Конкурс чтецов
Описанный в предыдущей главе эпистолярный разговор с мадам учителем у нас состоялся 9 октября. После такого нашего обмена мнениями ситуация с театром на какое -то время наладилась: в общем чате более не было обличающих сообщений, учитель лично мне ничего не писала, каких-либо других неожиданных поползновений в наш адрес со стороны других педагогов, рандомных мальчишек, девчонок, а также их родителей не было. Абсолютно все шло гладко: ребенок с удовольствием ходил на занятия, занимался со мной дополнительно, так как я искренне верю, что знаний никогда не бывает много, а хорошая успеваемость – отличное подспорье для успешной социализации ребенка и для высокой самооценки. К слову, Назар у меня и не учится плохо и все имеющиеся двойки у нас как раз исключительно за поведение.
Поведение... Я не стремлюсь оправдывать своего ребенка, но все же считаю, что современные учителя, да и многие родители, бывают бесконечно несправедливы к детям, и на опыте собственном я в этом убедилась. В первом классе, да и по накатанной уже во втором, по непонятной для меня причине наш классный руководитель стала просто использовать меня как сливной бачок для негатива, не брезгуя в том числе и предсказывать мрачное будущее для моего ребенка, как то: одинокий, неблагодарный, эгоистичный, тянущий деньги из родителей, подкрепляя это все единственно грустной историей о своей племяннице, которую почему то она не удосужилась от участи такой спасти, но уж никак не прямыми отсылками к тем или иным поступкам Назара. Я зачем-то слушала все это, по возможности пропускала острые моменты и абсолютный бред нездоровой фантазии мимо ушей, а где-то начинала уже и тревожиться: ну почему мой ребенок визжит на уроке? Почему ругается с одноклассниками? Почему брызгал спреем в нос в ухо какому то мальчику? Почему на физкультуре не бегает в строю? Почему хихикает? Почему перебивает и отвечает без поднятой руки? Почему проматерился в классе? Почему толкается? Почему обзывается? Почему не слушает учителя, просто злостно ее игнорирует?
Но моя мама, к слову тоже педагог с опытом классного руководства, мне дала просто один адекватный ответ, который звучал долго, но на мой взгляд справедливо:
«Ну и что?! Что же такого криминального делает этот ребенок? Мешает другим? Пошли вон все другие! Пошла вон ваша классная! Пускай занимается своей работой! Если Назар один единственный такой непослушный ребенок в классе, ему пусть и уделяет внимание, ведь очевидно другие дети просто ангелы и педагог им не нужен?! Перестань слушать классную! Она уже взяла за привычку гнобить ребенка, будто и похвалить его не за что! Ни на одно выступление в прошлом году музыкального и творческого ребенка не позвала! Тебя в чат новостей включила под конец года! Поведение ей не такое!
Ты ей лучше задай вопросы про поведение других: тех, кто вам разбил очки, почему не вернули деньги за поломку, почему Назару разбили губу и тебя никто даже не уведомил, а ребенка никто не выслушал и не опросил о том, откуда синяк во весь рот, спроси, куда пропали вещи прямо из класса?!!! Спроси, с каких пор «воспитанные» девочки из класса оценивают одежду твоего ребенка нелестным словом «гавно» и почему и кто посмел твоего ребенка обзывать «цыганом» в многонациональной России и что предприняла учитель, чтобы таких расовых моментов не возникало?»
И правда, в классе мой ребенок попал в опалу, и ни кого бы то ни было, а учителя. И даже если это была не опала, а просто пассивная агрессия, мне, как матери, было невыносимо это наблюдать и уже несколько раз я выводила классную на откровенный разговор, про между прочим фиксировала наши переписки и созвоны, и всякий раз я просто была обескуражена отношением: полное безразличие и неучастие именно в становлении личностном детей и в решении вопросов дисциплины. Дети в школе тем более лишние, чем более они неудобные, и заниматься ими никто не желает, учителя беспардонно свои обязанности перекладывают на родителей, занимая сугубо обвинительную позицию, и это та тенденция которую с прискорбием констатируют и психологи ГППЦ, с которыми я регулярно делилась и делюсь успехами и трудностями Назара в школе.
