15 декабря
До дня рождения Драконьей Королевы осталось 10 дней. Как вы помните, я сообщил ей о том, что собираюсь прилететь и, так как не получил ответа, сделал вывод, что она не против.
Каждый день я то здесь, то там, встречаю старых знакомых - её подданных, обитателей Иорданской Долины. Они приветствуют меня с великой радостью, создаётся впечатление, что я для них стал кем-то вроде народного героя. Поколения сменяются, зло забывается, а слава остаётся.
Многие спрашивают меня, не хочу ли я вернуться в Иорданскую долину навсегда. Признаюсь честно - в глубине души я желаю этого. Видеть Драконью Королеву каждый день, а не раз в год по праздником, иметь возможность общаться… когда это было повседневной обыденностью, я так мало это ценил.
Сейчас это кажется несбыточной мечтою. Теоретически эта мечта может сбыться. Но при одном условии - она должна захотеть, чтобы я вернулся. И позвать меня. Былые раны заросли, обиды остались в прошлом, многое прощено, и всё же… я чувствую, что мы оба пока не готовы к такому шагу. Но всё может измениться в одночасье.
Вот например, наша дружба с Монусом. Когда-то казалось, что она нерушима. А теперь связь с ним разорвана. Шакал-таки добился своего - Монус был низвергнут из Розового Чертога вместе со своей вакханкой Эринией. Я так до конца и не понял, на самом ли деле вакханка полюбила моего друга, или он обманулся, и вакханка - то самое чудовище, которое сцапало его огнекудрую Хеленну и вернулось, чтобы подвергнуть Монуса той же участи. В любом случае, я об этом наверное никогда не узнаю, а если узнаю, то не скоро. Скорблю ли я по этому поводу? Скучаю ли по Монусу? Положа руку на сердце, не особо. Я давно научился быть самодостаточным.
Вам наверное интересно, как дела у феи Анабеллы. Она позабыла историю Монуса, как страшный сон. Изредка она прилетает ко мне и мечтательно говорит, что хотела бы разделить со мной будущее, но пока у неё слишком много дел. Она всё мастерит и мастерит новые и новые розовые побрякушки, по прежнему не покидает розовую долину и слышать не хочет о Храме Света. Не буду лукавить - очарование этим легкокрылым созданием давно меня покинуло. Я готов прилетать в чертог, если Анабелле нужна моя помощь, но если она справляется сама, мне там делать абсолютно нечего.
В Храме Света был не далее как вчера и снова повстречал Волшебника с Серебряными волосами. На сей раз он был в превосходном настроении, его взгляд светился счастьем.
- У меня всё очень хорошо, не сомневайся, Иоханн, - говорил он, и я видел, что так оно и есть. - Я на самом деле счастлив, что меня освободили от должности Царя Империи Света. Ты же знаешь - у меня четыре прекрасные дочери и внуки. Они не дают мне скучать и нежно заботятся обо мне. У меня есть и крыша над головой, и всё необходимое для жизни, и время на молитву и раздумья.
Сказав так, Волшебник как-то загадочно улыбнулся и исчез. Агапу - трапезу любви - возглавил юный Царь-голубь. Когда он пришёл, ощущение было такое, будто он оказался на арене под прицелами недобрых взглядов, и его сейчас растерзают дикие звери. При этом он сохранял спокойное достоинство. Видно было, что он отнюдь не стремится к власти, и принимает свою участь как крест. Несмотря на то, что его почти никто не слушал, он слегка наклонил голову, стал читать Святое Писание и деликатно давать комментарии.
Поведение молодого Царя-голубя вызвало у меня прилив добрых чувств - уважения, растворенного состраданием. Я включился и стал задавать вопросы по ходу его речи, которая становилась всё более и более уверенной и интересной.
По окончании трапезы после молитвы я подошел к нему и, выразив почтение, от души поблагодарил его. Он крепко пожал мне руку.
…
24 декабря
Ужасно непростой день.
Как вы помните, Праздник по случаю рождения Драконьей Королевы уже завтра. Я заранее приготовил ей подарок - огромное сердце, наполненное конфетами, а также стихотворение собственного сочинения, восхваляющее радость нашей встречи и грядущее Рождение Спасителя Мира. Мы со Львом также постарались и положили это стихотворение на музыку, дабы при случае исполнить песню. Текст я также заранее согласовал с одним из распорядителей пира - добрым Ангелом по имени Митриус, который горячо пожелал мне удачи.
И вот сегодня с утра меня постигло настоящее демонское нашествие. Тёмные силы были бы мне не особо страшны, если бы явились в своем настоящем обличье - делов-то, я бы дал им бой. Но они стали действовать через близких.
