К стероидам он прикоснулся лишь однажды, когда они понадобились тяжело больной жене. У него был шум в сердце, а штанги были собраны из коробок от кинопленки. Но без отговорок он тягал их в старом военном бункере или деревянном сарае, где летом было +35, а зимой –10. Уже на первых соревнованиях ему пришлось переписать дату рождения, потому что он не достигал даже минимального возрастного лимита. И он выиграл. Позже, будучи юниором, он занял седьмое место на чемпионате мира среди мужчин, и дома его так никто и никогда не одолел. Короче говоря, пока Америка боготворила Арнольда Шварценеггера, Чехословакия аплодировала Борису Плинтовичу.
Он родился через шесть лет после Второй мировой войны. Его мать пережила Холокост в Освенциме, поэтому он ценит здоровье гораздо больше других.
«Кто не двигается, тот спешит в могилу», — предупреждает Борис Плинтович, который и после семидесяти тренируется пять раз в неделю, своей формой затмевая на ходу двадцатилетних. «И к тому же как минимум три раза в неделю — на велосипеде», — добавляет он и в эксклюзивном интервью открывает свой сейф, полный тайн.
Достаточно посидеть с ним час, чтобы понять: жизнь — это пуговица. Или, точнее, она такая, какой ты её себе пришьёшь. «Я радуюсь каждому дню. Ведь пока человек здоров — как говорила моя мама — когда есть где спать и что есть, больше ничего не нужно. Все в порядке, а остальное — бонус сверху».
История мужчины, который не теряет улыбки. Просто наслаждайтесь.
Шум в сердце и «блины» из коробок от кинопленки
Искривлённый позвоночник, плоскостопие, из-за шума в сердце — никакого кардио, а вместо классической физкультуры только так называемая корригирующая гимнастика под надзором врачей. С пятьюдесятью килограммами веса, будучи самым маленьким мальчиком в классе, он стал бы посмешищем для одноклассников, если бы заявил, что из него вырастет атлет, не говоря уже о культуристе.
Но фотография Лероя Колберта, первого бодибилдера с объёмом руки более 50 сантиметров, всё изменила. «Тогда царила глубокая тоталитарная эпоха, и прямо под фотографией было написано „американский псевдоспорт“, потому что ничего подобного у нас абсолютно не существовало. Но утверждение, что размер мышц не соответствует силе, не давало мне покоя». Так четырнадцатилетний любознательный парень начал экспериментировать.
С подручным оборудованием, в крошечной комнатке у соседа. Три метра в длину, метр восемьдесят в ширину. «Как раз помещались перекладина, скамья и штанга. Мы сделали её сами — из черенка и гладких арматурных прутьев, токарь только обточил нам концы. Дисков не было, но в студиях на Колибе за забор выбрасывали коробки из-под старой киноплёнки. Мы их собирали, заполняли бетоном, вставляли прут — и готово. Выглядело это ужасно, но работало», — вздохнул он и продолжил.
«Во время учёбы в полиграфическом училище я проходил практику в типографии, где для газетного набора изготавливали свинцовые строки. Так что я каждый день подбрасывал парочку в сумку, дома на газовой плите переплавлял их в консервной банке, брал щипцы — и отливал в гипсе грузы».
В деревянном сарае было и плюс 35, и минус 10
Самоучке, однако, поначалу приходилось тренироваться тайком, вопреки врачебным предостережениям. Поэтому, когда на очередном осмотре он оказался на 10 килограммов тяжелее, кардиологи чуть не попадали в обморок. «Из-за сердца я проходил обследования каждые полгода. Раз докторша спрашивает: „Борис, что ты делаешь, как-то ты поплотнел“. Качаюсь. „Что?! Так нельзя, ты же убьёшь себя, сейчас позвоню твоей маме!“ Но она заканчивала работу в четыре, а я в школе — в час, так что дома успевал всё прибрать. Когда шум в сердце вдруг исчез, никто не мог понять, в чём дело».
Вместо специализированной литературы — метод проб и ошибок, вместо «погуглить» — собственная тетрадь. «Я просто пробовал всё и отмечал, что работает. Получилось — галочка, не получилось — вычеркнуть. Раз в месяц я фотографировался и карандашом набрасывал, как хочу сформировать фигуру. Если ноги спереди выглядели узкими, давай тестировать, что добавит ширины бёдрам. Так медленно вырисовывался целый план».
