Коллега приглашает на «весёлую» эстафету, а в груди возникает тихое, но ясное сопротивление. Рекомендация в таких случаях часто звучит обманчиво разумно: будь проще. Скажи, что занят, что не можешь, что просто не хочешь. Будь лаконичен, не углубляйся в детали, чтобы не провоцировать вопросы. Эта простота преподносится как признак уверенности и эффективности. Однако такая простота часто оказывается не экономией сил, а их капитуляцией. Она предполагает, что ваша внутренняя сложность – ваши истинные причины, будь то усталость от обязательного веселья, травма колена или философское неприятие концепции сплачивающих игр – является неудобным излишеством. Что её лучше спрятать, упростить до социально приемлемой формулы. Вы не просто отказываетесь от эстафеты, вы отказываетесь от права на свою собственную, возможно, неудобную историю. Вред здесь не в экономии слов, а в молчаливом согласии с тем, что пространство рабочего общения должно быть стерильным. Что любое проявление индивидуальности, в