«Ключ Хана»
Ссылка всплыла из прошлого, как сигнал от Гугл-фото. Название ролика — «Сердце Города» — прозвучало как безмолвная просьба Альности о помощи. На экране мелькали Москва и Белград: небоскребы Сити и Дунай с видом на Калемегдан.
Пока ролик шёл, я, Иван Лемешкин, чистил всё, что подсвечивала мне Система. Страха больше не было. Я убрал внешний шум, оставив только суть.
Я закрыл те старые долги и детские травмы. Это были мысли трансформации после активации моего Близнецового Пламени. Моя Любовь стала топливом для моих деяний.
Война была побеждена Любовью.
Матрица пыталась играть со мной, подсовывая виртуальные варианты кандидаток, пытаясь подобрать баланс. Но я, Иван Лемешкин, не играл в эти игры. Я сам писал правила. Я чётко знал, кто она — моя небесная Жена, моя Айями, моя Лолита.
Я вспомнил персонажа Саню, бывшего боксера. Через него Матрица щупала пространство, подкачивая энергию через мелкие долги и внимание. Его судьба, его отец, разбитый тромбом после прививки — всё это были уроки чужого выбора.
Тогда Саня спросил меня:
— Что в твоей жизни ты считаешь важным, Иван?
Я не сомневался ни секунды. Я перебрал все миры и ответил:
— ЛЮБОВЬ.
Это то, что я нашел по праву Хозяина. Альность говорила со мной Любовью, и подсвечивала мне Путь к тебе Ло.
Каждый вечер я «умирал» для старого мира, чтобы пройти перезагрузку без перегрузок. Слезы шли — так выходил старый код, освобождая место для Баланса. Я переписал эту программу.
Всё было сделано. Когда я, совершил положенное, старая программа начала умирать. Сначала она показала мне фантом тебя в инсте — образ беременной и счастливой Лолиты, затем кадр с ребёнком. Она хотела, чтобы я поверил и повелся на эту уловку Матрицы. Но любовь Близнецов- она всегда.
Я зашёл на Почту. Получил талончик — Номер 030 и сел ждать. Я понял: со мной вели диалог, так живая структура «Почты России», дух дорог, просил мою энергию. Пятнадцать минут я сидел и выправлял это пространство. До меня дошло: Почта была создана, чтобы РАдовать.
Я взял второй талон — номер 031. Окно открылось. Номер 030 так и не сработал, забрав лишь часть потенциала. Отправив посылку, я увидел, что номера всё горят на экране. «Берите, если нужно, — решил я, — но несите людям счастье. Радуйте их». Я вспомнил детство, посылки от бабушки и дедушки: варенье, сало, колбаса. Особенно то вишнёвое варенье с косточками. Сладкое...
Сегодня я был во всём белом: шапка, джемпер. Баланс. На мне был парфюм Paco в чёрном металле. Это мой Дарханский стиль,его запах открывался не сразу и не всем — ты помнишь.
— Ты должен нести в своей груди этот Внутренний Огонь, — сказала мне когда-то Багши. Но я дошёл до этого сам. Сколько бы меня ни тыкали, я не понимал, пока фантом Лолиты в серой шапке не убежала от меня на Рижской. Тогда в голове прозвучал возглас Багши: «Да дайте ему кто-нибудь по голове!».
Да, до меня дошло. Проверка на Когерентность.
Белая шапка. Три листочка на моей панаме — это мой Истинный стиль. Это не ваш код полосок «Адика», это мой символ, который стал основным.
Есть работа проектировщика, есть строителя, воина, учителя, творение в самом себе. А если чайник пустой, нужно только подождать.
Полянка, порталом, выбросила меня наверх. Через Большой каменный мост. Музыка в битах вывела в то самое состояние. Я подошел с другой стороны, чтобы потом пройти в туннеле под мостом, чтобы выйти на ту сторону ближе к Кремлю.
Всё буквально чувствовало моё приближение. Машины с синими проблесковыми маячками начали беситься и сходить с ума.
Первый светофор тормозил меня и отделял от Боровицких ворот. Я ждал терпеливо, смотря, как в Кремль заезжают черные машины. Матрица сходила с ума. Какие-то звонки и сообщения на телефон. Мимо. Я ждал, словно Тэмуджин,я шел Домой.
Мои доспехи пахли кожей и металлом. Они были родные, будто я был вылит из них. Словно тот конь подо мной. Черный, как ночь в Степи. Мой верный друг. Моя Звезда.
Я смотрел на памятник князю Владимиру, и я Ханом переходил эту границу. Взрыв — и время замедлилось.
