Власть забирает свободу и закрепощает того, кто закрепощает других. Устойчивая иллюзия, что власть сама по себе является благом, передаётся из поколения в поколение, но является ли благом то, что не делает счастливым?
Вот какое определение даётся понятию «власть» в словаре С.И. Ожегова:
Власть – это право и возможность распоряжаться кем-либо, подчинять своей воле.
Очевидно, перед Сергеем Ивановичем Ожеговым и не стояла задача дать действительную оценку тому, что люди называют властью.
«Тяжела царская корона» – это расхожая фраза, которая является интерпретацией цитаты из исторической пьесы У. Шекспира «Генрих IV», которая на русском языке звучит буквально так: «Не в своей тарелке голова, что носит корону».
И та и другая версии несут один и тот же смысл: власть сама по себе обременительна, но несмотря на это, те, кто не обладают властью, стремятся её получить. Те же, кто её уже получил, не торопятся с ней расставаться.
Выходит, что отношения власти и людей похожи на отношения мотыльков и огня, каждый раз мотыльки сгорают в огне, но это не меняет их стремления.
Несвобода власти
Чтобы понять суть власти и вытекающего из неё подчинения, нужно разобрать самые обычные примеры очевидной власти.
Власть родителей
Каждый человек получает в определённый момент своей жизни власть. Самый простой пример – это родительская власть. Конечно, семейные отношения должны быть наполнены любовью, но в действительности именно в этой естественной связи людей рождается понятие зависимости и власти.
С одной стороны, родитель безусловно распоряжается своим ребёнком, он говорит, что ему можно делать и говорить, а что делать и говорить ни в коем случае нельзя. Каждый родитель вынужден устанавливать систему наказаний, если ребёнок отказывается выполнять заданную родителем программу, равно как и предлагать систему поощрения.
Вся эта сухая характеристика взаимоотношений в семье сдабривается различными успокоительными пилюлями, которые называются «любовь», «родительская забота», «детская благодарность», или применяется более суровое понятие «долга».
Всякий родитель горько усмехнётся, если ему сказать, что он обладает властью, так как для любого родителя семья и дети – это в первую очередь огромный пакет обязанностей, которые необходимо выполнить, чтобы взрастить ничего не умеющее существо и превратить его в социализированную единичку общества.
Разве родитель не ощущает своей закрепощённости обязанностями, которые он на себя принял?
Власть на работе
Более формализованные отношения складываются в сфере труда. И тоже касаются абсолютного большинства людей. На первый взгляд может показаться, что начальник, который является таковым не просто в силу традиций или негласного договора, а в силу государственного закона, обладает действительной властью.
Но на деле оказывается, что его власть ограничена тем же самым законом, устанавливающим права подчинённых. Более того, любой начальник в равной степени должен совершать множество обязанностей по отношению к своим подчинённым, которые направлены не только на организацию рабочего процесса, но и на установление собственного авторитета.
Чтобы это сделать, начальник вынужден подбирать ключи к коллективу, правильно понимать потребности его членов и верно выбирать свои шаги, дабы завоевать уважение или хотя бы внешнее его проявление.
Государственная власть
Высшей формой власти, которая известна человеку, является реальная, принадлежащего государственным лидерам и различного рода высокопоставленным лицами, в том числе представляющим финансовую элиту, владеющую большей частью имущественных благ этой планеты.
На первый взгляд может показаться, что это уж действительно настоящая власть и она ничем не ограничена. Но и тут всё оказывается совсем не просто.
Нижний этаж высшей власти, представленный крупными политическими деятелями, зависит от настроения масс, которыми такое лицо управляет. Политик любого уровня должен подстраиваться под настроения большинства. Даже великие лидеры по типу В.И. Ленина или М. Ганди были вынуждены оценивать условия, в которых они оказались, дабы принять верное решение. Это и настроение партии, и чаяния ближайшего окружения, и потребности общества, выраженные в финансовых, культурных и иных объективных условиях.
Современные политики посредственного уровня вообще вынуждены отслеживать состояние своего рейтинга чуть ли не ежедневно, дабы не оказаться сброшенными с временного пьедестала.
Абсолютный монарх Николай II перестал быть таковым именно потому, что не оценивал эти условия, наивно полагая, что его власть зиждется на воле божьей. Конец последнего русского Императора и его семьи всем хорошо известен.
Что касается финансовых магнатов, то и их судьба далека от радужного купания в известных миру благах. Мир элиты, в чьих руках сосредоточена власть, очень узок. Этот круг находится в постоянном конфликте друг с другом в борьбе за доминацию. Этот конфликт происходит как между различными крупными финансовыми группами, так и внутри них. Жизнь магнатов можно сравнить с обитанием в волчьей стае, правда, законы выживания куда суровее, чем у воюющих млекопитающих.
Конечно, обыватель, который рвётся к власти, как мотылёк к огню, никогда не поверит, пока сам не обожжётся. Когда же мотылек обжигается, становится поздно.
Так к чему же нужно стремиться человеку, если не к власти?
Как ни странно, общество на уровне массового подсознания понимает главную ценность в виде свободы, но, к сожалению, векторы действий людей к этому благу не ведут.
Родители продолжают учить детей подчиняться режиму школы и ждать хороших отметок от представителей закрепощающих систем, чтобы в дальнейшем сделать хорошую карьеру и заполучить кусочек власти.
Система потребления, которая уже и не вызывает протеста даже у интеллигенции, также ведёт к выполнению рабских ритуалов с целью получения предмета вожделения, вбирающего в себя подавленное сублимированное либидо, трансформированное в извращённый предмет с надкусанным яблоком или дорогим лейблом на капоте.
Получается так, что в человеческом обществе все стремятся стать обеспеченными и хоть немного обладающими властью рабами. Почему так получается? Потому что социум одобряет данный вектор, потому что данный вектор служит социуму.
Свободный человек – опасный человек
Никто не знает, чего ждать от свободного человека. Никто не знает, что у него на уме и для чего он вообще живёт. Поэтому свободный человек неудобен для общества. Но это совсем не означает, что нужно с этим соглашаться.
Конформизм с общественными установками – это следствие либо посредственности разума, либо посредственности воли. Ни то и ни другое само по себе не является достойным осуждения, это обычные и естественные явления. Но почему можно однозначно утверждать, что такой подход является ошибочным?
Критерий для правильности человеческих решений и действий очень прост. Социология давно включила в свой понятийный аппарат такое определение как коэффициент счастья. Да, можно спорить, что является счастьем в действительности. Но можно ли спорить с самим собой в ощущении счастья?
Пока человеческое общество рождённой им же наукой характеризуется как несчастное, или, говоря более формализовано, пока в обществе столь низкий коэффициент счастья, как сегодня, то исходить из установок такого общества не следует, так как они не решают главную задачу для любого человека – быть счастливым.
Свобода – это высшая форма власти. Быть свободным – это означает обрести власть над самим собой, над своим образом жизни, над своими суждениями. Быть свободным – это не стремиться к власти и не зависеть от неё, даже если она получена.
Свобода – это не грязные волосы и не жизнь в лесу или у моря в лачуге. Свобода – это внутри. Образ жизни может быть совершенно любой, но образ мыслей у свободного человека всегда будет отличаться от того, кто жаждет власти. Власть всегда будет оставаться лишь иллюзией, которая поддерживается толпой со свойственным ей посредственным разумом и с посредственной волей.