Иногда кажется, что для защиты своего спокойствия нужно выдать короткую и удобную для всех версию. «Не могу, дела» звучит куда безопаснее, чем настоящее объяснение. Особенно когда речь идет о вещах, в которых от вас ждут гражданского участия. Но что, если эта экономия слов оборачивается дорогой платой — потерей права на собственные, пусть и сложные, мотивы. Совет «будь проще» в объяснении отказа выглядит как практическая мудрость. Зачем раскачивать лодку, впускать в диалог ненужные детали, тратить время на тонкости, которые все равно не оценят. Это кажется щитом от дальнейших расспросов и возможного давления. Однако такой щит часто превращается в клетку. Выдавая социально одобряемую, упрощенную причину, вы как бы соглашаетесь с тем, что ваши истинные резоны не имеют ценности или легитимности. Вы заранее капитулируете перед потенциальным непониманием, отказываясь даже от попытки быть услышанным по-настоящему. Проблема в том, что простота в таких случаях редко бывает нейтральной. Она о