Своими открытиями он делился, публикуя статьи в журнале «Тренер и инструктор», и вскоре новое увлечение захватило других. Любопытствующие постепенно становились пионерами, и пока в мире начиналась золотая эра бодибилдинга, именно так писалась её первая глава в Чехословакии.
Парни, досконально изучавшие собственные тела, для пренебрежительного окружения были скорее забавной диковинкой. Скромная компания, несмотря ни на что, вкалывала при любой погоде в старом деревянном сарае. Летом они выжимали литры пота в 35-градусную жару, зимой коченели при минус десяти.
«Ну и что. Крепкие ботинки, куртка, шапка и, главное, толстые перчатки — если бы я взял гриф голой рукой, не отлепил бы. Снаряжение стало получше — слесари варили нам гантели за бутылку вина. С нами ходил и Лоро Дивальд, изучавший медицину; после тренировки он вместо душа вытирался снегом у сарая, натягивал свитер и шёл прямиком на лекцию. Уроженец Попрада, привычный, а мы, братиславцы, хотели так же, но, признаться, мерзли ужасно».
Самый молодой чемпион в истории, белок из корма для телят
Однако на чемпионате Западнословацкого края 1969 года возникло небольшое препятствие: Борис не достигал минимального возрастного лимита, ведь ему ещё не исполнилось восемнадцать. «На регистрации я в дате рождения (1951) просто исправил единицу на ноль», — с хитринкой признался он спустя годы. Эта же причина объясняет, почему в истории нашей атлетики вряд ли сыщется чемпион моложе.
Первое место в категории юниоров до 173 сантиметров он взял и на майском чемпионате Словакии, к счастью, уже будучи совершеннолетним. А спустя три недели на всереспубликанском первенстве золотую медаль ему торжественно вешал на шею сам Бен Вейдер — среди прочего, основатель и президент Международной федерации бодибилдинга (IFBB), глобальная икона этого спорта. То, что дебютный сезон не мог сложиться удачнее, — неопровержимый факт.
Маленькая деревянная халупа уже давно стала тесной для компании, собравшейся вокруг нового чехословацкого чемпиона. А государственному молокозаводу как раз требовался броский рекламный ход для своей продукции. Так примерно и родилось физкультурное объединение «Милекс Братислава». И вот уже в переоборудованном бункере времен Второй мировой войны приседали, жали, толкали и тянули — каторжный труд под землёй, втайне от посторонних глаз.
«Сто квадратных метров. Нам выделили деньги на линолеум и олимпийскую штангу — невероятная удача! Мы тренировались в белых носках, но и уходили в белых — порядок любой ценой был обязателен. Но новый клуб мог быть создан только при наличии хотя бы двух секций, так что господин Дурица из „Милекса“ купил стол и записал нас на настольный теннис», — смеётся первый словацкий фитнес-атлет, ставший лицом рекламы. Конкретно — сухого молока.
«Ежемесячно мы получали 30-килограммовый пакет в качестве спонсорской помощи — гонорары полагались только футболистам или хоккеистам. Мы делали из него коктейли: ведь оно содержало 50 процентов белка, прямой предшественник современных протеинов, грех было не воспользоваться. Позже мы просили состав с минимумом жира и сахара. Дурица говорил, что такое производит только для корма телятам, но вскоре стал делать и для нас. Однажды нам пришлось приготовить этот напиток и для полицейских, которые подумали, будто мы воруем цемент».
Юниор — седьмой в мире среди мужчин: бифштексы, яйца, салат и ничего
Защита титула на всех трёх соревнованиях, по всей видимости, никого не удивила. Феноменальное доминирование на домашней сцене через год забросило его прямиком на знаменитый «Мистер Юниверс». Вместе с Ладиславом Клери и Богумілом Дивилеком они образовали первую в истории команду, представлявшую ЧССР на чемпионате мира. Однако номинацию ему объявили в последний момент, и подготовку пришлось уложить в три месяца. Без специальной диеты это было немыслимо. Именно поэтому он уехал тренироваться в Дубницу.
«Я был студентом, жил только с матерью и не мог позволить себе расписанное по часам меню. Отец моего друга работал на бойне в Илаве и сказал: приезжай к нам за две недели до соревнований, буду приносить тебе мясо. Так что у меня на завтрак было два говяжьих бифштекса, два яйца, салат и чай. В десять — один бифштекс, два яйца и салат, в обед — то же, что и утром, и так до самого вечера. Каждый день, ничего другого», — вспоминает он, приложив руку к сердцу.