И вот на фоне письменных диалогов с театральной мадам, внезапно последовал очередной созвон с классным руководителем, вечно нами недовольным, по завершении которого я решила абсолютно все зафиксированные данные направить сопроводительным письмом директору школы, так как подвергать своего ребенка непрекращающейся критике, а себя вечной борьбе, я больше не могла...
Классный руководитель, собравшая сплетню от гаденькой девочки из кружка Назара про то, что мой ребенок, о боги, кусается, решила поставить ему медицинский диагноз «БОЛЬНОЙ НА ГОЛОВУ», и мне по телефону его сообщить, чем, как мне видится, перешла многие допустимые границы, этические в том числе.
Мне просто было необходимо расставить все точки над и, уведомить руководство школы и понять позицию директора, чтобы знать, как действовать в дальнейшем, и если необходимо напролом со всеми возможными инстанциями: детской комнатой полиции, адвокатами, прокурорами, комиссиями, у которых мне очень в том числе хотелось затребовать провести ментальную диагностику и учителям...
Я признаюсь, я всегда готова идти до конца и эскалировать вопросы такого характера до немыслимых высот, если достучаться до напрямую ответственных должностных и лиц, да и по совместительству просто взрослых не представляется возможности, просто потому что это ведь так удобно, во всем винить ребенка, который не ответит, а если и ответит, то кто же его станет слушать?.... Поэтому скриншоты с перепиской с учителем театрального кружка я также приложила, в конце концов именно не ее уроке и случился весь инцидент с кусанием и царапиной.
Приложила. Отправила. Стала ждать ответа, который, я была уверенна, не будет скорым, так как уж слишком много нелицеприятностей было изложено мной, и все они подлежали, по логике вещей, детальному и последовательному изучению.
А пока я ждала ответа, для себя решила: раз у меня есть время и возможность, займусь ка я вплотную академическими успехами своего ребенка, вытяну его на уровень поинтереснее и повыше. И как нельзя кстати, уже 19 октября театральная мадам в общий чат выкинула заманчивое приглашение детям поучаствовать в конкурсе. Ее сообщение цитирую:
«Добрый день! Кто желает участвовать в конкурсе (рекомендую этот конкурс) напишите мне в ЛС, будем готовиться к нему вне занятий по расписанию либо проконсультировать на уроке разделив группу, так как к подготовке необходим индивидуальный подход! Художественное чтение, как неотъемлемая часть актерского мастерства входит в учебный план! Высылаю ссылку для ознакомления. Стихи, басни или проза - любые, не обязательно Твардовского, конкурс всегда приурочен к какой либо дате! Спасибо!»
Под данным сообщением была вдогонку отправлена ссылка, по которой я прошла и увидела, что в доме детского творчества Строгино 26 октября ( а это уже через неделю!!) состоится городской конкурс чтецов, посвященный памяти Твардовского.
«Интересненько»,- подумала я ... «А почему бы и нет!» «Назар, в конкурсе участвовать будешь?»- спросила я. «Буду!» - ответил ребенок. «А в каком конкурсе хотя бы спросишь?»- подмигнула я. «А во всех!» - выпалил дитятя. «Ну и отлично! Молодец!»- сказала я.
Предусмотрительно я отписалась мадам:
«Татьяна Сергеевна, здравствуйте. Нам интересно поучаствовать. Правильно понимаю, что не обязательно стихи Твардовского готовить? Или есть ли какой то рекомендуемый лист?»
Раз уж она планирует с детками репетировать, думалось мне, было бы справедливым у учителя уточнить, что лучше всего читать, не правда ли?
Мне был ответ:
«нет любые».