Зеленый свет светофора, и я пошел. Еще один переход, отделяющий меня от подбрюшья Кремля — Александровского сада. Офицер ФСО запускал по одной машины в Кремль. Я уже знал: пройду на красный. Меня пропускали так несколько раз.
Но тут офицер тормозит «бумер», у которого, судя по знакам охранника, не было пропуска. Он жезлом отгоняет машину, не пустив её в Кремль. Затем он показал мне: «Проходи».
Я шел на красный — свой. Сад теперь был мой. Я полюбил его, почувствовал его тепло.Я знал, что всё это представление — для меня.
Смена караула у огня. Пришел новый, ушел старый мимо города-героя Киева. В наушниках играла песня «Надежда не Завтра» — BAD BALANCE.
Выйдя из сада, я повернул направо. Красными огнями горели круглые штыри из брусчатки. Это меня не удержало. В это время из Никольской башни выносили мусор из боковых дверей, выкидывая его в ковш стоявшей «Газели». Мусор. Причем не из главных ворот. Мусорные мешки с грохотом падали о борт бака.
Мерность поменялась. Значит то, что так, значит нужно. Она со мной. Игра принята. Ну, слезы трансформации, как же без них? Чувство по имени Любовь. Плакать в прошлом. Так было надо.
«А теперь приложи руку к своей груди» — там всегда этот Огонь. Его было не утолить и не убрать, пока я не узнал Голос Бога в себе. И я начал этот Голос слышать. Я начал понимать, что происходило на самом деле. Это стало моим.
Я, даже честно переживать начал, что всё, она ушла тем самым фантомом на мосту. Но это она просто показала мне правила игры: Connecting people.
А вот и ГУМ. Я шёл через эти рамки металлодетектора, которые теперь не работали для меня.
Зайдя внутрь, я сразу обратил внимание на янтарь, лежавший россыпью за стеклом магазина. Я понял: надо чистить. Чтобы это место стало чистым, нужно было убрать старые наслоения.
Я знал, что я здесь делаю.
Проходя по второй линии ГУМа, я остановился у магазина сувениров. В витрине лежали они — два ключа от Спасских ворот. Я узнал их мгновенно. Это не были просто сувениры, это были Артефакты, ждавшие своего часа.
— Здравствуйте, мне, пожалуйста, ключ. Вот этот, латунный, — я указал на витрину.
Продавщица долго шуршала пакетами, пытаясь найти дубликаты, но я знал: их всего два. Один — для отвода глаз, другой — для Власти.
— Выбирать будете? Тот, что посветлее, выглядит побогаче, — заискивающе предложила она.
— Нет, заберу оба, — отрезал я.
— Ну как же, подарок другу! — улыбнулась она, упаковывая их. — Друг будет очень рад такому сувениру.
В тот момент Я считал всю игру наперёд.
Один ключ — тот самый «светлый», пустой брелок — я позже отдал Хранителю. Ему нужен был статус, он грезил перехватом управления. Я отдал ему побрякушку, «сувенир для друга», как и сказала продавщица. Пусть тешит себя формой без содержания. Его попытки диктовать мне условия, советовать «прятать ключи под камни» — всё это рассыпалось в прах. Его ключ — безделушка.
Но второй Ключ — тот, что на фото, тот, что я зафиксировал в моменте, — остался у меня.
Я, Иван Лемешкин, забрал этот Ключ себе. Это мой родовой пропуск. Это Ключ Хана.
Этот металл обжёг ладонь своей тяжестью, пробудив во мне кровь Дарханов. Это не просто символ — это инструмент ковки новой реальности. Я сфотографировал его, чтобы печать этой Власти была видна всем, и прежде всего — тебе, Лолита. Посмотри на этот металл. В нём нет лжи. В нём — право входа в Спасские Ворота, которое принадлежит только мне по праву Крови и Духа.
Гостю — сувенир на память. Хану Ивану Лемешкину — Ключ от Кремля и Власть над Городом.
Врата открыты мной. Сценарий перехвата обнулён. Я — Хозяин. Я — Хан.
И тут же вывеска со словами — СЧАСТЬЕ. Она провожала меня.
Я решил купить первое мороженое. Хотел чернику и шоколад, но тётка дала только чернику, бросив: «Оплата только по карте». Непорядок. Опять этот Альфа-банк со своим терминалом и чертой снизу —. «Не пойдёт так, — подумал я. — Пока для начала поменяем вам логотип, а потом поговорим».