В Белграде в 1970 году стартовали 57 участников из 32 стран. У троих новичков из-под Татр самоуверенности не прибавилось, когда прямо на железнодорожном вокзале они увидели огромного чернокожего француза. «В левой руке — огромный чемодан, в правой — ещё больше, он нёс их какой-то барышне. Мы просто стояли и таращились. Лацо Клери говорит: „Боже правый, если здесь даже носильщики так выглядят, то какими же будут сами участники?“ Лишь потом мы узнали, что это был Серж Нюбре (будущий чемпион мира), который, к счастью, выступал только в показательной программе».
Несмотря на это, Плинтович в категории до 175 сантиметров занял седьмое место, будучи юниором среди мужчин. Более того, он достиг несмываемого успеха в конкуренции с настоящими титанами, такими как Чак Сайпс, который голыми руками мог разорвать десятисантиметровые телефонные справочники или лопнуть баскетбольный мяч, надувая его. Или абсолютный победитель того чемпионата — Франко Коломбо, лучший друг Арнольда Шварценеггера, с которым они вместе готовились в Америке.
К тому же, в то время как они тренировались в профессионально оборудованных залах, «фитнес-центр» в Дубнице-над-Вагом, возможно, и был по нашим меркам топовым, но всё же больше подходил под название «качалка». Плинтовича без колебаний выбрали «Культуристом года 1970» и включили в десятку лучших спортсменов Чехословакии.
«Получилось. Что тут добавишь? Я был счастлив и говорил себе: буду пахать так, чтобы через год стоять на пьедестале победителей».
Однако на подиум мирового первенства ему больше подняться не довелось. Но давайте по порядку.
Триумф даже с травмированным коленом
Весной 1971 года он уверенно завоевал третью золотую медаль на чемпионате Словакии и федеральном турнире, настраивая тело на сентябрьский «Мистер Юниверс» во Франции. Однако повестка на срочную военную службу сотни часов каторжного труда тотально похоронила.
«Я просил отсрочку с летнего срока на октябрь. Офицер потребовал причину. Готовлюсь к чемпионату мира в Париже. Он ответил, что они устроят мне такой Париж, что я до смерти не забуду».
«Чтобы получить хоть какой-то доступ к тренировкам, мне с огромным трудом удалось выбить направление в Дуклю Банска-Бистрица. Ходить в качалку было непросто, так что я записался к тяжелоатлетам. Сразу после регистрации, на квалификационных тестах во время рывка 90-килограммовой штангой, у меня разорвался мениск. Операция, военный госпиталь, никаких нагрузок. Ногу собрали, но через полгода во время ночного десанта я спрыгнул с движущегося транспортера, неудачно приземлился — и нога снова в отвале, снова мениск. Тогда меня комиссовали».
Всё это случилось за четыре недели до чемпионата Словакии 1972 года. Несмотря на нерабочее колено, он вышел на помост и там, и на чемпионате ЧССР. И с обоих, прихрамывая, сходил чемпионом. В четвёртый раз, и в последний.
«Я больше никогда не выступал. Даже если бы очень хотел, соревноваться было невозможно. Из левой ноги мне вырезали оба мениска, объём бедра уменьшился на добрых 10 сантиметров — выглядело как чужое».
Для понимания: его день в период пиковой формы выглядел примерно так.
«Питание? Если в студенческой столовой давали хоть картошку, уже хорошо. Я ставил будильник на 45 минут раньше, относил бракованные газетные листы из типографии в макулатуру и на вырученные гроши покупал десяток яиц и полкило творога».
«Тренировался шесть раз в неделю по три часа: один день — спина, плечи, грудь, другой — ноги и руки, пресс всегда. На малую мышцу — пять-шесть подходов, на большую — десять, по десять повторений. То есть на бёдра выходило и по тридцать подходов за тренировку, три раза в неделю. Такую нагрузку сегодня мало кто выдержит».
Стероиды только для тяжело больной жены
Хоть в архивах и найдутся культуристы с более внушительной коллекцией наград, другого спортсмена, которого никогда не побеждали на домашних соревнованиях, вы вряд ли отыщете. Свою статую, достойную греческого бога, он вырубил безо всяких пищевых добавок и современного оборудования. Он стал источником вдохновения для тысяч в эпоху, когда многие и не догадывались, зачем вообще нужны гантели. Его статьи читали запоем — даже чешский журналист Ян Смелкал признавал, что его советы остаются актуальными и полвека спустя, в совершенно другую эпоху. Одним словом, пока Америка гордилась Арнольдом Шварценеггером, Чехословакия стоя приветствовала Бориса Плинтовича.
