Холдинг «Южуралзолото группа компаний» (ЮГК) из Челябинской области после национализации готовится к продаже. Группа стала очередной в числе компаний, перешедших в собственность государства. Новизна лишь в том, что раскаты грома бывший владелец Константин Струков встретил при власти. В остальном путь от крупного бизнесмена до рядового гражданина оказался хорошо проторенным. По следам предшественников URA.RU проследило будущее, которое может ждать Струкова.
Отпускной сезон
Бизнес бывшего вице-спикера заксобрания региона не выдержал бремени власти. Теперь производство развивается в руках государства. История ЮГК Струкова, начавшись в сумбурные 1990-е, сделала разворот, распрощавшись с прежним мажоритарным собственником.
В Пласте производственник появился в начале 1990-х. Спустя семь лет заинтересовался политикой, впервые став депутатом областного парламента в 2000 году. С тех пор четверть века представлял избирателей и не только. Как заявила Генпрокуратура РФ, занимая депутатское кресло, увлекся лоббированием бизнес-интересов, что и стало главной причиной для отъема бизнеса.
«Используя свои должности и положение в органах государственной власти, Струков незаконно получил под контроль ПАО „Южуралзолото“ и еще десять компаний. Сейчас все они оформлены на имеющую гражданство Швейцарии дочь депутата Александру Струкову и доверенных лиц», — гласит формулировка иска надзорного ведомства.
В самый разгар отпусков интрига закрутилась, и развязка национализации наступила стремительно: обыски 2 июля, на следующий день — судебный иск, обеспечительные меры. Уже 11 июля Советский райсуд Челябинска принял решение об обращении активов в доход государства. Струков, сам того не желая, бизнес выпустил из рук. Застигнутый новостями о национализации в Сибири во время получения ордена «За заслуги перед Хакасией», Струков еще 10 дней оставался формальным президентом компании. Суд отстранил его от должности президента «УК ЮГК» 14 июля. Счета и имущество попали под арест. Ограничения суд наложил и на самый высокий бизнес-центр Челябинска «Челябинск-Сити».
https://cdn-img.ura.news/31/730/9329f265-b48a-43ae-8c02-c629d6061d94/7yqwhe/LX-1200.1.5.jpg
Раскручивание судебного процесса подняло на поверхность факты сращивания золотодобывающего бизнеса и власти. Адвокаты Струкова попытались развернуть это обвинение в противоположную сторону. Они заявили, что близость бизнесмена к региональной политике позволила Пластовскому району, где базируются основные предприятия, добиться впечатляющих показателей. Средняя зарплата здесь превысила 105 тысяч рублей, социальные проекты стабильно финансируются.
Представители власти выступать монолитом не стали. Депутаты Госдумы РФ выразили обеспокоенность прозвучавшими претензиями. Станислав Наумов заявил-де, что национализация не должна на радость левым превращаться в экспроприацию.
Струков начал занимать
Остановить колесо истории, набиравшее обороты, не вышло. Струков остался без загранпаспорта, с судебными процессами и без компании. Президентом национализированной «УК ЮГК» стал выходец из «Норникеля» и «Полюс Золота» Семен Гринько. Новому руководителю пришлось сразу же погружаться в ворох накопившихся проблем. Несмотря на возобновление работы, после четырехмесячного простоя четырех челябинских карьеров в конце 2024 года, проблемы безопасности на производстве не исчезли. Зато на 35% сократились производственные показатели южноуральских объектов. Государство, между тем, уже обозначило дальнейшую судьбу актива.
«Мы заинтересованы в том, чтобы бизнес-объекты, которые есть у государства, работали дальше, нашли своего нового собственника. Поэтому государство будет поступать с этим пакетом так же, как и с другими аналогичными случаями передачи государству объектов со стороны правоохранительных органов», — сообщил депутатам Госдумы РФ министр финансов Антон Силуанов.
Власти озвучили, что покупатель уже известен, но техническая заминка отодвинула срок реализации активов. Вместо 2025 года теперь для двухэтапной сделки рассматривается первый квартал 2026-го. Сам же Константин Струков в конце октября поделился с РБК своим отчаянием.
«Я в отчаянии. На жизнь у меня денег нет, я занимаю. Как жить? Я не имею доступ ни к чему», — посетовал бывший бизнесмен. Еще недавно он был вице-президентом регионального Союза промышленников и предпринимателей — клуба олигархов, объединившего виднейших его представителей.
К осени с предпринимателя и его близких по отдельным искам суды взыскали миллиарды: 3,9 млрд рублей — за экологический ущерб, 783 млн — по налоговым претензиям, еще 4,9 млрд рублей — за легализацию средств. По версии следствия, деньги выводились за границу: свыше 163 млрд рублей. Прозвучало, что дочери получали в ЮГК миллионные оклады, формально занимая должности, но на работе не появляясь.
Струков разделил судьбу некоторых своих коллег, проделавших тот же путь в 2024 году. Короткую дистанцию от вершины Forbes до статуса ответчика с многомиллиардными взысканиями прошли семьи Антиповых и Аристовых, которые стояли за столпами региональной экономики — холдингами ЧЭМК и «Ариант».