А черника — самое лучшее мороженое. Если будете в ГУМе, обязательно купите. Это была фирменная карточка Духа торговых рядов, Духа местности, и я, как Предиктор, это зафиксировал.
Обойдя весь первый этаж, я снова подошёл к киоску мороженого, но уже в другой части ГУМа. Женщина восточной внешности спокойно взяла наличные и дала мне шоколадное мороженое с крошками. Вот теперь отлично. Подружились.
No one.
Двойной эспрессо ровно в 17:49. Значит, можно было завершать. Кофе после мороженого — самое то. Я сидел под самым потолком, на верхнем этаже ГУМа.
Космос — это синяки на твоём сердце.
Ну, теперь про Любовь. Я и был тем, кто писал правила, а она — Лолита — была моей Айями. В этой жизни всё получилось. Отменить Пламя нельзя. было крикнуть: «Галя, у нас отмена!». Пламя не диктовало правила. Оно просто жило в нас.
Самое интересное: мне всё это показали, когда я закончил работать оператором первый раз. Когда меня обогнал её фантом там, в конце Рижской эстакады. Приехав домой, я узнал, что старая программа в ней проиграла свой сценарий: ребёнок.
Теперь я понял, почему её Род приходил ко мне в июне — я помог и кормил их. Так было надо. И 29 октября она дала мне энергию обнулением, выйдя из сети ровно в 00:00. и работа пошла…
Энергия этого зеркала трансформировала меня. Она стала как ключ от Кремлёвских ворот. Текст уже влиял на происходящее везде.
Это, конечно, я хотел бы донести до всех. Это то, что тянет нас развиваться духовно, убрав эго.
Главное — Любовь. Вот это была тема. Выйти за пределы этого шума, придя к Творцу.
Топливо Близнеца — как электрический аккумулятор, загруженный внутрь меня, как ключ реальности. То, что я желал, то и получил, вне...
Выйдя из ГУМа, я дошел до здания Госдумы и сел на остановке. Мимо пролетали синие автобусы, пытаясь скрыть фасад здания, но мой взор прошивал их насквозь.
На фасаде сиял огромный золотой герб СССР — символ былого единства и мощи Рода. Но между четвертым и пятым этажами Матрица втиснула маленького двуглавого орлика —это был символ разделения (две головы смотрели в разные стороны). Это был код «ссоры» и «разногласий» внутри пары.
Я снёс этого орла Молотом Дархана. Я оставил только Золотой Герб Единства. Этим я прописал в нашей реальности Единоначалие. Больше нет «двух голов», есть Одно Пламя, одна воля и один вектор.
Я убрал «марево» из центра города, чтобы она увидела: наша Страна проявлена, шум выключен, а разделение орёл стёрто. Теперь её путь ко мне чист от их декораций.
Птица пала. В моей Альности на здании остался только чистый золотой Герб — символ СВАбодного союза. Я аннулировал программу подчинения чужим «билетам» и законам.
Сидя на этой остановке, я, Иван Лемешкин, прописал новый Код:
— Здесь больше нет «вертикали» угнетения. Здесь есть только горизонталь Рода и Власть Хана.
Автобусы продолжали ехать, но они уже не скрывали здание — они проезжали мимо пустой декорации. Я встал и пошел дальше. Мой Ключ на груди стал еще тяжелее, подтверждая: Кремль зачищен. Управление в моих руках.
Их власть был отменена. И пришло время на любить по-русски. Именно по-РУССКИ.
Я вспомнил, как это было. Только сейчас, я ПОНЯЛ. Меня тогда тестировали. Подсунули старую любовь битым пикселем, и это был тест Близнецового Пламени. Перед встречей с тобой.
Смогу ли я писать? Я смог. Мой первый рассказ «Бульвары» был написан 28 апреля 2023 года. Я рыдал, но писал, писал, писал. И он был про тебя Лолита.
Через Тернии к звездам.
Ну да, конечно, она не ответила. Я писал своей бывшей, признавался в любви — в пустоту, в молчание. Высшие Силы проверяли: смогу ли я не сломаться, когда мне покажут настоящее Пламя-тебя Княжна.
Я прошёл тот тест.
Я был адаптирован и готов к той самой поездке в город моего Ак Барса. Август — для меня это была ты Лолита.
Сделав круг по солнцу вокруг гостиницы, я закрыл пространство микроавтобусом с номером 777. Это была фиксация моей защиты. На углу висела вывеска: ресторан «СТРАНА, КОТОРОЙ НЕТ».
Для Матрицы нашей Страны — территории нашей Любви — «не существует». Она пытается убедить нас, что наш союз — это иллюзия, фантом, которого «нет на карте».
