Этим утром мы отправились в круиз по Каналу Казинга. Двигатель затих, и над нами медленно, со скрипом блоков, подняли паруса — огромные белые крылья, поймавшие еле уловимый ветерок.
Рассвет мы встречали громко. Не было никакой возможности сдержать эмоции от красоты, разворачивающейся в Уганде. Небо из сизого стало перламутровым, затем розовым и, наконец, вспыхнуло золотом африканского солнца. Оно медленно заливало теплом воду, зелень по берегам и наши счастливые лица. Воздух пах влажной землёй, свежей водой и свободой. Мы ещё подумали: надо же, свобода пахнет!
Мерный плеск воды о борт, пение невидимых тропических птиц и наши задушевные разговоры. Казалось, в мире были только мы.
Наш рейнджер с необычным именем Инносент (Innocent), которое с английского переводится как «невинный», «невиновный», «неискушенный» или «простодушный», предложил нам игристое. Тут мы ещё больше оживились, окончательно скинув с себя всякую медитативную ересь.
Не было и девяти утра, а в наших руках уже шипели бокалы, играя на солнце бликами перляжа. Как мы смеялись тогда над абсурдом и совершенством этого момента!
Говорили о психологии, о том, как настигают нас мысли, словесно и изящно обходя любые барьеры. Ира прочитала стихи — небрежно, смущённо, но в её голосе слышалась та же правда, что и в этом рассвете. Я решил ответить и прочитал стих моего любимого поэта — Николая Гумилёва, про жирафа на озере Чад.
Помню, тогда, под лёгким винным шумом в голове и под бездонным небом, мы сошлись во мнении, что сафари в Уганде должно быть в списке желаний на 2026 год у каждого жителя Земли. И дали себе обещание вернуться, чтобы когда-нибудь снова ощутить вот это: первозданность мира, тишину и нечто дикое
-
Национальный парк королевы Елизаветы
#МояУганда