Рояль в доме Антиповых свое отыграл
Столкнуться с национализацией челябинским бизнесменам пришлось одними из первых в стране. Первой ласточкой в феврале 2024 года стала группа Челябинского электрометаллургического комбината (ЧЭМК). Три предприятия вмиг стали государственными. Правда, причиной выступили другие прегрешения: выяснилось, что процедура приватизации в 1990-х прошла с нарушениями. Завод связан с оборонкой, а решения по таким производствам следовало принимать в Москве, чего не сделали, ограничившись структурными подразделениями на местах. Старые промахи напомнили о себе 30 лет спустя.
https://cdn-img.ura.news/784/504/6eab2c1f-6b0e-4fb6-aa20-53ad0d65834e/zhxh5-/LX-1200.1.5.jpg
Но просто так сдаваться бывшие собственники не собирались. Они пошли по судам. Упорство, которое проявили, было завидным, но бесполезным. Год завершился точкой. В декабре 2024-го Арбитражный суд Уральского округа отказался пересматривать изъятие комбината. К тому моменту по другим процессам Юрий и Людмила Антиповы дошли до Верховного суда, но все без толку.
«Оставить решение суда первой инстанции и постановление суда апелляционной инстанции без изменения. Кассационную жалобу оставить без удовлетворения», — эта лаконичная резолюция в документе стало одной из многих, которые засвидетельствовали однозначную трактовку судами инициативы Генпрокуратуры РФ.
Поначалу казалось, что горькая участь расставания с имуществом миновала семьи Александра Аристова и его зятя Александра Кретова. Изначально бизнес был общим, а бизнес-семьи являлись деловыми партнерами. В 2020 году они оформили «развод», разделив направления деятельности. Однако причастность к ЧЭМК, на чьи деньги, как настаивала Генпрокуратура РФ, создавался «Ариант», не прошла бесследно. Иск к «Арианту» поступил на месяц позже заявления к ЧЭМК. Потеряв бизнес, обе семьи столкнулись с многомиллиардными требованиями надзорного ведомства.
Бизнесмены получили солидарный иск на астрономическую сумму в 105 млрд рублей неосновательного обогащения. К ноябрю 2025 года приставам удалось взыскать почти 60 млрд, обратив взыскание даже на пенсии ответчиков.
Распродажа личного имущества Антиповых вызвала интерес масс-медиа. Сначала с молотка ушел рояль Yamaha, статуэтка и напольные часы из их коттеджа на берегу Изумрудного карьера — за 2,5 млн рублей. Затем Росимущество неоднократно, но безуспешно пыталось продать офисные помещения в Челябинске, снизив цену с 68 до 56,9 млн рублей.
Пришлось прощаться и с акциями «Компании Эталон», управлявшей бизнесом ЧЭМК. Приставы стоимость бумаг оценили по номиналу в 17,9 млн рублей. Людмила Антипова поначалу оспаривала итоги оценки, но попытки оспорить результат оказались безуспешными. Бизнесвумен отказалась от претензий. А 13 ноября подала заявление о собственном банкротстве в челябинский арбитраж. Супруг продолжил отчаянно биться за арестованную недвижимость. В Советском районе Антипов оспорил обеспечительные меры: под санкции попал дом, являющийся, по утверждению истца, единственным жильем бизнес-четы.
Личная потеря семьи стала восприниматься отдельно от судьбы ЧЭМК. У комбината теперь своя жизнь. Ее частью стало решение полностью остановить самое вредное для экологии города производство — электродное. О планах заявил губернатор Алексей Текслер. Решение совпало с экономическими неурядицами. Падение спроса на ферросплавы вынудило новый менеджмент пойти на непопулярный шаг — перевести административный персонал на четырехдневную рабочую неделю.
Вино «Арианта» набрало крепости
К моменту национализации полновластным хозяином «Арианта» давно был Кретов, а не Аристов. Именно первый сосредоточил в своих руках 99% «ГК Ариант». Где именно решение суда о передаче бизнеса государству застало основатели бизнес-империи — за рубежом или в России — семья разглашать не стала. Хотя иски в суды от Аристова, конечно же, посыпались в родной стране. Из пяти предприятий, включающих мясной, виноградарский и алкогольный бизнесы, власти получили четыре компании. Оставшаяся в руках Аристовых «ГК Ариант», в мгновение ока стала финансовой пустышкой.
«Чистая прибыль в 2023 году: 0,2 млрд рублей, чистый убыток в 2024 году: 46 млрд рублей», — так Forbes подвел итоги года для «ГК Ариант». Издание поставило компанию в топ-10 самых убыточных в России.
Параллельно государство забрало у нее 16 алкогольных брендов. Их долго продавали на торгах, но покупателя не нашлось, даже когда активы стали торговаться со скидкой. Чтобы погасить взысканные суммы, приставы взялись за личное имущество.
Дочь Аристова Елена Кретова проиграла суды за квартиру на курорте «Кисегач». Недвижимость на 13 млн рублей выставили на торги. Супруг Кретов лишился двух участков земли и коттеджей в станице Тамань на берегу Черного моря. У семьи Аристовых под арест пошли счета, взыскание приставы обратили и на пенсию. Попытки оспорить арест активов на 46,6 млрд рублей дошли до Верховного суда, но завершились ничем.
