Сегодня в Калмыкии скорбная дата - очередной День памяти жертв 13-летней депортации моего калмыцкого народа.
С утра сходили к памятнику "Исход и возвращение" Эрнста Неизвестного, где традиционно уже много лет проводится митинг в память калмыков, не вернувшихся в родные степи из мест ссылки. Помолились поклонились, прослезились. Встретили женщину в возрасте, которая попросила нас с ней помянуть ушедших в небытие, помянули. Ее мама не вернулась из Сибири, осталась там молодым человеком лежать в холодных землях чужого края.
А я помню, как впервые осознала всю трагедию депортации калмыков где то лет тридцать назад перед телевизором, по которому транслировался фильм о прибалтийской семье, которые также в военное время ехали в вагоне поезда к местам ссылки. По дороге мама семейства умирает, не выдержав тяжести переезда. Солдаты выкидывают тело молодой женщины из вагона, дети плача, рыдая смотрят из уезжающего поезда на лежащее распростертое, прямо на обочине, тело их матери.
Тут моя мама, сидящая рядом со мной и смотревшая этот же фильм, как то отрешённо, совершенно спокойным голосом говорит: наших умерших также выкидывали из поезда, не дав возможность похоронить, попрощаться. Помню молодую женщину выкинули, а ребенок ее живой, ползает по ней, грудь ищет.
Я помню тогда свое шоковое состояние от этой впервые услышанной информации и от отрешённого голоса матери. Она как будто одела панцирь на свою душу, спасая чисто физически свой организм, так это было видно тяжело вспоминать.
Наши старики ведь почти ранее нам ничего не рассказывали о том периоде времени, в основном, молчали. Видимо страх сидел в них, ведь сколько тогда людей посадили в тюрьмы из-за неосторожно сказанного слова.
Но пришло время собирать камни, когда мы поколение тех, кто не воевал, не родился в ссылке, осознали весь ужас депортации своего народа. Осознали со своими более старшими соплеменниками, которые всё это и перенесли, теперь несем это знамя скорби вместе, опустив от горя свои уже седые головы и молитвенно, страстно с болью произносим слова: дай Бог, чтобы это никогда, никогда не повторилось ни у нашего народа, ни у любого другого.
Дай Бог, дай Бог, шепчут наши скорбные уста.
Ом мани падме хум!!!