Для официальной статистики Советский Союз был страной победившего равенства.
Зарплата инженера — 120 рублей. Зарплата рабочего — 200 рублей. Зарплата министра — 600–800 рублей.
Казалось бы, разрыв небольшой. Никаких тебе яхт, дворцов и частных самолетов.
Но любой советский человек, живший в 70-е, знал: есть «официальная» жизнь, а есть реальная.
Вы выходили на улицу и видели соседа дядю Ашота или дядю Мишу, который официально числился скромным начальником склада или мастером в ателье. Но почему-то его жена ходила в бриллиантах, дома у него стоял японский видеомагнитофон (стоимостью как автомобиль), а по выходным он накрывал столы, достойные арабского шейха.
Откуда деньги, Зин?
В СССР существовала гигантская теневая экономика. По оценкам экспертов того времени (и современных историков), к началу 80-х годов в "тени" крутилось до 15–20% всего национального дохода страны. Это миллиарды неучтенных рублей.
Этих людей называли «Цеховиками».
Не путайте их с фарцовщиками (те просто перепродавали импортные джинсы у гостиниц) или спекулянтами (те перепродавали дефицит из магазинов с наценкой).
Цеховики — это элита преступного мира. Это производители.
Они не воровали готовое. Они создавали товар. Они шили джинсы, лили пластмассу, штамповали очки, катали валенки, делали мебель. Они заполняли те дыры, которые оставляла неповоротливая плановая экономика.
Государство не могло пошить модные брюки-клеш? Цеховик шил.
Завод выпускал уродливые авоськи? Цеховик делал яркий пакет с Пугачевой.
Они были спасителями быта. Но для Уголовного кодекса РСФСР они были расхитителями социалистической собственности в особо крупных размерах. Статья 93.1. Наказание — вплоть до расстрела.
Как им удавалось годами водить за нос систему? И какова была цена их успеха?
Часть 1. Анатомия схемы: Как сделать деньги из воздуха
Главная проблема любого бизнеса — где взять сырье и оборудование.
В капитализме ты идешь на биржу и покупаешь хлопок, станки, краску.
В СССР все средства производства принадлежали государству. Ты не мог легально купить рулон ткани или швейную машинку для промышленного цеха. Все распределялось по фондам и лимитам Госплана.
Так как же работали подпольные цеха?
Они работали внутри государственных заводов. Прямо в "чреве" социалистического монстра.
Схема «Экономия»
Это была самая гениальная и распространенная схема.
Представьте, вы — директор государственной швейной фабрики (или начальник цеха). Вам приходит разнарядка: пошить 10 000 мужских рубашек. Государство дает вам на это 20 000 метров ткани.
Вы — подпольный цеховик. Вы собираете технологов и закройщиков и говорите:
— Ребята, нужно пересмотреть лекала.
Закройщики чуть-чуть сдвигают выкройку. Делают припуски на швы на 2 миллиметра меньше. Чуть укорачивают манжету. Для покупателя это незаметно.
Но с одной рубашки экономится 5–7 сантиметров ткани.
На партии в 10 000 штук это дает сотни метров "лишней", неучтенной ткани.
По документам она израсходована. По факту — она лежит у вас на складе.
То же самое делали везде:
- На трикотажных фабриках: Чуть рыхлее вязка — экономия ниток.
- На химзаводах: Чуть разбавили краску растворителем или водой — появились "лишние" бочки краски.
- На продуктовых базах: Чуть больше льда в рыбу, чуть больше влаги в колбасу — тонны неучтенного мяса.
«Левая смена» (Третья смена)
Сырье есть. Теперь нужно произвести товар.
Строить тайный бункер в лесу? Опасно и дорого.
Зачем, если есть государственная фабрика?
В 17:00 или 18:00 официальная смена заканчивается. Рабочие идут домой.
Но часть доверенных швей, закройщиков и мастеров остается. Двери цеха запираются изнутри. Окна зашториваются (светомаскировка, как в войну).
Начинается «левая смена».
На государственных станках, используя государственное электричество, из сэкономленной (украденной у государства) ткани шьют те же самые рубашки. Или, что чаще, шьют модный дефицит.
Рабочие получали за эти ночные часы живые наличные. Причем платили щедро — за одну ночь можно было заработать как за неделю официальной работы. Поэтому молчали все. Круговая порука.