Национализированное производство, тем временем, оказавшись под временным управлением «Россельхозбанка», показало жизнеспособную динамику. Южные активы — «Кубань-Вино» и «Агрофирма Южная» — по итогам года даже прибавили в стоимости на 23,9% и 15,2% соответственно, несмотря на общее снижение оборотных средств группы. По данным отчетности, чистая прибыль «Кубань-Вино» увеличилась на 5584,9%.
Однако челябинский «ЦПИ — Ариант», столкнувшийся с арестом счетов и дефицитом оборотки, ушел в глубокий минус, а свиноводческий комплекс потребовал миллиардных вложений в биобезопасность. Но государство долго держать у себя активы напрямую не стало. К концу 2025 года все четыре национализированные компании «Арианта» через дочернюю структуру «Россельхозбанка» «РСХБ Капитал» перешли под контроль московского ООО «Капитал».
Судьба торгового центра в центре Челябинска полтора года оставалась непонятной. Звучали предложения устроить там концертную площадку, выставочный центр, развлекательный комплекс, музей, галерею современного искусства и аквапарк. В результате власти решили, что здесь появится филиал национального центра «Россия», и будут проводить выставки с ярмарками.
Суды оказались длинней спагетти «Макфы»
Вместе с «Ариантом» в портфель «Капитала» вошли и активы национализированной «Макфы». С ЧЭМК эти два бизнеса, разведенные по разным отраслям промышленности, роднит одно — оба дела тесно связаны отношениями с властью. В каждом случае Генпрокуратура нашла причастность к ее институтам. Коррупционное происхождение бизнеса дало повод изъять его и взыскать дивиденды за 20 лет.
Главными действующими лицами стали экс-губернатор Михаил Юревич и его компаньон, депутат Госдумы Вадим Белоусов, но не только они. В январе 2025 года Центральный районный суд Челябинска взыскал с 14 ответчиков — членов семей Юревича и Белоусова — 19,7 млрд рублей. Адвокат Игорь Трунов, представлявший интересы Юревичей, тогда же иронично заметил, что арестованным имуществом можно покрыть от силы 2% от этой суммы.
https://cdn-img.ura.news/420/686/9d9d8e21-aba7-493f-ab64-8e9c10bbfd94/vqdj9m/LX-1200.1.5.jpg
Финансовый разгром бизнес-семей сопровождался «реинкарнацией» активов под крылом властей. Челябинский кинотеатр «Победа», принадлежавший до национализации компании «Проспект» из империи Юревича, в апреле перешел под контроль муниципалитета. Медиахолдинг «Медиа-Центр» с «31 каналом» и радиостанциями в октябре стал собственностью правительства области.
И если с бизнесом ясность наступила, то отобранная личная недвижимость пока что еще является предметом судебного спора. В октябре тот же Центральный райсуд по ходатайству Минобороны РФ передал в ведение военного ведомства 63 квартиры Юревичей и Белоусовых в Москве, Санкт-Петербурге и Челябинске. Адвокаты попытались оспорить это решение со ссылкой на выход его за пределы требований. Успеха не было, но собственники не успокоились.
Монетизация полученного идет со скрипом. Контрольный пакет «Челябинскоблгаза» в 57,6% акций выставили на торги за 335 млн рублей, но к концу ноября покупателя так и не нашлось. Сама «Макфа» попала под управление УК «М-Групп», принадлежащей «Капиталу», а в конечном итоге — «Россельхозбанку». Эта же финансовая организация теперь занята управлением отелем Radisson Blu на улице Труда.
Страх олигархов
Болезненный для бывших владельцев процесс национализации уже обрел постоянную форму, которая может варьироваться. Очевидно, что процесс носит необратимый юридический характер. Жалобы оставшихся у разбитого корыта собственников неизменно доходят до Верховного суда, но шансов на успех у бывших собственников практически нет.
Изъятие — лишь начало. Формула «Отдал — и можешь спать спокойно» в этом случае не работает. Решение о передаче бизнеса государству — точка отсчета, за которой следует многомиллиардное взыскание убытков, часто солидарное. И не важно, что собственник вроде Аристова давно отошел от дел. От претензий и взысканий этот аргумент не спасает.
У активов складывается разная судьба. Одна часть санируются государством для новой приватизации. Социально-значимые объекты вроде торговых центров, кинотеатров и медиа уходят в муниципальную или региональную собственность. У «раскулаченных» олигархов остаются личные или бизнес-активы, которые попадают под арест или становятся ответчиками в делах о взыскании. Так стало с оставшейся за изначальными владельцами «ГК Ариант», выступившей стороной в деле о взыскании 105 млрд рублей с Аристовых и Антиповых.
Но думать, что государство только выигрывает от процесса национализации, неверно. Принимая на себя доходы, приходится брать и ответственность, нести дополнительные расходы. Государственному менеджменту пришлось разбираться с профсоюзом «Арианта», а в ЧЭМК принимать решение о закрытии экологически ядовитого цеха.