«Ну любые, так любые», - подумала я, уже даже не обескураженная ни отсутствующими манерами взаимного приветствия, ни двусмысленными, не особо вдохновляющими ответами, которые, скорее всего, уже носили отпечаток пережитых допросов директора и знакомства с моей письменной обвинительной позицией, касательно педагогических па учителей нашей школы.
На сайте конкурса я, на всякий случай, проштудировала Положение мероприятия, и воссоздав себе четкую картинку грядущего события, стала думать, что же такого с ребенком подготовить для выступления. Гугл мне на мой вопрос советовал обратиться к русской классике, вспомнить Есенина, Крылова, Пушкина, но мой внутренний голос подсказывал, что все это не то, и часом слишком как-то слушателю приелось, да и нам не подходит. Нам нужно было что-то новенькое и сильное, мощное, до костей пробирающее, глубокое, лирическое....
Я отчаянно посылала импульсы во вселенную, чтобы мне повезло в поиске, и на мои интеллектуальные потуги по чистой случайности отреагировал мой супруг, моя во всем опора.
Юджель, мой муж – гуру архитектуры, философии, всемирной истории, да и просто ходячая энциклопедия о коммунизме, Советском Союзе, своей Родине, да и вообще обо всем-всем на свете. Поэтому и не удивительно, что именно от него и пришла оригинальная идея:
«Назым Хикмет... У него есть стихотворение «Мертвая девочка». Почитай его. Кстати в Москве библиотека номер 24 названа в его честь. Этот турецкий поэт в России прожил свои последние годы в изгнании»...
«Мертвая девочка», хм... я забила название в поисковик и нашла перевод стихотворения на русский язык:
Откройте, это я стучу,
стучу у каждого крыльца,
невидима для ваших глаз:
нельзя увидеть мертвеца.
Я в Хиросиме умерла.
Года идут, за годом год,
мне было семь и нынче семь-
ребенок мертвый не растет.
Огонь мне волосы спалил,
потом глаза заволокло,
и горстью пепла стала я,
и пепел ветром унесло.
Прошу вас,но не для себя,
не нужен мне ни хлеб,ни рис,
не может даже сахар есть
ребенок,что сгорел,как лист.
Поставьте подпись,я прошу,
прошу вас,люди всей земли,
чтоб не сжигал огонь детей,
чтоб сахар есть они могли.
Я прочитала произведение со слезами на глазах.... Не просто слезами... Я ревела навзрыд и далеко не одну минуту... Меня давно ничего так не трогало, настолько не обнажало моих чувств, которым среди всей опостылевшей и тупой школьной нервотрепки хотелось излиться чем-то благородным и действительно достойным для явления вовне.
«Вот оно! Стихотворение, которое мы подготовим к конкурсу»- решила я и более мне не хотелось искать никаких других вариантов. И я предложила его выучить Назару, который никогда не против где-то выступить, главное чтобы на сцене и перед всем честным светом!
Если вам вдруг показалось, что это произведение, написанное не самым сложным языком, легкое для театрального чтения семилетним ребенком, то вы ошибаетесь: многим взрослым вполне может оказаться не под силу с ним достойно справиться.
Во-первых, огромного труда стоит просто не реветь в процессе чтения, а во-вторых, важно делать правильные акценты на ключевые слова, а для этого требуется наличие интеллекта или хотя бы человечности...
Ну и самое сложное в данном произведении– это объяснить современному, тепличному и рафинированному ребенку, у которого всего в достатке и еще пока не было значимых в жизни потерь, много разных смыслов и событий, мест, описанных автором.
