Спустя двадцать лет после фильма, который заставил зрителей массово падать в обмороки прямо в кинотеатрах, Гибсон решил, что пора повторить.
Проект с рабочим названием «Воскресение» находился в производственном чистилище почти два десятилетия. Гибсон периодически рассказывал о нём в интервью, но дальше разговоров дело не двигалось. И вот теперь съёмки наконец стартовали — причём с размахом, которого никто не ожидал.
Режиссёр выбрал камеры IMAX. Те самые, на которые обычно снимают космические одиссеи Нолана и погони за динозаврами. Теперь эта технология запечатлеет события, произошедшие между Распятием и Воскресением.
Джим Кэвизел возвращается к роли Христа. Ему сейчас пятьдесят пять, но, судя по всему, возраст актёра создателей не смущает.
Когда в 2004 году вышли «Страсти Христовы», фильм снимали вполне традиционно. Это не помешало ему собрать более 600 миллионов долларов при бюджете в 30 миллионов и спровоцировать дискуссии, которые не утихали годами.
Выбор IMAX для сиквела — заявка серьёзная. Гибсон явно хочет создать зрелище, которое вытащит людей из дома в кинотеатр. Стриминговые платформы такого эффекта не дадут.
Есть в этом что-то ироничное. Технология, ассоциирующаяся с блокбастерами про супергероев, теперь служит библейскому сюжету. Хотя, если подумать, история с победой над смертью вполне тянет на супергеройскую.
Гибсон обещает показать события, которые разворачивались в течение трёх дней — от смерти до Воскресения. По христианской традиции, в это время Христос спускался в ад. Материал для визуального повествования богатейший.
Учитывая режиссёрский почерк Гибсона, мягким зрелище точно не будет. «Страсти» в своё время получили рейтинг R за жестокость. Сиквел вряд ли окажется добрее.
При этом первый фильм доказал: аудитория для такого кино существует и готова платить. Причём аудитория огромная. Религиозные общины организовывали коллективные походы в кинотеатры, церкви выкупали сеансы целиком.
Для Гибсона этот проект — нечто большее, чем просто кино. После «Страстей» его карьера пережила несколько крутых пике. Скандалы, публичные срывы, годы почти полного забвения в Голливуде.
Возвращение к истории, которая когда-то стала его главным режиссёрским триумфом, выглядит символично. Своего рода личное воскресение — если позволите такую параллель.
Съёмки идут. Дата премьеры пока не объявлена, но шум вокруг проекта уже начался. Мел Гибсон снова делает то, что умеет лучше всего — провоцирует, удивляет и заставляет говорить о себе.
Получится ли повторить успех оригинала? Сложно сказать. Мир изменился, зрители изменились, сам Гибсон изменился. Но одно можно утверждать уверенно: равнодушным этот фильм никого не оставит.
А камеры IMAX гарантируют, что каждую эмоцию мы увидим в мельчайших деталях. Готовьтесь.
А вы смотрели первую часть? Пойдёте на сиквел?