Куда девать товар?
Произвести — полдела. Надо продать.
Товар грузили в "левые" машины (водители тоже были в доле) и везли:
- На рынки. Там стояли свои люди.
- В государственные магазины. Директор магазина получал взятку и выставлял "левый" товар на прилавок вместе с официальным.
Деньги от продажи "левака" не пробивались через кассу, а шли прямиком в карман цеховика.
Враг у ворот: ОБХСС
Главным кошмаром цеховика был не КГБ (те занимались шпионами и диссидентами), а ОБХСС — Отдел по борьбе с хищениями социалистической собственности.
Эти ребята в синей милицейской форме с красными околышами умели считать. Они могли нагрянуть с проверкой, перемерить остатки ткани, проверить накладные, пересчитать пуговицы.
Борьба с ОБХСС была войной умов и кошельков.
Мелких инспекторов просто покупали. Конверт с деньгами, дефицитный коньяк, отрез на костюм.
С крупными было сложнее. Приходилось выстраивать целые коррупционные цепочки, ведущие на самый верх — в министерства и партийные кабинеты.
"Крыша" стоила дорого. Цеховик отдавал на взятки до 30-40% своей прибыли. Но оставшихся 60% хватало, чтобы быть богаче любого советского академика.
Часть 2. Короли ширпотреба: На чем делали состояния?
Что же производили эти подпольные короли?
Ответ прост: всё, чего хотел народ, но не давала партия.
1. «Пакетная лихорадка»: Прибыль 500%
Это звучит смешно для нас, людей 2025 года, у которых пакеты валяются под раковиной тоннами. Но в СССР красивый полиэтиленовый пакет с ручками был статусной вещью.
Советские пакеты были серыми, рвались и быстро пачкались.
А людям хотелось ходить с пакетом, на котором нарисована Алла Пугачева, Михаил Боярский, группа Boney M или логотип Marlboro.
Такой пакет не выбрасывали. Его стирали (!), сушили на веревочке и носили месяцами, пока краска не слезет.
Цеховики поняли: это золотая жила.
Где-нибудь в подвале в Баку или Одессе ставился примитивный станок для трафаретной печати (шелкография).
Брался обычный белый полиэтилен. На него накатывали цветную картинку.
- Себестоимость пакета: 5–10 копеек.
- Продажная цена на рынке: 3 рубля, а то и 5 рублей (если картинка очень модная).
Для сравнения: обед в столовой стоил 1 рубль.
Это была рентабельность, которой позавидовали бы наркобароны. На пакетах с Пугачевой люди строили трехэтажные дачи.
2. Джинсовая мафия
Джинсы — религия советской молодежи. Фирменные Levi’s или Wrangler у фарцовщиков стоили 150–200 рублей (две зарплаты!).
Цеховики предложили альтернативу. «Самострок».
Схема была сложной. Ткань (деним) в СССР не производили. Её либо воровали с фабрик, которые шили рабочую одежду, либо ввозили контрабандой, либо красили обычную хлопковую ткань "под джинсу".
Чтобы джинсы выглядели "как настоящие", их нужно было "варить" (выстирывать с отбеливателем и камнями) и клепать фурнитуру.
Заклепки (болты) делали из распиленных алюминиевых кастрюль или штамповали из латунных листов в гаражах.
Лейблы (Montana, Super Rifle) печатали в подпольных типографиях.
Такие джинсы стоили 60–80 рублей. Да, они красились, садились, рвались. Но это были Джинсы.
Одесса, Харьков и Тбилиси были столицами джинсовой мафии. Там работали целые подпольные фабрики, замаскированные под психбольницы или склады овощей.
3. Меховое золото и пляжный сезон
На юге (Сочи, Абхазия, Крым) цеховики делали деньги на отдыхающих.
- Шлепанцы: Из ворованной резины штамповали модные "вьетнамки".
- Кепки: Из пластика делали козырьки с надписью "Сочи-82".
- Очки: Затемненные стекла вставляли в самодельные оправы.
Но высшим пилотажем были Шубы.
Ондатровые шапки, норковые воротники, шубы из каракуля. Это был товар для элиты. Сырье (шкурки) скупали у охотников за нал (что было незаконно) или списывали как "некондицию" на зверофермах.
