Вышли «Дневники барона Эдуарда Толля. Русская полярная экспедиция 1900–1902 гг.» - издание, которое наконец восполнит давний пробел в нашем представлении об истории русской Арктики. Толль вел дневник в реальном времени на судне «Заря», и уходя пешком к острову Беннета, чтобы оттуда начать поиск загадочной Земли Санникова, оставил тетради на судне - как оставляют письма в будущее.
Вдова, Эммелина фон Толль, издала дневники на немецком еще в 1909 м, на русском они вышли только в 1959 м, и то в версии, которая оказалась не полной: русский читатель десятилетиями жил «сокращённой Арктикой» потому что советские редакторы вымарывали из текста целые пласты: упоминания о Колчаке, о Пасхе на борту, о патронате великого князя Константина Константиновича и другие «неподходящие» исторические факты. Новое издание опирается на более полный русский перевод из архива РГО - рукопись Павла Гильмерсена 1916 года.
Щи, закопанные в вечность: как Толль оставил России лабораторию в мерзлоте
В 1900 году в дневнике Толля появляется запись: «закопаны 48 банок консервированных щей, сухари, овсянка, сахар, шоколад, чай». Страховка маршрута на всякий случай. Только случай не наступил. Люди ушли дальше - в белую неизвестность, а закладка осталась в мерзлоте. Когда спустя семь десятилетий её подняли, выяснилось, что это готовая лаборатория, уже запущенная природой: идеальный морозильник без кнопок и электричества. Именно экспедиция «Комсомольской правды» в 1973 году фактически открыла современную судьбу толлевских складов: найденное на мысе Депо перестало быть «легендой из дневника» и стало объектом исследования. Клад привезли в Москву, вскрывали, фиксировали, обсуждали. Из находки родился большой научный эксперимент, растянутый на десятилетия. С 1974 года специалисты и институты начали закладывать туда современные продукты и материалы, возвращаясь к ним через годы и десятилетия. Такие экспедиции - это тяжёлая инженерная и научная работа: вскрытия грунта, опись, термодатчики, фиксация температурного режима, новые закладки, контрольные сроки. По итогам экспедиции «Таймыр-2022», участники изъяли более сотни позиций и заложили новые, причём не только съедобные: в закладки вошли каучук, масла, шерсть.
Мерзлота больше не «вечная» - и это видно по градуснику
Зона многолетней мерзлоты занимает в России порядка 63–65% территории. Но мерзлота уже не та, что в учебниках: в хранилище закладки 1974 года в самый тёплый сезон (конец августа -начало сентября) датчики фиксировали до +6 °C. Для долгого хранения это тревожный сигнал. Поэтому на экспедиции приняли решение: уходить глубже. На мысе Депо выкопали «куб» 2×2×2 метра, чтобы вывести закладку на расчётный режим примерно −8 °C и компенсировать потепление Арктики. Проект, напомним, длинный: контрольные сроки и закладки расписаны до 2050 года.
Директор ВНИИ кондитерской промышленности (филиал ФНЦ пищевых систем им. Горбатова) Сергей Белецкий отдельно подчёркивал уникальность этой работы: «Это один из самых длинных в мире экспериментов по поведению продуктов при нерегулируемых температурах. Арктика показывает: одни продукты на холоде держатся десятилетиями, другие сыплются за пару лет, а некоторые, даже выигрывают - чай становится крепче и насыщеннее, а водка «смягчается», будто проходит дополнительную холодовую очистку».
«Памятник из мачты и цепи: северная судьба доктора Вальтера»
Самая человеческая часть разговора о дневниках Толля неожиданно уперлась в историю судового врача - Генриха (доктора) Вальтера одним из самых близких людей Толля в экспедиции.
Его описали как фигуру редкой северной универсальности: врач, зоолог, орнитолог, охотник. На нём держалось снабжение свежим мясом. Именно из за этой обязанности он и «пострадал»: на охоте он провалился в воду, заработал ревматизм, осложнения на сердце - и погиб.
В 2010 году группа ехала на остров Котельный «подреставрировать могилу».
На месте выяснилось, что могилу подтопило озеро, разрушив крест и столбики. Но главное: гроб с останками выдавило наружу, он оказался почти на поверхности.
Вместо реставрации пришлось думать о сохранении и готовить следующую экспедицию, уже с участием родственников Вальтера: В 2011 м приехали близкие из Мюнхена и даже посол Эстонии в России Симму Тийк.
Памятник Вальтеру был сделан из запасной мачты «Зари» и якорной цепи. Сняли точные мерки, изготовили копию из нержавеющей толстостенной трубы, сохранив от старого только цепи. Скульптор Олег Слепов восстановил венок по прежним фотографиям, сделал бюсты.
