Юлия Проскурякова, 43‑летняя певица и жена Игоря Николаева, в беседе с «МК» поделилась планами на приближающийся Новый год. Её ответ прозвучал просто и однозначно: «Конечно, дома. Только дома», — с тёплой улыбкой отметила артистка, и в этих словах читалась особая ценность семейных традиций.
Для Юлии главный зимний праздник — это прежде всего атмосфера уюта, родных лиц и тех маленьких ритуалов, которые годами складывались в их семье. Она не стремится к пышным торжествам или экзотическим поездкам: истинное волшебство Нового года, по её мнению, рождается в стенах родного дома, где всё знакомо и дорого сердцу.
При этом певица призналась, что пока не занималась выбором подарков и даже не знает, чего именно желает её дочь Вероника от Деда Мороза. «Мы ещё не обсуждали это подробно, — поясняет Юлия. — Вероника, как и все дети, с нетерпением ждёт праздника, но пока не сформулировала конкретный список желаний. Думаю, она сама ещё до конца не решила, что попросить у волшебника». В голосе Юлии слышится лёгкая ностальгия: она вспоминает, как в детстве сама с трепетом писала письмо Деду Морозу, тщательно продумывая каждое пожелание.
Сама певица в этом году письмо волшебнику не писала. Взрослая жизнь, заботы и ответственность за семью как будто отодвинули детские традиции на второй план. Но отсутствие списка собственных желаний Юлия объясняет не усталостью от праздников, а чем‑то более глубоким. «Мне не нужно что‑то материальное, — говорит она. — Моё главное желание простое и, наверное, самое важное: я хочу, чтобы все люди были счастливы и здоровы». В этих словах — искренняя доброта и та душевная щедрость, которая всегда отличала Юлию.
Она рассказывает, что в их доме Новый год всегда отмечали по‑особенному. Даже когда график был плотным, а репетиции и съёмки отнимали много сил, семья находила возможность собраться вместе. «Это не про фейерверки и дорогие подарки, — уточняет Юлия. — Это про то, как мы вместе украшаем ёлку, как папа помогает Веронике повесить самые хрупкие игрушки, как мы потом пьём горячий шоколад и смотрим старые новогодние фильмы».
Игорь Николаев, по словам Юлии, тоже ценит эти тихие семейные моменты. Несмотря на статус звезды и плотный график, он всегда старается освободить канун Нового года для самых близких. «Он умеет создать настроение, — улыбается Юлия. — То споёт что‑то под гитару, то придумает какую‑нибудь забавную игру. Для Вероники папа — это часть новогоднего чуда».
Дочь Вероника, в свою очередь, уже вовсю живёт предвкушением праздника. Она с любопытством следит, как родители достают с антресолей коробки с гирляндами и игрушками, и просит разрешить ей самой развесить хотя бы несколько украшений. «Она верит в Деда Мороза по‑настоящему, — делится Юлия. — И эта вера так заразительна! Иногда я ловлю себя на мысли, что и мне хочется снова поверить в волшебство, как в детстве».
Пока в доме ещё нет наряженной ёлки, а под ней не лежат завёрнутые в яркую бумагу подарки. Но Юлия уверена: всё это появится в своё время. Главное — не скорость подготовки, а то тепло, которое они вкладывают в каждый момент. «Может, мы и опоздаем с покупками, — смеётся она. — Может, будем украшать квартиру в последний день. Но это не испортит нам праздник. Потому что Новый год — это не про «идеально», а про «вместе».
В её представлении идеальный новогодний вечер выглядит так: мягкий свет гирлянд, аромат мандаринов и хвои, смех дочери, которая пытается научить папу новому детскому танцу, и ощущение, что весь мир на мгновение замер, давая им возможность насладиться этим мгновением. «Я хочу, чтобы Вероника запомнила эти вечера, — говорит Юлия. — Чтобы, когда вырастет, она могла сказать: «У нас были самые тёплые новогодние ночи».
И в этом, пожалуй, и есть секрет счастья по версии Юлии Проскуряковой: не гнаться за внешними атрибутами праздника, а беречь то, что уже есть, — любовь, семью, веру в добро. А остальное, как она верит, обязательно сложится само — по волшебству новогодней ночи.