Купил квартиру в новостройке полтора года назад. Первые месяцы жил спокойно, пока не началась эпопея с соседкой сверху.
Валентина Петровна, пенсионерка лет семидесяти, живёт одна в трёхкомнатной квартире над моей. Женщина вроде приятная, здоровается в подъезде, но есть проблема. Она всегда затапливает мою квартиру.
Первый раз случилось в октябре. Проснулся утром от звука капающей воды. В спальне с потолка стекали струйки, обои отклеились, паркет вздулся.
Поднялся к Валентине Петровне. Она открыла дверь в халате, растерянная.
«Ой, милый, а что случилось?»
«У вас протечка. Мою квартиру затопило».
«Не может быть! Я же ничего не делала».
Пошли смотреть. В её ванной лужа на полу, краны текут. Все же, вечером мыла голову, забыла перекрыть воду в ванне, заснула перед телевизором.
«Ой, совсем память плохая стала. Простите, дорогой».
Ничего не поделаешь, бывает с пожилыми людьми. Вызвал мастеров, сделал ремонт за свой счёт. Валентина Петровна обещала быть осторожнее.
Второй раз произошло через три месяца. Снова проснулся от капежа. Теперь пострадала кухня. Потолок почернел от влаги, штукатурка обвалилась.
Поднялся наверх. Та же картина. Валентина Петровна включила посудомоечную машину на ночь, а у неё поломался шланг. Вода лилась часами.
«Машинка новая, не знала, что она такая капризная», извинялась соседка.
Опять ремонт за мой счёт. Начал подозревать, что это не случайности.
После второго потопа обратился в управляющую компанию. Там работает Марина Викторовна, женщина средних лет с вечно недовольным лицом.
«Что вы от нас хотите?» спросила она. «Это бытовые проблемы жильцов».
«Как бытовые? Соседка каждый день затапливает мою квартиру».
«А вы с ней договоритесь. Мы в личные отношения не вмешиваемся».
«Но ведь есть правила содержания жилья?»
«Правила есть, но доказать нарушение сложно. Может, у неё трубы старые».
Понял, что помощи не дождусь. Решил действовать сам.
Установил в квартире датчики влажности, подключил их к телефону. Теперь при любой протечке сразу получаю уведомление.
Третий потоп случился в мае. Датчики сработали в три утра. Я тут же поднялся к Валентине Петровне, стал звонить в дверь.
Она вышла не сразу, сонная, в ночной рубашке.
«Что случилось, сыночек?»
«У вас снова потоп. Уже полчаса льёт».
«Ой, не может быть!»
На этот раз крупный она решила постирать бельё ночью, но стиральная машина переполнилась. Вода текла из-под неё прямо на пол.
«Я думала, она сама остановится», объяснила Валентина Петровна.
Пострадали мой коридор и часть гостиной. Снова ремонт, снова издержки.
Пошёл в управляющую компанию с фотографиями, документами, показаниями датчиков. Доказывал, что это уже система.
Марина Викторовна выслушала и пожала плечами.
«Бабушка старенькая, что с неё взять? Переезжайте, если не нравится».
«Как переезжайте? Я купил эту квартиру!»
«Ну так договаривайтесь с соседкой лично».
Тогда я решил узнать, кто такая эта Валентина Петровна. Поговорил с другими жильцами.
Оказалось интересное. Валентина Петровна работала бухгалтером в той же управляющей компании. На пенсию ушла пять лет назад, но связи остались. Марина Викторовна её хорошая знакомая.
Всё встало на места. Поэтому управляющая компания не хочет принимать меры. Свои людей не сдают.
Четвёртый потоп произошёл в августе. Валентина Петровна решила помыть окна, поставила таз с водой на подоконник. Таз опрокинулся, вода потекла вниз через щели в раме.
На этот раз пострадала моя рабочая зона. Компьютер чудом уцелел, но документы промокли, книги испортились.
Хватит терпеть, решил я. Написал заявление в управляющую компанию с требованием принять меры.
В ответ получил отписку: «Рассмотрим в установленные сроки».
Прошёл месяц, никто не ответил. Написал повторное заявление.
Марина Викторовна позвонила лично.
«Что вы к нам пристали? Старушка не специально же».
«Четыре раза за год это не случайность».
«А что мы можем сделать? Заст
авить её переехать?»
«Можете провести разъяснительную беседу. Предупредить об ответственности».
«Мы не полиция. Разбирайтесь сами».
Понял, что через управляющую компанию ничего не добьюсь. Обратился к юристу.
Тот объяснил, что формально Валентина Петровна нарушает правила пользования жилым помещением. За систематические нарушения можно требовать возмещения ущерба через суд.
«Но доказать умысел будет сложно», предупредил юрист. «Суд может решить, что это возрастные проблемы».
хотя подал иск. Требую возмещения расходов на ремонт и принятия мер для предотвращения дальнейших затоплений.
Валентина Петровна восприняла это болезненно. Теперь при встречах отворачивается, не здоровается.
«Как же так, сыночек», сказала она однажды в лифте. «Я же не нарочно. Зачем в суд подавать?»
«Четыре раза уже. Мне надоело каждые три месяца ремонт делать».
«Ну так переезжай, если не нравится».
Вот и она тем же отвечает, что управляющая компания.
Сейчас дело в суде. Адвокат говорит, шансы есть, но процесс будет долгий.
А пока живу как на пороховой бочке. Каждый звук сверху вызывает тревогу. Датчики настроил на максимальную чувствительность.
Валентина Петровна после подачи иска стала осторожнее. Уже три месяца потопов нет. Видимо, поняла, что шутки кончились.
Но отношения испорчены окончательно. В подъезде напряжённая атмосфера. Другие жильцы разделились на два лагеря. Одни