А ведь Назару изначально стало настолько жутко от «Мертвой девочки», что он плакал и говорил: «мамочка, мне так страшно», и мне пришлось потратить очень много времени, чтобы весь протест и шок успокоить, но не ликвидировать важное, что появилось: осознанный страх перед войной, на которой не просто кто-то умирает, а умирают в том числе и дети, такие же, как и Назарка, для которого тот самый кусочек сахара, являющий в стихотворении символ жизни, детских радостей и смеха – такая рядовая обыденность, воспринимаемая, как безальтернативная данность. Именно это стихотворение, несмотря на текущие события, в которые вовлечена Россия, несмотря на новостные сводки, да и пропаганду, если хотите, дало Назару представление о смерти и всем ее ужасе, о боли, о безвозвратности и безысходности, но также и о жизни, быстро проходящей, как пламя горящего листа бумаги, и хрупкой, как свернувшийся в трубочку пепел от него...
Пишу это и очень живо вспоминаю с чувством справедливой обиды на то, как классный руководитель Назара в первом классе отчитывала меня в фойе школы за то, что мой ребенок смеялся на каком-то внеклассном библиотечном развивающем уроке, на котором, судя по всему, монотонно кто-то бубнил что-то про Вторую Мировую Войну малышам, ничего особо не понимающим из повествования.
«Ну, скажем, в свои шесть лет и с нашей моделью жизни Назар может еще и не понимать, что такое смерть, война, а главное и не обязан. А как вы объяснили ему что то, о чем рассказывают на самом деле не смешно?»- помнится спросила я классного руководителя.
Ответ был гениален: «Ну все дети не смеются и понимают!».
«А мой не в курсе. Я не торопилась объяснять ему, что такое война и он еще не знает, что такое смерть....»- ответила я .
И имеет право, черт возьми! И не один он вел себя паршиво на той лекции, как выяснилось позже... А шикать на ребенка и одергивать за рукав – очень спорный метод объяснения, как мне кажется, по крайней мере педагог мог бы и должен был бы иметь вот такие вот литературные альтернативы, берущие за душу, для объяснения суровых и животрепещущих, далеко не детских тем...
Но сейчас не об этом. А о том, что основной и важный урок выучить с Назаркой нам все таки удалось: урок жизни и смерти. И это не было поздно, не было и рано. Это случилось согласно обстоятельств и вовремя, и с моей материнской поддержкой. И да, нам обоим было непросто рушить детскую наивность и волшебный мир сказок и ненавистных мне супергероев, одновременно нам было и очень волнительно, но мы взялись разучивать строки, движения, паузы. Для меня это было очень важно. Стало важным и для Назара.
Времени у нас было в запасе немного, даже меньше недели, ведь, как я поняла, от нас требовалось перед конкурсом в обязательном порядке еще и показать промежуточный результат мадам педагогу, обещавшей своих учеников проконсультировать, поправить, театрально облагородить, огранить, так сказать, своим профессиональным видением и советом...
Итак, 21 октября, буквально за несколько дней до выступления, я отправила ребенка на кружок, почему то будучи полностью уверенной, что его послушают и выбор нашего произведения, а также проделанная мной работа произведут впечатление на мадам.
Но уже спустя пятнадцать минут после начала урока мне пришло личное сообщение от учительницы следующего характера:
«Назар срывает урок мешает нам заниматься, пожалуйста поговорите с сыном»
«Что уже опять?»- подумала я и стала звонить ребенку.
Слышу в телефонную трубку, что сына плачет.
«Что случилось?»- спрашиваю. «Подрался...». «Зачем и с кем?». «С мальчиком, мы поспорили.., я проиграл..., он смеялся... и дразнил..., я ...ударил». «Ох, Назар, ....вытри слезы, быстро извинись перед учителем, стань в ряд и распевайся со всеми. Прекрати уже эти разборки во время урока и тем более драки!» «Хорошо мама!»....
После этого разговора, положив трубку, я почему-то совсем не испытала никаких эмоций... Ни раздражения на своего ребенка, ни неловкости перед учителем. Разве только легкое пренебрежение к последней и снисходительность к виновнику моих недобровольных и неполюбовных диалогов с беспомощным во абсолютно всем педсоставом....