Именно на мехах погорела самая крупная мафия СССР, о которой мы поговорим чуть позже.
А пока представьте: у вас в подвале стоит мешок денег. В буквальном смысле. Купюры по 10, 25 и 50 рублей, перетянутые резинками.
Вы заработали их за месяц.
Но вы не можете пойти и купить «Мерседес». Вы не можете купить квартиру (их давали бесплатно, в очереди). Вы даже не можете открыто купить лишнюю палку колбасы, чтобы соседи не начали шептаться.
Вы — подпольный миллионер Корейко. И ваша жизнь превращается в адский квест: как потратить деньги и не сесть?
Часть 3. Жизнь «Советского Корейко»: Богатство как проклятие
Представьте сюрреалистическую картину.
Человек заходит в свою обшарпанную «хрущевку». Закрывает дверь на три замка. Задергивает плотные шторы.
И только тогда достает из тайника под половицей бриллиантовое колье, которое стоило 50 000 рублей (10 автомобилей «Волга» или 5 кооперативных квартир).
Он любуется им пять минут, вздыхает и прячет обратно. А утром надевает потертый пиджак фабрики «Большевичка», берет авоську с кефиром и идет на работу, чтобы не вызвать подозрений.
Это была главная трагедия цеховиков. Деньги были, а жизни не было.
Куда прятать миллионы?
Банковских счетов в Швейцарии не существовало. Хранить деньги в Сберкассе? Опасно. Если вы положите туда сумму, превышающую 10 000 рублей, к вам придут с вопросом: «Откуда доходы?».
Поэтому деньги хранили физически.
- Трехлитровые банки. Это не миф. Купюры плотно утрамбовывали в банки, закатывали крышками (чтобы не отсырели и мыши не съели) и закапывали на дачах, в огородах, в лесу. Многие такие «клады» находят до сих пор.
- Золото и антиквариат. Скупали царские червонцы, иконы, картины, ювелирку. Это была единственная твердая валюта, которая не гнила и росла в цене.
- Облигации 3-процентного займа. Это были государственные ценные бумаги, которые можно было купить анонимно. Часто ими набивали матрасы.
Схема «Счастливый билет»
Но всем хотелось пожить красиво. Купить машину, дачу.
Как объяснить покупку «Волги» (ГАЗ-24), которая стоила 9 000 рублей, при зарплате в 150?
ОБХСС сразу спросит: «На какие шиши?».
Тут работала гениальная схема отмывания денег через лотерейные билеты.
Если обычный человек выигрывал в лотерею «Спортлото» или ДОСААФ автомобиль «Волга», к нему тут же подкатывали «жучки» от цеховиков.
— Слушай, друг. Машина стоит 9 тысяч. Я даю тебе 18 тысяч наличными прямо сейчас. А ты отдаешь мне выигрышный билет.
Счастливчик, ошалев от двойной цены, соглашался.
Цеховик шел в сберкассу, предъявлял билет и официально получал машину (или деньги) как выигрыш.
Теперь у него была железная справка для ОБХСС: «Я не украл. Я выиграл! Повезло!».
Такие билеты были самым ходовым товаром на черном рынке.
Часть 4. Дело «Меховой мафии»: Взлет и расстрел
Но иногда масштабы воровства становились такими, что скрыть их было невозможно.
Самая громкая история 70-х — «Картельное дело» или дело «Меховой мафии».
В центре схемы стояли не простые директора заводов, а люди со связями. Основные фигуранты — Исаак Снобков (начальник кафедры права!), Лев Дунаев и Петр Эппель.
Место действия: Казахстан, город Караганда.
Там работали три предприятия: Горпромкомбинат, Абайская швейная фабрика и цех на базе общества глухонемых.
Схема была гениальной в своей наглости.
Они наладили производство шуб и меховых шапок в промышленных масштабах.
Сырье? Списывали на зверофермах как «падеж скота» или закупали за нал у браконьеров.
Производство? Работали в три смены.
Сбыт? Вся страна! Их шубы продавались в Москве, Ленинграде, Прибалтике. На них даже ставили фальшивые государственные ярлыки.
Это был настоящий спрут.
Прибыль исчислялась миллионами рублей.
Лидеры банды жили как короли. У Петра Эппеля при обыске нашли:
- 40 сберкнижек на предъявителя.
