Вернуться к 1 части истории можно по ссылке:
Когда я переступила порог квартиры брата и сестры, праздник уже гудел на полную мощь. Воздух был пропитан смесью запахов: хвои, мандаринов, лака для волос «Прелесть» и дефицитных духов. Сестра встретила меня радостным визгом, но я чувствовала себя немного скованно. Для брата и его друзей я всё ещё была «малявкой» — той самой младшей, которой полагалось сидеть в детской и не мешать взрослым разговорам шестнадцатилетних «стариков».
Из комнаты брата доносились дерзкие ритмы зарубежной эстрады, прерываемые взрывами смеха. Там была элита — студенты техникума, парни и девушки, которые казались нам тогда небожителями.
Неожиданный поворот
Тетя, уходя в гости, не успела приготовить много еды, и вскоре на кухне возник «продовольственный кризис». Вот тут-то мы с сестрой и пригодились. Мы ловко включились в процесс: резали салаты, открывали закатки, метали на стол приборы. И как-то незаметно, под шумок кухонной суеты, границы стерлись — мы влились в компанию.
Я украдкой разглядывала гостей. Среди всех выделялись двое. Первый — Михасик. Когда я увидела его, у меня внутри что-то екнуло. Он был невероятно похож на кумиров того времени: что-то от нежного Преснякова, что-то от романтичного Маликова. Невысокий, спортивный, с обезоруживающей улыбкой, от которой на щеках появлялись ямочки. А прическа — точь-в-точь как у Юры Шатунова. Он выглядел невероятно модно и стильно для нашего городка.
Вторым был Фонарь. Полная противоположность — резкий, дерзкий, удивительно похожий на молодого Гарика Сукачева. Они были из «неформалов» — косухи, Хэви метал и бунтарский дух.
Говорят, что «хорошие девочки» всегда выбирают «плохих парней». Я была классической отличницей: музыкальная школа по классу фортепиано, томики классиков под подушкой… Наверное, поэтому Михасик показался мне пришельцем с другой планеты, которого хотелось разгадывать бесконечно.
Волшебство в кругу друзей
Бой курантов мы встречали уже одной большой толпой. Звон бокалов, крики «Ура!», искры бенгальских огней, которые осыпали ковер золотыми звездочками… И вдруг — первый медляк. Михасик подошел именно ко мне.
Когда его рука коснулась моей талии, я забыла, как дышать. Мы танцевали, а потом он сел рядом. Музыка гремела так, что слов было почти не разобрать, и ему приходилось наклоняться к самому моему уху. Он что-то рассказывал, слегка приобняв меня за плечи, а я просто тонула в его голосе, не в силах вникнуть в смысл слов.
— Пойдемте ко мне? — вдруг предложил он всей компании. — Родителей нет, устроим настоящую дискотеку!
Путь сквозь снежную сказку
Три километра пешком по ночному городу пролетели как три минуты. Мороз щипал щеки, шампанское приятно кружило голову, а снег под ногами скрипел в такт нашему смеху.
Дома у Михасика нас ждало чудо техники — самодельная светомузыка. Это были красные фонари, похожие на те, что стоят на «скорой», которые вспыхивали и гасли в такт басам. В этом красном пульсирующем мареве всё казалось нереальным. Фонарь травил анекдоты, мы до упаду танцевали под «Ласковый май» и зарубежная поп музыка.
Проголодавшись, мы затеяли самое вкусное новогоднее блюдо — жареную картошку. Запах чеснока и маринованных огурцов, простая еда прямо со сковородки… В этой простоте было столько счастья!
Обещание на рассвете
И вот, когда сумерки начали светлеть, Михасик снова сел рядом. Мои щеки пылали — я всегда ненавидела свою привычку краснеть по любому поводу, а тут лицо просто горело. — Давай встретимся потом? — тихо сказал он. Сердце сделало сальто. Я, стараясь выглядеть взрослой, кивнула: «Я не против».
Но все хорошее быстро заканчивается. Приближалось утро. Ребята устали. Мой брат и сестра пошли домой, а я осталась. Михасик сказал, что он проводит меня на троллейбус. Он хотел, чтобы я осталась подольше у него, а мне вообще не хотелось, чтобы заканчивалась эта волшебная ночь. Я не заметила как все разошлись и не помню как мы остались вдвоем. Мы пошли на остановку и стали ждать первый утренний троллейбус. Мы устали, не спали всю ночь и на улице был мороз и шел снег. Я быстро замёрзла. Он подошёл и обнял меня, чтобы согреть. И мы так долго стояли, смотрели на падающий снег.
Ему хотелось продлить эту ночь, а мне — чтобы время вовсе остановилось.
Мы стояли на пустой морозной улице. Город спал после бурной ночи. Густой, пушистый снег укрывал дороги белым одеялом. Мы молчали. Но в этом молчании было больше смысла, чем во всех разговорах мира.
Мне было 13, ему 16. По нынешним меркам — дети. Но в то утро на заснеженной остановке, в ожидании первого троллейбуса, в наших сердцах рождалось что-то по-настоящему огромное и чистое. Это было предчувствие первой любви — того самого чувства, которое случается лишь однажды и запоминается на всю жизнь.
Продолжение
следует в 3 части
Теги: #перваялюбовь #лавстори #историиизжизни #ностальгия #90-е #1989 #новыйгод. #новогодниеистории