Конечно, это был сложный шаг. Но была настолько тяжёлая ситуация, что я обращалась к родственниками молила о помощи:"Помогите, я не знаю что делать с Леной! ". Она сидела в своей комнате, ни с кем не общалась, со мной разговаривала односложно " нет", "отстань", " уйди", не слушалась, пыталась убегать из дома (сейчас я понимаю, что это была демонстрация её состояния, это был крик о помощи). Показателен момент. Однажды, в очередной приезд мужа, я решила всем детям сделать сюрприз, и мы повезли их в наш Новосибирский зоопарк. Он достаточно большой, интересный, посещаем мы его раз в год (в другом конце города находится, и гулять очень долго по нему). Лену забрали после уроков и торжественно объявили, что сейчас будет сюрприз и мы кое-куда поедем. Средняя дочь Катя обрадовалась, ждала сюрприза. А Лена смотрела исподлобья и отвечала:"Хм, вот ещё, никуда не поеду! ". Когда приехали в зоопарк, то она закричала:"А я вас просила сюда везти? ". И около часа была хмурой, даже фотография на память осталась: прижалась к папе, и хмурым взглядом из-подлобья смотрит в камеру. Смягчить её состояние смогли лишь белки, которых кормили с рук, купив им корм.
Каждый день я вынуждена была крутиться вокруг Лены, чтоб её не обидеть, чтоб лишнее не сказать, чтоб что-то только хорошее. Иначе получала кучу обидных слов на пустом месте, без причины. Слышала в свой адрес каждый день, что она меня ненавидит, что лучше чтобы я умерла, что она этого сильно хочет. Сейчас я тоже понимаю, что это крики о помощи, а тогда я была бессильна, я злилась на неё и весь белый свет. Спрашивала:"За что мне это испытание? Чем я заслужила такое отношение?". Я воспринимала её каким-то монстром, которое меня мучает. А мучение было реально. Например, когда я уже укладывала младшую дочь и собиралась спать, у Лены заканчивалось положенное и разрешенное ей время на телефоне по "родительскому контролю" (Примерно 6 часов в день), Лена приходила ко мне в комнату и канючила:"Включи! "Я отвечала, что не включу, ложись спать. И с периодичностью в 5-10 минут она могла приходить ко мне так раз 10. Я уже засыпала, она меня будила и так до бесконечности и каждую ночь. Сама Лена засыпала, наверное, не раньше 02-00 ночи. Каждый день мне писала учитель Лены и ругала за то, что я не делаю с ней уроки, плохо проверяю и т. д. Но это было невозможно, заставить дочь делать что-то против её воли. Она отказывалась учить уроки. Полностью вышла из-под контроля. Это в 8 лет! Я думала, что в 7 лет у неё начался кризис и до сих пор не заканчивается. Мне было очень странно и непривычно видеть такое поведение и отношение к учебе. Я то ведь послушная была, особенно в начальной школе. Учитель для меня всегда был авторитетом вплоть до 2024 года. В прошлом году я поняла, что не всё учителя заслуживают смирения. Бывают и самодуры. Но об этом как-нибудь потом.
Вот в таком измученном состоянии мы и пришли к психиатру, которого нам посоветовал психолог. Это было одно из самых правильных решений в моей жизни. С врачом повезло, мне с ней очень комфортно разговаривать и делиться проблемами. Она сама спрашивала, а я отвечала. Потом разговаривала с Леной. Обычно, сначала идёт беседа с родителем, потом родитель выходит, начинается беседа с ребёнком. Потом ребёнок выходит, и беседа идёт снова с родителем на основе того, что стало известно после беседы с ребёнком. Причём, всё стороны предупреждаются заранее, что можно некоторые моменты оставить в секрете от врача/родителя/ребёнка. Каждый говорит то, что считает нужным.
В первую очередь Лене прописали какие-то таблетки на месяц, и попросили писать врачу если будут нежелательные побочные эффекты. Объявили, что сначала будет достигнут некоторых терапевтический эффект, а затем через несколько месяцев лечения нужно подключить психолога (это обязательно в нашем случае).
После первого приёма я вышла опустошенной, мне хотелось плакать, было себя жалко, и Лену тоже. Я уже столько раз говорила разным специалистам о наших проблемах. И, наконец, кто-то нас услышал и начал помогать. Правда, понятно это стало не сразу. В течение трёх месяцев мы подбирали таблетки. Некоторые таблетки давали такие побочные эффекты, что мне становилось страшно, я писала в чат клиники, и эти таблетки срочно отменяли. Муж вообще категорически был против таблеток и психиатра, он не верил, сидя в другом городе, что у нас всё так плохо. Я молилась, чтоб только не было никакой шизофрении, потому что было время когда Лена видела на потолке каких-то ползающих пауков или жуков, красный глаз на шторе...
Каждый пункт в поведении ребёнка, проблемы в наших отношениях- всё доносилось врачу. Спустя 3 месяца поиска таблеток -подходящие именно ей были найдены. Это антидепрессант и нейролептик. В самых малых дозах.
Кстати, помню, с каким трудом я этот нейролептик в каплях искала по городу. Дело в том, что в нашем городе форма в каплях исчезла из аптек. Форма в таблетках из-за дозировки подходит только взрослым. На сайте поиска лекарств я увидела, что капли есть в двух аптеках города. С утра я поехала с маленьким ребёнком сначала в клинику за рецептом, а потом в аптеку неподалёку от клиники (30 минут от дома). Но лекарство уже купили. Посмотрела на сайте, что осталось только в аптеке в Академгородке, куда ехать нужно около 1-1,5 часа в одну сторону. С младенцем на заднем сидении, который в любой момент может раскапризничаться по любому своему младенческому поводу (подгузник, еда, грудь, солнце в глаза светит, долго едем и пр.). Ни разу не подумав, что мне это помешает, я в ту же минуту бросилась в спасительный Академгородок, молилась всю дорогу лишь о том, чтоб лекарство меня дождалось. И оно меня дождалось. Я была так счастлива, что достала его. Больше оно не появилось с тех пор в аптеках, забрала последнюю баночку. К счастью, дозировки настолько малы, что баночки хватит на несколько лет.
Надо отдать должное, младшая моя доча спала всю дорогу. Помогла мне в этом нелёгком деле добывания лекарств.
