За январь–ноябрь 2025 года товарооборот аграрной продукции между Россией и Абхазией вырос на 17%. Российский экспорт в Абхазию — плюс 20%. Это уже не «разговоры про потенциал». Это цифры и живые деньги. (Interfax.ru)
Абхазия поставляет в Россию мандарины, орехи, соусы, вино и другую продукцию. Россия — продукты переработки и базовую корзину. В реальности это означает одно: экономика начинает дышать. (Interfax.ru)
И на этом фоне особенно заметна одна вещь.
Деньги приходят туда, где есть понятные правила. А уходят — оттуда, где правила “гибкие”.
Почему эта новость важна на самом деле
Потому что сельское хозяйство и туризм — это не просто слова. Это то, что официально называют ключевыми направлениями развития Абхазии и российские кураторы, и абхазское руководство. (TACC)
Россия прямо говорит: ей нужна Абхазия самодостаточная, чтобы экономика росла, появлялись рабочие места, доходы бюджета и инфраструктура. (TACC)
Параллельно обсуждаются большие планы на 2026–2030 годы. Программа содействия социально-экономическому развитию до 2030 года должна была быть утверждена в 2025 году. То есть рамка есть. Вопрос — что внутри. (TACC)
Но любой план упирается не в презентации.
А в то, что происходит “на земле”.
И вот тут всплывает дело Панова
Сейчас Абхазии жизненно важно привлекать частные инвестиции. Не разовые. А долгие. В туризм, сервис, переработку, логистику. В те сферы, которые дают рабочие места и налоги.
Именно поэтому дело Панова — не частная история “двух сторон”. Это тест.
Тест простой:
если российский предприниматель вложился, создал актив, привёл деньги и людей, а потом начинается игра “передела” — то следующий инвестор просто не придёт. Даже если товарооборот растёт на 17% и турпоток ставит рекорды.
Потому что бизнес видит не цифры.
Бизнес видит риски.
Абхазии нужно выбрать, на кого она опирается
Есть два пути.
Первый — нормальный.
Защита собственности. Суд и право, а не звонки и “решалы”. Тогда рост торговли превращается в рост экономики. Появляются производства. Появляются отели. Появляется переработка. И деньги остаются в стране.
Второй — привычный для части местных “хозяев жизни”.
Схемы, передел, давление, вытеснение. Тогда рост торговли останется на уровне сезонных доходов и серых потоков. А большие проекты так и будут буксовать.
И вот почему мы снова и снова возвращаемся к делу Панова.
Потому что это не про эмоции. Это про выбор модели будущего.
Что дальше
Новость про рост товарооборота — хорошая. Она показывает, что у Абхазии есть шанс. Реальный. (Interfax.ru)
Но шанс не работает сам по себе.
Его либо закрепляют правилами, либо сливают привычками.
«Русский Голос» будет добиваться справедливого решения по делу Панова — и делать это публично. Потому что без таких решений никакие программы до 2030 года не будут иметь смысла. (TACC)
Абхазии пора перестать быть местом, где “можно попробовать отнять”.
И стать местом, где выгодно строить и работать годами.
Вот тогда цифры 17% превратятся в настоящую экономику.