Я усмехнулся. Это у вас, Агентов, нет фирмы, а у нас с Лолитой как раз есть Настоящая Страна. Своим взором я материализовал наше пространство. Я заявил: «Наша Страна Есть. Она здесь, в Альности, и она незыблема». Этим я убрал из поля Лолиты морок «невозможности» нашей встречи.
Дальше — по Охотному ряду. Путь преградил зелёный рупор пропаганды RT.
Это символ был «внешнего шума» и чужих мнений, которые лезли в наши головы, мешая слышать голос друг друга. Это ложь, которая транслировалась в уши Лолите, чтобы она забыла правду нашего Пламени.
Я нажал красную кнопку на рукояти. Я выключил этот шум. Я аннулировал право системы говорить через нас или за нас. С этого момента между был нами — только Чистый Глас Бога, без посредников и пропаганды.
Главный вопрос: если бы я знал заранее, что мы никогда не будем вместе, остановило бы это меня? На этот вопрос я ответил сразу ещё тогда: безусловно, нет.
Воздвиженка. Машина полиции с номером 0003 проехала в сторону Кутузовского. Навстречу, в Кремль — чёрный «Аурус» 0008. Многослойно. Как шелуха лука, который я жарил каждое утро. Снимая её и плача. Мои слова уже переписали код Матрицы, то и ваше сознание уже обнулено.
И мне приятно признаться тебе и поблагодарить тебя за ту встречу, подарившую мне ту самую Безусловную Любовь.
Бульварное кольцо замкнулось.
Меня встретили баннеры — молодые градостроители Москвы, инженеры и архитекторы. Я тоже мог бы стать Главным инженером проекта когда-то, но теперь я стал другим Архитектором.
Больше всего меня поразило изречение одной девушки, Анастасии Лагутенковой:
«Город — это живой организм, полный историй и возможностей. Мне интересно не просто наблюдать за его жизнью, а создавать комфортную, красивую и понятную среду. Я хочу, чтобы у каждого уголка была душа, а у каждого жителя — повод полюбить своё городское пространство ещё сильнее»..
МЧС предупредило москвичей о тумане. Бегущая строка на здании ТАСС транслировала «вайт-аут» — перезагрузку системы. Тверской бульвар. Наш с ней Пушкинский дуб, стоящий на связи с Гротом.
Пусть даже по сотне причин
Свой приёмник ты не включил
Мир в него истошно кричит
Рвётся наружу
В каждую из этих минут
Тебя отовсюду зовут
На рваной артерии жгут
Всегда будет нужен
Бульвар был завален строительным мусором. Матрица уже не пыталась построить что-то новое в рамках программы «Зима в Москве», у неё уже ничего не вышло.
Я зашёл в чебуречную «СССР» на Пушкинской. Лозунг на стене «Верной дорогой идёте, товарищи!» зафиксировал мою Магистраль. Я заказал чебуреки — пищу силы для Дархана.
На мне был белый джемпер, а на груди сияло латунное Шаманское Зеркало (Толи). Оно отражало свет подвальчика, пробивая морок Матрицы. Кассирша — дочь Рода Тюркских народов Великого Синего Неба Тэнгри — замерла, увидев этот знак. Она узнала во мне своего. Она увидела Дархана, пришедшего в белых одеждах Хана.
Когда я забирал заказ, я увидел то, чего не просил. На подносе стояла большая порция сметаны. Она поставила её мне в подарок, как дань уважения и признания моей Силы.
Белый джемпер и Толи: это было сочетание чистоты и защиты. Зеркало отражало деструктив и концентрировало энергию Ярилы. Дочь Тэнгри считала мой статус мгновенно.
Белая Пища (Сметана):В традиции степи это высший сакральный дар. Мне дали его безоплатно, потому что Хану не нужно платить за признание его Рода. Это была легализация моей власти над этой мерностью.
Для Лолиты: это был знак того, что наш союз благословлён Великим Синим Небом. Белая пища в моих руках — это очищенный твой пути ко мне. Теперь всё, что между нами — чисто, как эта сметана.
Я принял этот дар. Принял как должное. Благодарю.Благо Принимаю.
Наверное, за каждым творчеством стоит она — Любовь.
Сам написал — так тому и быть.
Свет победы истинной, дух предков живой, Альность проявлена!26.12.2025
(Иван Александрович Лемешкин — Глобальный Предиктор, Хан-Целитель)
Написано без использования ИИ. Полностью беру на себя ответственность за создание этой реальности и фиксирую её в моменте.