к нам обоим). Что же вы молчите? Расскажите, интересно же!
Отец помолчал еще. Мне добавить тоже было особо нечего, да и воспитание не позволяло лезть со своими эмоциями поперед и поперек старших.
Наконец, отец отложил ложку в сторону. Исполненным муки взглядом посмотрел на меня, на мать, а потом снова на меня. И мрачно произнес вскоре ставшее бессмертным. С неизменно присущими ему краткостью и точностью, и при этом образностью:
– Наш сын урод! Он не может сделать «пистолетик» на левой ноге!
Тут силы окончательно покинули папеньку, и стало ясно, какая горечь обуревает его бессмертную душу.
По мощи сцена сопоставима с шекспировским «Быть или не быть?», а то еще и помощнее всё это смотрелось. Особенно для самих участников.
– Да почему сразу «урод»? Что это за «пистолетик» вообще?! – мама Таня тоже разволновалась не на шутку. Прозвучало ведь на уровне «Жизнь кончена…» и «Отчего люди не летают как птицы?..»
– Такой! На левой ноге!
«Рано еще впадать в отчаяние! Пистолет найдется!»
«А пистолет, Володя, перевесит сто тысяч других улик».
«А моя толчковая – пра-ва-я!»
«Пистолетик», если объяснить по-простому – это когда надо присесть на одной ноге, вторую вытягивая вперед себя. В идеале – полностью распрямив и держа горизонтально к поверхности. Не самое простое упражнение, само собой, но…
Но ведь делали же как-то. Вот говорят нам коучи и мастера личностного роста – надо постоянно развиваться и прогрессировать, и все время учиться чему-то новому, и неуклонно расти над собой.
Но как тут вырасти, если сейчас и в обычные кресла просто садишься – и то иной раз скрыпишь весь и сыплешься песком, не говоря уж про усесться легендарным «орлом» посреди русского поля… а тогда…
Ну ведь сделал я в итоге этот херов «пистолетик»! И на обеих ногах, и десять раз подряд, да как угодно.
Даже более скажу: на второй год мы его и на коньках делали! В скольжении!
Сейчас даже представить страшно и больно: так ты личностно вырос и спрогрессировал с тех далеких уже дней, и столько всего добился и научился, но попробуй-ка присесть хотя бы на двух ногах! А тогда – на одной…
Нет, не сразу, само собой. Но для того ведь и существуют тренировки. Хотя и отца понять можно: ты – настоящий Кандидат в мастера, а сынок твой – так если и дальше пойдет, то коньки даже можно и не покупать, зато экономия.
В общем, когда вся эта картина сложилась в голове у мамы Тани, то она, как часто и вообще бывало после отцовских выступлений, прям и не знала: то ли ей плакать, то ли смеяться, то ли всё сразу.
– Ну и? И чо?
Это не Валера Карпин первый сказал. Это мама Таня сказала.
– И вы тут из-за какого-то пистолетика оба сидите как с жизнью прощаетесь?! Ну не сделал в этот раз – сделает в следующий. Да даже если и не сделает вообще – ну что теперь, с ума что ли сойти? Почему же сразу «урод»… да мало ли что! Давайте, ешьте уже нормально. Оба!
Мать как всегда была права. И ведь действительно – в итоге-то сделал! И даже на коньках…
Но само выражение понравилось и запомнилось.
Это когда я уже перешел к великому тренеру Дмитрию Владимировичу Серпорезюку, и на дебютном открытом ковре с треском проиграл коллеге Жбанову болевым приемом на тридцатой секунде схватки, после чего вернулся домой в крайне сумеречном состоянии – мама сразу догадалась, что счет побед на второй юношеский пока остался неоткрытым:
– Вижу, сынок, по глазам: пистолетик на левой ноге ты сегодня не сделал… Ну и ничего, Жбаныч этот второй год тренируется, а ты только третий месяц. Выиграешь и ты однажды.
Или, скажем, на олимпиады учебные когда начал ездить. На районной хорошо, но приезжаешь с городской – и слышишь:
– Но согласись: на уровне Москвы и «пистолетики» посложнее, и ребята посильнее, а иначе какой смысл!
Полностью согласен. И с мамой, и с папой.
Тем более, что так продолжалось довольно долго, да и хорошо.
«Наш сын урод! Он не может сделать пистолетик на левой ноге!..» И сразу, как говорится, настроение твое улучшается.
Чему нас учит эта история? Да, собственно, ничему особенному, всё известно еще со времен Конфуция.
Есть «пистолетики», которые тебе просто не дано сделать. Ну не дано, и не надо, это случается и бывает.
А есть «пистолетики», которые в принципе мог бы освоить, но вот не лежит душа, как будто что называется «не твоё», и нет душевной тяги. Ну значит, и тут тоже лучше не тратить сил.
Но вот потратить их на какие-то важные лично для тебя «пистолетики» – вот это надо уже постараться. И если не получится с первого раза – то не катастрофа, и нормально. Получится со следующего.
С настоящим же «пистолетиком» получилось однажды, и даже на коньках! Во-о-от.
Ни о чем «пистолетик». Просто вспомнилось. И стало хорошо.
– Наш сын урод! Он не может…
– Ну и что теперь? Что случилось такого, что нельзя исправить? Сможет потом, делов-то! Ешьте лучше.
И так хочется иной раз начать новый день с хорошей физзарядки, да под T.Rex или Slade! Я ведь все упражнения до сих пор помню, отец же специально для меня целый комплекс разработал…
«Сынок, ну и хрень ты слушаешь! Сумбур вместо музыки. Потому ты и в спорте так же, и пистолетик сделать не можешь!»
Вот такая история.