А посему я решила не выговаривать Назару за инцидент, так как я искренне устала слушать мелочные выговоры моему ребенку и дергать его, поучать, делать ему внушения, в конце концов, иногда все же людям необходимо и подраться, чтобы усвоить тот или иной урок взаимоотношений.
Когда занятие закончилось, мой ребенок воротился домой. «Ну как твое стихотворение? Рассказал учительнице? Как она отреагировала?»- спросила я Назара. «А она меня не спрашивала, только забрала листочек со стихотворением»- ответил он. «И все?»- удивилась я. «Да...»- был ответ.
«Ничего не понимаю», - подумала я, но не успела особо дать оценку происшедшему, так как нужно было собирать своих мужчин на ужин. Но тут, видимо вдогонку и взамест приятного аппетита всем нам, в уже не вызывающей никакого моего удивления манере мне стала написывать театральная мадам:
«Вам кто стих выбирал?» (первое сообщение. Читаю. Собираюсь с мыслями. Вижу пишет что-то еще. Дожидаюсь....)
«И я смотрю по тексту стоят растановки, кто его вам разбирал?»
Решаю ответить прямо таки с деловитой гордостью человека, у которого ни много ни мало два высших и не самых простых образования:
«Я сама выбрала стихотворение, сама и разбирала.»
Минутное молчание....
«не сложный для ребенка?
я не послушала Назаро
можете видео выслать
дома почитайте»
И тут, глядя на эти чванливые ответы, написанные мало того, что безграмотно, небрежно и невежливо, так еще и с какой то непонятной верой в собственное превосходство, я решила ответить «педагогу» в моем стиле и так, чтобы более сия мадам и не пыталась меня о чем-либо спрашивать и уж тем более сомневаться в способностях каких бы то ни было как лично моих, так и моего ребенка:
«Назар, если спросить его мнение, совсем не глупый ребенок и очень эмпатичный. Но если его постоянно критиковать и дергать, и делать козлом отпущения, то вполне можно это и не отметить этого и даже столкнуться с сопротивлением, неосознанным.
И да, это стихотворение довольно сложное, но для нас важно, что оно написано турецким поэтом ( а мой ребенок метис) и автором непростым, а который в изгнании прожил в Москве, и похоронен на Новодевичьем, и именно в честь Назыма Хикмета была названа 24 Московская библиотека. И тема произведения...как никогда сейчас эта тема важна! Учитывая сферу моей занятости, сферу занятости нашего отца, и последние трагические события во всем мире, то именно о войне и том, кто на самом деле от нее страдает, мы бы хотели выступить.
Видео я обязательно пришлю сегодня позже. Будем репетировать.»
Ответ не заставил себя долго ждать:
«Читайте что хотите»
На этом месте меня одолел истерический хохот. Но далее я опять оказалась в ступоре непонимания:
«1.Я не критикую и не лергую я задала вопрос и все»
«Лергую»? Это что за слово такое?»- начала было размышлять я, но передумала.
«Да иди ты лесом!»- кажется вслух выпалила я, и плюнула на эти бесконечные разборки в чатах с недалекими людьми, называющими себя «педагогами», так как за столом сидело трое самых главных мужчин в моей жизни, напряженно ожидавших исхода моего виртуального диалога, на меня смотрело три пары самых бездонных черных глаз голодно, и молчаливо, и разве я могла еще дольше игнорировать их? Конечно нет!
Несколькими днями позже мне на телефонный номер поступил звонок от организатора конкурса и сообщил о переносе мероприятия на неделю. «Ну и отличненько! Успеем отточить все слова, интонации и движения»- подумала я, а чуть позже и моя мама радостно сообщила, что в день выступления у нее выходной и она пойдет с нами в качестве моральной поддержки и болельщика и посмотрит на выступление внука.
Что же касается театральной мадам, то видео наших домашних тренировок я ей все-таки выслала, но никаких комментариев в наш адрес мы так и не дождались, чему я, откровенно говоря, была очень рада. Ну что могла она нам посоветовать? Абсолютно верно: НИЧЕГО!
