— Так, стоп! Вы что, серьёзно?! — голос Алексея дрожал от возмущения. Он стоял возле своей «Камри», сжимая в руке телефон, и смотрел на инспектора, который невозмутимо разглядывал экран планшета.
Утро началось как обычно. Алексей вёз документы в банк – ипотеку на квартиру для дочери почти одобрили, оставалось пару бумажек подвезти. Тридцать семь лет работы, и вот оно – наконец-то ребёнок съедет от родителей, заживёт своей жизнью. Настроение было приподнятое, даже музыку погромче включил.
А потом – мигалки. Остановили. Непропуск пешехода, говорят.
— Вот, смотрите, — инспектор развернул к нему планшет. На экране дёргалась запись с регистратора: Алексей проезжает «зебру», а где-то сбоку, у самого края тротуара, стоит человек. Просто стоит! Даже не пытается переходить!
— Да он вообще не собирался идти! — Алексей почувствовал, как внутри начинает закипать. — Смотрите сами – стоит у края, в телефон смотрит! Я что, должен был встать и ждать, пока он решит?
Инспектор щёлкнул крышкой планшета, убрал его под мышку:
— Пешеход на проезжей части. Вы обязаны были уступить. Будем оформлять.
— Какой на проезжей?! Он на тротуаре стоял!
— На переходе, — поправил инспектор холодно. — Полторы тысячи штраф. Предъявите документы.
Вот тут-то Алексей и сорвался. Ездил он всегда по правилам, даже штрафов почти не ловил. И вот – на тебе! За то, что какой-то зомби в телефон пялился у дороги?!
Пальцы сами потянулись к телефону. На борту патрульной машины, прямо напротив, крупными цифрами был написан номер. «Телефон доверия». Для обращений граждан.
Алексей набрал номер и поднёс трубку к уху, не отводя взгляда от инспектора.
Тот замер. Потом медленно кивнул – один раз, будто что-то для себя решил – и молча развернулся к патрульной машине. Села за руль, закрыл дверь. Алексей стоял, ждал ответа в трубке, чувствуя, как адреналин разливается по венам. Щас разберутся. Щас этому умнику по шапке дадут!
Но инспектор не торопился. Минут десять просидел в машине. Алексей успел рассказать ситуацию в дежурную часть, ему вежливо пообещали «разобраться», записали данные. Когда он положил трубку, инспектор как раз вышел – с бумагами в руке и каким-то новым выражением лица. Спокойным. Даже слишком спокойным.
— Вот ваш протокол, — инспектор протянул листок. — Две тысячи рублей за непропуск пешехода.
— Как две?! Вы же только что полторы говорили!
— Максимальный размер по статье. Нарушение зафиксировано, доказательства есть.
Алексей хотел что-то ответить, но инспектор уже обходил машину. Остановился у заднего номера, присел на корточки, прищурился:
— А номерные знаки у вас... нечитаемые.
— Что?!
— Снегом залепило, — инспектор указал пальцем. Обычный снег! Алексей даже и подумать не мог, что за такую мелочь штрафуют!
— Да вы издеваетесь?! Там всё видно! Все цифры!
— Нечитаемые, — повторил инспектор монотонно и снова полез в планшет. — Ещё пятьсот рублей. Статья 12.2, часть 1. Распишитесь здесь... и здесь.
Руки Алексея дрожали, когда он ставил подпись. В голове гудело. Две с половиной тысячи вместо полутора! За то, что кто-то придурок у дороги стоял! И за снег зимой!
Инспектор забрал планшет, сложил документы в папку и только тогда посмотрел Алексею прямо в глаза:
— Не позвонил бы – может, и не оформлял бы вообще. Предупредил бы, отпустил. — Он помолчал, давая словам впитаться. — А теперь получай по полной. Хорошего дня.
И ушёл. Просто развернулся и ушёл к машине. Сел, завёл мотор, уехал.
Алексей стоял на обочине, держа в руках два протокола, и не мог поверить. Не мог поверить, что его – нормального человека, работягу, отца семейства – так вот просто развели. Наказали не за нарушение, а за... за что? За попытку защититься? За то, что посмел возмутиться?
Телефон доверия. Ха! Какое доверие?! Это же капкан! Позвонишь – получишь по полной программе. Не позвонишь – может, отпустят. Вот и выбирай теперь.
Вечером, за ужином, Алексей рассказал всё жене. Она слушала молча, качала головой:
— Зачем ты звонил-то при нём? Надо было после, когда уехал...
— Да я думал, щас ему дадут по шапке! — Алексей с силой ткнул вилкой в тарелку. — Думал, справедливость!
— Какая справедливость, Лёш... — жена вздохнула. — У них свои законы. Ты же знаешь.
Знал. Теперь знал точно.
Две с половиной тысячи рублей. За снег на номере и человека, который в телефон пялился у дороги.