- 150 000 рублей наличными.
- 10 килограммов золотых монет и украшений.
- Несколько автомобилей.
Их крышевали на самом верху. Следы вели в МВД Казахской ССР и даже, по слухам, к окружению Галины Брежневой (дочери Генсека), которая обожала бриллианты.
Провал
Погубила их случайность. В 1974 году в Москве ограбили квартиру одного из цеховиков. Воры вынесли деньги и ценности. Милиция начала расследовать кражу и удивилась: «Откуда у простого гражданина столько добра?».
Ниточка потянулась в Караганду.
В операции по захвату участвовали сотни оперативников КГБ (делу присвоили гриф секретности и назвали «Картелъ»). Это была не милицейская операция, а войсковая.
Приговор был жестоким. Трех главных организаторов (Снобкова, Эппеля и Дунаева) приговорили к расстрелу. Остальные получили сроки от 15 до 25 лет.
Это был сигнал всем: «Воруйте, но знайте меру. Залезете в карман государства слишком глубоко — убьем».
Часть 5. «Вышка» за предприимчивость: Статья 93-1
Почему расстрел? Разве за экономические преступления убивают?
В цивилизованном мире — нет. В СССР — да.
В 1960-е годы Никита Хрущев, узнав о масштабах черного рынка, пришел в ярость. Ему доложили про знаменитых валютчиков Рокотова и Файбишенко, которые меняли доллары и джинсы.
Хрущев кричал с трибуны: «За такие преступления нужно расстреливать! Это диверсия против советского строя!».
Специально под них переписали Уголовный кодекс. Появилась печально известная Статья 93 прим. 1 (93-1) УК РСФСР:
«Хищение государственного или общественного имущества в особо крупных размерах... наказывается лишением свободы на срок от 8 до 15 лет с конфискацией имущества или смертной казнью с конфискацией».
«Особо крупный размер» — это хищение на сумму свыше 10 000 рублей.
То есть, за кражу стоимости одной «Волги» человека могли поставить к стенке.
Андроповские чистки
В начале 80-х, когда Брежнев умер и к власти пришел глава КГБ Юрий Андропов, гайки закрутили до срыва резьбы.
Андропов объявил войну коррупции и «нетрудовым доходам».
- В магазинах начались облавы ОБХСС.
- В кинотеатры и бани днем приходила милиция: «Почему вы не на работе? На какие деньги гуляете?».
- Цеховики в панике сворачивали производство, топили станки в реках, сжигали накладные.
Многих тогда посадили. Кого-то (как директора Елисеевского гастронома Юрия Соколова) расстреляли показательно, чтобы успокоить народ, уставший от дефицита. Власть говорила: «Смотрите, вот кто виноват, что у вас нет колбасы! Это они всё украли!».
Хотя на самом деле цеховики не крали колбасу у народа — они, наоборот, пытались насытить рынок хоть чем-то.
Заключение: От расстрела до списка Forbes
Конец этой драмы наступил неожиданно.
В 1987-1988 годах Михаил Горбачев подписывает Закон «О кооперации».
То, за что вчера расстреливали, стало законным.
Вчерашние «преступники-цеховики» вышли из тени. Они первыми открыли кооперативы. У них были деньги (те самые, из банок), у них был опыт управления, у них были налаженные связи.
Многие из тех, кто сегодня входит в список Forbes или владеет крупными торговыми центрами — это выходцы из той самой теневой экономики или их дети.
Они выиграли эту войну. СССР рухнул, а они остались.
Но были и те, кто не дожил. Те, чьи безымянные могилы с номером вместо фамилии остались на тюремных кладбищах только за то, что они посмели шить людям модные джинсы и делать красивые пакеты.
Кем они были?
Ворами, которые обкрадывали государство (ведь сырье они брали государственное)?
Или героями капитализма, которые боролись с серостью и давали людям право выбора?
История не дает однозначного ответа.
Но одно можно сказать точно: без них советская жизнь была бы намного скучнее и беднее.
А вы помните эти вещи?
Может быть, у вас дома лежит пакет с Пугачевой? Или вы носили те самые «вареные» джинсы, которые красились синим? А может, ваши родители покупали машину через «лотерейный билет»?
Пишите свои истории в комментариях!