Неделя пролетела быстро и в день икс всем семейством мы с разных концов Москвы направились в Строгино, будучи при параде. Подозревая, что мадам может присутствовать на конкурсе, я не позволила себе выглядеть невзрачно, хотя...о чем это я... Со своей рыжей копной волос, зеленющими глазами и громким голосом я не пропущу мимо себя никого! Я это знаю! И вам со мной просто невозможно не согласиться!
Но к моему даже некому разочарованию мадам не было. И были мы совсем одни среди нескольких десятков нарядных ребятишек и их родителей.
«Ну и ладно!» - сказала я своим,-« выступим, мы то ли шестые, то ли пятые по счету.»
«Мама, я очень боюсь!»- проблеял Назар.
«Ты чего!? Не смей, ни в коем случае не разводи панику!»- сказала я , и грустно посмотрела на ребенка, который скромно сидел на лавочке в своем костюмчике и глазами угольками бегал по толпе самых разных детей, некоторые из которых максимально бесшабашно носились по фойе и норовили сбить с ног каждого на своем пути.
«Смотри на других детей, Настя... Смотри на своего...Чего они все к нему лезут?»- сказала мама.
«Не знаю.... может сейчас он от страха просто онемел?» - ответила я.
К назначенному времени мы вошли в актовый зал, расселись и стали слушать выступления деток и морально готовиться к своему. Наша очередь подкралась крайне быстро, и прослушав уже несколько басен Крылова и стихотворений Успенского, мне уже стало даже немного неловко за то, что я заставила своего ребенка учить трагическое произведение, в то время как остальные детки делились с присутствующими лучиками радости, задора и добра...
И вот, слышу, как объявляют наше имя и мой ребенок довольно уверенно встаёт, подымается на сцену и начинает читать произведение. Боковым взглядом вижу, что мама максимально напряглась, дорожит и слезы против ее воли катятся по ее щекам.
Я такого рода волнение за Назара уже пережила и не один раз, поэтому на правах самого хладнокровного в моменте члена семьи достала камеру и стала записывать перформанс ребенка с единственно возможного, хоть и не самого удобного ракурса, готовая, если вдруг что, подсказывать ребенку слова, аки он их запамятует....
Но Назар был огромным молодцом, и рассказал «Мертвую девочку» безукоризненно, с чувством, со всеми интонациями, жестами, паузами, смотря со сцены мне, маме в глаза... Он рассказывал стихотворение мне.... В конце его выступления весь зал охватило довольно продолжительное молчание, от чего даже сделалось немного жутко, но его прервала моя мама аплодисментами, которые дальше все подхватили.
Так мы и выступили и после уже спокойно дослушивали стихи других деток, ожидая в том числе и результатов, распределения наград, не имея особых видов на призовые места: откуда же было взяться у нас таким мечтам! Мы кустарно подготовились, без помощи театрального режиссера, просто и по домашнему, опираясь на единственное мое материнское видение и понимание смысла стихотворения и опыт публичных выступлений. Но как бы там ни было, мы просто были рады оказаться в другой обстановке, среди милых ребят, и крайне добродушных организаторов, а не в опостылевшей школьной песочнице с гаденькими девчонками, мальчишками и вечно недовольными учителями.
И вот, пришло и время награждения деток. Сначала раздавали дипломы участников- тем деткам, кто не занял призового места. К нашему большому удивлению нас на сцену не позвали.
«Неужели у нас третье место» - подумала я и с нескрываемым волнением посмотрела на маму. В ее глазах читались те же мысли.
Вот прошло и награждение лауреатов третьей степени, за ним последовало и монотонное награждение лауреатов степени второй, и никто не произнес нашего имени!
«Потеряли! Забыли! Пропустили!» - думала я, уже немного ни мало раздосадованная на нефартовость нашу что ли....И вдруг слышу:
« Лауреат первой степени – Кайа Назар»....