«Пожалуй, какие-то сходства есть», — скромно опустил он взгляд. — «Но я вот что утверждаю. Если можешь не стоять — садись. Если можешь не сидеть — ложись и спи как можно больше при любой возможности. Добавь к этому полноценное питание — и мышцы будут расти сами. Принципы работы человеческого тела, в конце концов, не меняются тысячелетиями».
Однако в отличие от Арнольда, он ни разу не прибегал к стероидам. «Только однажды, если это можно засчитать, — когда моя бывшая жена тяжело заболела. Тяжёлый нефрит, она исхудала до 36 килограммов. Я знал про один препарат и упросил врача его выписать. За месяц она набрала восемь кило. Тогда-то я и увидел, на что они способны. И я их безусловно осуждаю».
«Мой друг Паво Малович, отличный спортивный врач, говорит мне: "Борис, сейчас у 12-13-летних футболистов я нахожу сердечные патологии. Начинаю копать — и многие признаются, что принимают стероиды. Спрашиваю: зачем? Потому что все принимают — а это ненормально. Их принимают даже стрелки. Увы, вопрос, видимо, уже не в том, принимать их или нет, а в том, как их принимать и чем маскировать, чтобы никто не узнал". Это дискредитация спорта, который должен облагораживать жизнь, делать её лучше и здоровее, а не калечить».
Бен Вейдер ещё в 1992 году наградил его за развитие и популяризацию бодибилдинга в Чехословакии. Как международный арбитр первой категории он дважды судил чемпионаты мира по натуральному бодибилдингу, а как сертифицированный тренер он постоянно занят, но всегда рад помочь советом. «Жаль только, что потом на велосипед времени не остаётся», — добавляет он с улыбкой.
Велоспорт сначала ради смеха, потом на чемпионатах мира
После соревновательной карьеры в культуризме он шесть лет посвятил айкидо, а после рождения сына — семье, и почти что ради шутки подал заявку на «Айронмэн» — экстремальный триатлон. И как бы странно это ни звучало, благодаря отличным результатам во всех трёх дисциплинах (2 км плавания менее чем за час, 200 км на велосипеде за десять часов и 20 км бега за два с половиной) он проложил себе путь даже в велосипедную сборную.
Он участвовал и в чемпионате мира среди ветеранов в австрийском Санкт-Йоханне среди Тирольских Альп, а за последние четыре десятилетия накатал на двух колёсах такую дистанцию, что хватило бы не раз обогнуть земной шар. На работу он до сих пор исправно ходит пешком, и ему не нужно ждать солнечного дня, чтобы выкатить свою «машинку» из гаража. Ведь пока нагрузки не экстремальны, нога и без менисков слушается.
«Но 200 километров за раз мне уже не осилить — возраст не обманешь. Мой рекорд? 440 километров. Мы с велосипедистами из всех четырёх братиславских клубов каждую субботу встречались на велотреке возле Тегельного поля. Однажды мы захотели проложить новый маршрут, но никто не знал какой. Тогда я скомандовал: "Поехали навестим моего дядю". А когда под Нитрой я сообщил, что он живёт в Банской-Бистрице, меня чуть не прикончили».
Кроссовки Сталлоне пахли как все, Голонка сбегал из качалки
Будучи дипломированным полиграфистом, он работал фотографом и графиком в еженедельнике «Свет социализма». После революции основал собственное издательство, эксклюзивно импортировал спортивный бренд Otomix из-за «большой лужи» и в калифорнийской Санта-Монике успел навестить своего друга Юрая «Мэки» Пипасика, с которым когда-то соревновался в жиме лёжа на Белградской.
«Оттуда сбегали даже хоккеисты «Слована», Голонка возмущался, что таких денег, сколько ему платили за поднятие штанги, он ещё не видел. Мэки работал персональным тренером голливудских звёзд — Тома Хэнкса, Дольфа Лундгрена, Сильвестра Сталлоне. И скажу вам — ботинки Сталлоне пахли ничуть не лучше, чем у всех остальных».
Заработанные деньги он вложил в первый в Братиславе частный фитнес-клуб, который даже спустя три десятилетия остаётся одним из самых посещаемых. И он не перестал улыбаться, даже когда клуб полностью обчистили.
