Чтобы понимать, как работает мода сегодня, важно знать, откуда всё это выросло. Многие идеи, которые сейчас кажутся привычными или вирусными, на самом деле появились давно.
Сегодня я собрал несколько важных для индустрии шоу, с которых можно начать тренировать насмотренность. Если вам понравится такой формат, с радостью продолжу эту рубрику, поэтому обязательно поделитесь обратной связью в комментариях.
В середине 1990-х Том Форд буквально перезапустил Gucci, и показ осень-зима 1996/97 стал одним из этапов возвращения гламура и сексуальности. Бархатные платья, разрезы, блеск и откровенная телесность отсылали к Studio 54 напоминали, что мода может снова быть про желание, а не только про концепт. Этот момент часто называют началом новой эпохи luxury-соблазна, который определил конец десятилетия.
Радикально иной путь выбрал Александр Маккуин. Его показ весна-лето 2001 Voss превратил подиум в психологический эксперимент - зрители сначала смотрели на собственные отражения за стеклом, прежде чем увидеть моделей, запертых в пространстве, напоминающем психиатрическую палату. Шоу говорило о насилии, красоте, безумии и границах нормы и до сих пор остаётся примером того, как мода может быть болезненным, неудобным, но мощным высказыванием.
Примерно в то же время Viktor & Rolf начали переосмысливать сам формат показа. Их кутюрный показ осень 1999 года, где одна модель Мэгги Райзер стояла на вращающейся платформе, а дизайнеры слой за слоем надевали на неё всё новые и новые образы, стал метафорой перепроизводства и цикличности моды.
В 2014 году Карл Лагерфельд показал, что подиум может быть и ироничным социальным жестом. Превратив Гран Пале в супермаркет для показа Chanel осень-зима 2014/15, он объединил высокую моду с повседневностью. Модели с тележками и вещами в виде продуктов стали одним из первых по-настоящему вирусных образов эпохи соцсетей и показали, что даже самый канонический дом может говорить с аудиторией на языке массовой культуры.
Если говорить о концептуальной моде, то без Мартина Маржелы невозможно представить современный ландшафт. Его первые показы в конце 1980-х и начале 1990-х, особенно дебютный, задали эстетику антимоды - закрытые лица, деконструкция, грубые швы, винтаж и отказ от дизайнерского эго. Маржела предложил смотреть на саму идею одежды, а не на модель или дизайнера.
Совсем другую, но не менее влиятельную форму зрелища предложил Тьерри Мюглер. Его кутюрный показ весна 1997 года, вдохновлённый миром насекомых, превратил моделей в фантастических существ с экзоскелетами и крыльями. Это был апогей идеи моды как мифа и спектакля, где тело становится сверхформой.
Больше в тгк Историк Мод Анатоль Вовк.