Найти в Дзене
Максим Бутин

6884. ГЕНИЙ ЕВГЕНИЯ ВИНОКУРОВА...

1. Я давно, ещё со школьных лет, пришёл к убеждению, что Евгений Михайлович Винокуров (1925.10.22 — 1993.01.23) — поэт великий. Притом, что написано им за его сравнительно непродолжительную жизнь не так уж много. Это не Дмитрий Александрович Пригов (1940.11.05 — 2007.07.16) с его бесконечной словесной трухой за столь же непродолжительную жизнь. Тем более приходится внимательно воспринимать и это немногое написанное нашим прославленным в среде истинных ценителей поэзии стихотворцем, а ежели действительно так рассмотреть да воспринять его творчество, то Евгений Винокуров окажется поэтом не только великим, но и чуть ли не гениальным. Вот навскидку пара текстов, связанных одной темой — смерти солдата на войне. 2. Текст 1. * * *
Если в поле, где-то в дальней дали,
Я от пули на бок упаду,
Чтоб немедля милую позвали,
Попрошу я при смерти в бреду…
Встанет сад, пестреющий гвоздикой,
Дачный полдень. Детский небосвод.
Девочка в переднике и с книгой —
Первая любовь моя придёт…
«Нет,— скажу,—

1. Я давно, ещё со школьных лет, пришёл к убеждению, что Евгений Михайлович Винокуров (1925.10.22 — 1993.01.23) — поэт великий. Притом что написано им за его сравнительно непродолжительную жизнь не так уж много. Это не Дмитрий Александрович Пригов (1940.11.05 — 2007.07.16) с его бесконечной словесной трухой за столь же непродолжительную жизнь.

Тем более приходится внимательно воспринимать и это немногое написанное нашим прославленным в среде истинных ценителей поэзии стихотворцем, а ежели действительно так рассмотреть да воспринять его творчество, то Евгений Винокуров окажется поэтом не только великим, но и чуть ли не гениальным.

Вот навскидку пара текстов, связанных одной темой — смерти солдата на войне.

2. Текст 1.

* * *
Если в поле, где-то в дальней дали,
Я от пули на бок упаду,
Чтоб немедля милую позвали,
Попрошу я при смерти в бреду…
Встанет сад, пестреющий гвоздикой,
Дачный полдень. Детский небосвод.
Девочка в переднике и с книгой —
Первая любовь моя придёт…
«Нет,— скажу,— у милой злее речи!
Дерзче взгляд. Платок сорви рукой!
Волосы вдруг выльются на плечи
Жёсткою, свободною рекой».
Прокричу: «Прощаю всё, что было,
Что там помнить — минули года! —
Что ушла, забыла, разлюбила…
Дай с тобой простимся навсегда!»

Винокуров, Е. М. Характеры. Новые стихи. М.: «Советский писатель», 1965. С. 54.

3. Казалось бы, сюжет простой: лирический герой, здесь легко отождествимый с автором, сражён вражеской пулей в поле и в последние минуты жизни в бреде грезит, чтобы явилась к нему его первая любовь. И как только девочка из детства является, умирающий прощает ей, «что ушла, забыла, разлюбила...» Что, для этих старых воспоминаний он велел своему сознанию вызвать её? Она ведь ушла, забыла, разлюбила? Она и ушла, и забыла, и разлюбила, а в его сердце осталась с ним. И вот теперь, когда пришла смерть, пришла пора прощаться и с первой любовью. Человек теряет самое дорогое. И потому не желает, чтобы эта потеря прошла обыденно, природным отрезом человека от жизни, ему надобно, очень желательно проститься — проститься навсегда. Прощание — это ведь и прощение…

Но самое главное в этом стихотворении то, что боец ещё не погиб, он ещё не ранен смертельно, он ещё только приготовляется к возможной смерти…

Если в поле, где-то в дальней дали,
Я от пули на бок упаду…

И приготовления его таковы, что физической смерти он противопоставляет человеческий бред и его предсмертные мечтания. Не смертью смерть поправ, уходит он в небытие, а предсмертным бредом запечатлевает свою человечность и свою любовь в вечности. Такими будут его предсмертная исповедь и предсмертное покаяние… Он это твёрдо решил.

4. Текст 2.

Незабудки

В шинельке драной, без обуток
Я помню в поле мертвеца.
Толпа кровавых незабудок
Стояла около лица.
Мертвец лежал недвижно, глядя,
Как медлил коршун вдалеке.
И было выколото «Надя»
На обескровленной руке…
1957

Винокуров, Е. М. Избранная лирика. М.: «Молодая гвардия», 1965.

5. В этом стихотворении лирический герой не готовится к смерти и не сам умирает, он видит деяние смерти — павшего в поле воина.

Природным символом памяти и, одновременно, символом пролитой крови стоит около его лица «толпа кровавых незабудок».

И этот мёртвый ещё участвует в жизни, он лишь замер и задумчиво глядит в небо, глядит как медлит перед броском на его лицо коршун-стервятник. Человеческим же символом жизни, памяти и надежды служит имя любимой «Надя», выколотое на руке.

Но боец всё же сражён, он погиб, даже рука обескровлена, мертвенно-бледна. И гибель его видна с первой строки: «В шинельке драной, без обуток...» Над ним не только коршун кружит. Мимо него проходили мародёры. Шинель им не приглянулась, а вот обувь… Смерть подтверждена и природными, и человеческими средствами.

Воин остался лишь в памяти лирического героя, легко отождествимого с автором и проходившего мимо убитого солдата. И лишь в татуированном имени осталась его надежда.

Нетрудно представить, что такая судьба ждала и самого автора, и самого лирического героя. Вот почему в первом, более позднем, стихотворении автор уже сформировал образ своего предсмертного бреда.

6. Слова у поэта простые, речь его, казалось бы, обыденна. А что он способен создать этими словами... Какие образы... Какие символы!..

2025.12.29.