«Центр Гренландии» внутри России
Таймыр - это ледяная пустыня, где ветер работает как наждак, а вокруг ни души, сплошная полярная пустыня внутри нашей страны. Чтобы понять масштаб человеческой работы, которую страна почему то до сих пор не привыкла произносить вслух, на экран вывели карту. Шпаро сразу перевёл разговор в правильную плоскость:
- На Таймыре вообще жизнь есть? Это же как самый центр Гренландии. Абсолютное безлюдье. Правда в районе озера Таймыр, у гор Бырранга, в апреле я попадал в −46°C . Ни в какое сравнение с Гренландией по холоду: там все-таки потеплее.
- Мы взяли архивные данные и перенесли их, пользуясь современными картографическими ресурсами, - объясняет Руслан Смоленский, внештатный сотрудник «Клуба «Приключение», исследователь, который годами сидел внутри источника, собирая маршрут: поднимал журналы плаваний, снимал координаты по точкам Ленско Енисейского маршрута, сверял их с современными слоями.
По этой схеме выходит, что в 1741 году Семён Челюскин прошёл через ледяной ад на собачьих упряжках 4641 километров (!). В 1742 м он добавил ещё 2916 километров, включая выход к северной точке в ночь с 8 на 9 мая той самой, что позже станет мысом Челюскина. На той же карте рядом стояли дистанции тех, кто закрывал Таймыр с других сторон: у Харитона Лаптева - 2621 километр, у геодезиста Чекина - 1074.
Сомневались и тогда: полярный исследователь, один из основателей Русского географического общества Фердинад Врангель называл это физически невозможным. Но сомневаться - нормально, когда речь о сверхчеловеческом. Потом, когда Амундсен зимовал у мыса Челюскин, а академик Миддендорф изучал его дневники, оба признали точность карты - и сомнения были сняты. Именно Миддендорф предложил назвать Северо Восточный мыс мысом Челюскин в 1878 году
Это не столько «интересный факт», сколько национальный рекорд выносливости и ответственности - и он звучит не как повод гордиться «вообще», а как профессиональный вопрос к самим себе. Почему мы легко произносим имена Амундсена, Нансена, Пири, помним, что маршрут Пири через Гренландию - это примерно 2100 километров, а Челюскин, который только за два сезона закрыл упряжками 7557 километров по Таймыру, помним потому что его именем назван мыс?
Челюскин без портрета: могила, которую пора найти
Где похоронен Семён Челюскин - сегодня толком не знает никто. Есть версии и легенды, есть три региона, которые готовы считать его «своим» - Орловская, Тульская, Калужская области.
Архивист Кирилл Чащин объясняет это просто: бумаги лежат, но никто системно их изучить не смог. Да, случаются удачи: информацию о том, когда он умер, нашёл студент-аспирант, который сидел в Архиве древних актов, неторопливо листал дела и буквально “нечаянно” наткнулся на нужную бумагу - «прошение вдовы о пенсии». И на этой случайной находке десятилетиями держится «дата смерти» и общая канва. Но это именно удача, не метод. Исследование - это поднять массив документов за нужные годы, сопоставить имения, соседние владения, записи приходов, переписку, ведомости и собрать биографию не по одному счастливому листку, а по всей цепочке следов.
Дмитрий Игоревич Шпаро сформулировал смысл поиска предельно конкретно:
- Найдём захоронение - вернём Челюскину лицо. Буквально.
Так уже возвращали Берингу и Прончищеву биографическую ясность: антропология, реконструкция, параметры - наконец, человеческий портрет вместо условной «скульптуры по мотивам».
Тогда у страны появится герой не “для разговора о важном”, а для настоящего воспитания – строгого , доказанного, северного.
Экспедиции к складам Толля - как Север растягивает эксперимент на десятилетия
1973 - старт поисковой экспедиции Комсомольской правды: возвращение склада Толля в современность
1974 - наука подключается всерьёз: НИИ хранения (Росрезерв), НИИ консервной промышленности, Институт медико биологических проблем (тот самый, который делал питание для космонавтов). Закладка нового эксперимента: три жестяных ящика, обитых деревом, рассчитанные на изъятия 1980, 2000 и 2050 годов.
1975 - расширение программы: ученые и ведомства закладывают современные продукты на 6 лет - потому что этот срок считается нормативным сроком хранения для продуктов госрезерва.
1980 – первая контрольная выемка: проверка, что выдерживает время, что нет.
2004 - суровый цикл: земля “как бетон”. В ход идут бетоноломы и дисковые пилы.
2010 - комфортнее по условиям. Датчики, контроль температур, отработка методики вскрытия и изъятия.
2016 - юбилейный год Росрезерва, расширение ассортимента: фиксируется изменение режима хранения.
2022 - шестая экспедиция: более глубокое хранилище и поиски третьего продовольственного схрона. Команда находит примерную точку крупнейшего хранилища, примерно на 250 км ближе к мысу Челюскин, чем мыс Депо. Вес закладки звучал конкретно: 286,6 кг разнообразных товаров, включая корм для собак.
Комсомолка на MAXималках - читайте наши новости раньше других в канале @truekpru