«А что мне было делать? Слёзы не помогут. Осталась тогда только стойка для приседаний, которую не смогли протащить в дверь. Девяностые годы, что тут скажешь. По крайней мере, я знаю, каково это — потерять всё. Ведь говорят же: нужно упасть на самое дно, чтобы научиться ценить то, что имеешь», — таково его вечно позитивное послание.
Это возможно. Всегда
Сегодня ему 72 года, и в зале он без проблем даст фору двадцатилетним. «Мы живём в эпоху, когда всё доступно, а многие всё равно даже с дивана не встанут. Я не говорю, что человек продлит себе жизнь, но есть разница — в определённом возрасте начать стремительно падать вниз или мягко приземлиться, словно самолёт», — предупреждает энтузиаст движения, который, помимо всех прочих активностей, ещё и прекрасно рисует — его работы на выставках нередко фотографировали поклонники.
Возможно, именно благодаря шестому чувству к спорту два года назад он быстро оправился после инсульта, отказавшись даже от операции.
А мысль о том, каких высот он мог бы достичь, будь его мениски послушнее, его уже совершенно не беспокоит. «Я не думаю об этом уже добрых 45 лет — всё это пустые "если бы". Честно говоря, я даже не знаю, развлекала бы меня сама по себе пятая или шестая победа», — отмахивается он рукой.
В заключение: когда завтра вы будете вставать с оправданиями на устах, пусть Борис Плинтович станет для вас живым примером того, что всё возможно. Всегда.
Так выглядела программа Плинтовича в одной из книг 80х . Источник https://epiclife.ru/sport/zheleznyj-legion/boris_plintovich_i_ego_sistema.html
Программа Б. Плинтовича
I фаза — подготовительная
Продолжительность: 2 месяца
Частота: 3 тренировки в неделю
Характер нагрузки: веса большие, стиль силовой
Тренировка
1. Приседание со штангой на груди — 2×20
2. Наклоны со штангой на плечах — 2×15
3. Повороты туловища с грифом на плечах (сидя) — 3×макс.
4. Подтягивания на перекладине — 5×макс.
5. Отжимания на брусьях — 5×макс.
6. Жим лёжа широким хватом — 15–25 кг, с помощью партнёра, 1–2×2–3 с помощью
7. Разводка лёжа горизонтально — 3×6
8. Подъём штанги на бицепс — 4×6
9. Жим головой средним хватом — 5×6
10. Тяга штанги в наклоне широким хватом — 4×6
II фаза — основная
Продолжительность: 1,5–2,5 месяца
Частота: 4 тренировки в неделю
Характер нагрузки: веса ещё больше, стиль мощный, силовой
Понедельник — жимовой день
1. Жим лёжа средним хватом — 4×8
2. Жим штанги на наклонной скамье — 4×10
3. Подтягивания широким хватом — 6×4
4. Тяга на блоке к поясу сидя — 4×10
5. Жим за головой широким хватом стоя — 8×6
6. Разводка гантелей — 4×8
7. Подъём туловища на наклонной скамье — 3×20
Вторник — ноги и руки
1. Приседание со штангой на плечах — 5×8
2. Полуприсед — 3×6
3. Разводка на наклонной скамье — 4×8
4. Французский жим стоя — 4×6
5. Тяга к подбородку — 4×8
6. Подъём штанги на бицепс — 4×6
7. Подъём гантелей на бицепс сидя с упором в бедро (поочерёдно) — 4×8
8. Подъём ног на наклонной скамье — 3×20
Среда — отдых
-—
Четверг
1. Приседание со штангой на груди — 2×20
2. Наклоны со штангой на плечах — 2×15
3. Повороты туловища с грифом на плечах (сидя) — 3×макс.
4. Подтягивания на перекладине — 5×макс.
5. Отжимания на брусьях — 5×макс.
-—
Пятница
1. Полуприседы со штангой на плечах — 5–6×8–10
2. Жим на наклонной скамье — 5–6×8–10
3. Жим головой сидя — 5×8–10
4. Тяга в наклоне — 5×8
5. Подъём штанги на бицепс — 5×6
6. Разгибание рук на блоке — 5×10
7. Подъём ног на наклонной скамье — 3×макс.
Есть желающие попробывать?)
Если кто-то тренировался по его системе или позже модифицированной "Системе Плинтовича" поделитесь результатами в комментариях.