От неожиданности мой ребенок вскочил со своего места с широко распахнутыми глазами и как маленькая мартышка запрыгнул на сцену, расплываясь в улыбке от уха до уха и даже каким-то образом по всему телу!
Моя мама рыдала от счастья, и я сама радовалась настолько сильно и искренне, что и слов подходящих, чтобы описать пережитое подобрать не могу... Мы это просто сделали! Вместе с сыном! Для него! Ради него! Чтобы знал, что может! Чтобы знал, что он не плохой! Не хуже всех! А в чем-то даже лучший! Что талант-таки у него есть!
После фотосессии ребенок победоносно принес своей наградной диплом и полученный от жюри ( кстати довольно серьезных актеров театра и кино) подарок. Я стала рассматривать сверкающий бланк наградной бумаги, и моя мама, также присоединилась ко мне и дойдя до графы «педагог», где я указала имена классного руководителя и театральной мадам, многозначительно фыркнула. Ей было безгранично обидно за внука...
Видя нашу неподдельную радость, к нам подошёл актер из жюри, и стал интересоваться, кто и как готовил Назара к выступлению и занимаемся ли мы каким-либо творчеством. Я честно ответила, что занимаемся фортепиано и в этом году решили попробовать себя в театре.
«Не бросайте театр! В Назаре что-то эдакое есть! Ему это даже по жизни просто пригодится! Молодец, малыш! Так держать!» - сказал актер.
«Спасибо! Не бросим!» - ответила я...Теперь особенно обидно за сына стало мне...
Но отбросив все так некстати возникшие грустные мысли и обиды, мы решили такую маленькую победу дружно отпраздновать в кафе.
А пока мы наслаждались своими десертами, мы с мамой сразу успели отметить внезапную и качественную перемену в Назаре. Он стал чувствовать себя победителем! Стал даже выглядеть увереннее. А главное стал важничать, но без потока лишних слов и набивания самому себе ценности – теперь ему все это было не нужно, чтобы доказать, что он умный, оригинальный, смешной, классный, живой, нужный.. У него было первое место на городской олимпиаде! Молодец!
И вот в кутерьме всех наших радостей, вдруг в общий чат приходит сообщение от мадам, в котором она стала интересоваться успехами выступивших, то есть нас.
«Мы выступили. У нас первое место» - отписалась я.
Дальше последовали смс от мадам:
«Как вам🌹Что жюри сказали?
Грамоту сфотографируйте и если есть возможность скан сделайте
Отправлю в школу на сайт
И Назара с грамотой сфотограыируйте»
Отвечаю:
«Очень понравилось. Хотелось бы больше участвовать. Жюри беседовали со мной, были удивлены заявленному материалу. Грамоту пришлю. В зале была фото и видео сьемка. Думаю будет можно позже связываться с организатором и попросить фото»
«У нас ещё много конкурсов, я вас записываю тогда? У них есть вокальный конкурс, тоже можно пойти Но репертуар сольно готовить нужно в индивидуальном порядке» - отписалась мадам, тонко намекая на дополнительные занятия по ее певческой специализации.
«Назару ещё весёлый репертуар читать нужно он в его исполнении будет вообще 💥 Посмотрите и я посмотрю»
«Хорошо» - ответила я, уже решившая для себя, что буду проталкивать ребенка на все возможные конкурсы с помощью этой злополучной мадам или без. Потому что в моем ребенке что-то все-таки есть! И я не позволю никому и никогда только из-за его пока еще неудач с самообладанием внушить ему, что он не лучший! Потому что он лучший! И наша дорога пролегает только вперед к вершинам, мимо ленных суждений педагогов, которым стоило бы сменить место работы на приемную комиссию в военкомат, а не прогнозировать будущее детей, которое никто не в силах заблаговременно предсказать и построить! Даже я.... Потому что жизнь- это не только про моделирование, это во многом про выбор!