Рано утром меня нежданно-негаданно посетил старина Монус, которого я тысячу лет не видел. Оказывается, Анабелла в попытке переосмыслить прожитое, написала огромную поэму, в которой поведала всем о том, каким грозным демоном является Монус и как она от него пострадала. Монус, который после своего низвержения с Розовой скалы ведёт тишайший образ жизни, честно трудится и готовится к свадьбе до глубины души был возмущен тем, что его честное имя запятнано. Он попросил меня прямо сегодня полететь к Анабелле и заступиться за него.
Так я снова оказался в Розовом Чертоге, в объятиях прекрасной феи. Мы проговорили полдня.
- Монус - сын светлого ангела Виталио, - рассказывал я Анабелле. - У них была великая, высокодуховная семья, они приобщили к Свету сотни тысяч заблудших душ. Против них был составлен чудовищный заговор, в результате чего Виталио погиб, а Монус лишился крыльев и пал, но он отнюдь не утратил своей сущности и в душе остаётся Ангелом и моим Другом несмотря ни на что.
Анабелла слушала мои излияния с кислой миной и стояла на своём:
- Я не знаю существа более отвратительного, чем Монус. В ваших с ним отношениях я ничегошеньки не понимаю. Ты всё время говоришь красивые слова о какой-то сверхдуховности, а на деле я вижу опустившегося хама, который не умеет себя вести. Твой хвалёный Виталио не привил ему элементарных норм поведения. Тоже мне светлые ангелы. Да любая кикимора в болоте ближе к Свету, чем эта парочка.
Чем больше я пытался переубедить Анабеллу, тем она ожесточеннее защищалась. В итоге я почувствовал себя совершенно деморализованным и ни на что не способным. Простившись с ней, я доковылял до своей пещеры, где меня встретили Лев, Змей и Шакал.
- Ну как твоя Драконья Королева? - спросил Змей, который вечно путает даты.
- Её день рождения только завтра. Но мне, по правде говоря, уже совсем не хочется на него лететь.
- Что ты говоришь, Иоханн!?! Мы не узнаём тебя!
Ощущая ужасную слабость и озноб во всём теле, я налил себе чаю и забрался под шкуры.
- Может и в самом деле тебе завтра полежать дома, - раздумчиво заговорил Лев.
- Никаких полежать!!!! - донёсся до нас бравый возглас Шакала. - Ты не посмеешь дезертировать в последний момент! Королева тебя ждёт! Анабелла ничего не понимает! Виталио был хорошим ангелом, попавшим в беду, а Монус её с ним разделил. Они справились, как могли. Перестань слушать демонские увещевания! Борись за Свет и за свою Любовь! Кому ты подаришь Сердце, если останешься дома?!?
Слова Шакала звучали резонно. Мне стало совестно.
- Итак. Ты полетишь к Драконьей Королеве, Иоханн?
- Полечу.
…
25 декабря
Иорданская долина была покрыта льдом. Я с трудом передвигал крыльями, морозный воздух сковал их кончики. Я летел сквозь тьму, сквозь бушующий ветер, откуда-то издалека до меня доносились вопли диких зверей.
Приземлившись и приняв человеческий облик, я оказался среди верениц гостей. Кругом были сплошь незнакомые лица. Кто-то не обращал на меня внимания, кто-то здоровался вежливо, но формально.
Сжимая в руках подарок - Сердце - и двигаясь вперёд и вверх - Праздник шёл на возвышении - я наконец-то встретил знакомое лицо.
- Иоханн, друг!
- Приветствую. Где Королева?
- Там же, где и всегда. - он указал рукой направление.
Я шёл всё дальше. Встретился со старенькой Феей, которая выхаживала мою Королеву, когда та была еще маленькой принцессой.
- Здравствуй, Иоханн.
- Приветствую, - так же ответил я. - Где Королева?
- Там! - она указала рукой на просторный зал.
Я вошёл и увидел её. Она казалась такой маленькой. Стояла, потупившись.
Больше ни на кого не обращая внимания, я направился прямо к ней, держа Сердце на вытянутых руках.
- Иоханн… - чуть слышно ласково произнесла она, не поднимая головы, будто чувствуя моё приближение кожей. - Спасибо тебе…
Она приняла подарок, освободив мне руки. Мои пальцы коснулись её висков и тут же согрелись, я прижимал её к себе и осыпал поцелуями, а она так и стояла потупившись, а лицо её сияло от счастья, и вся Иорданская долина оказалась залитой солнцем, которое отражалось в сотнях ручейков, побежавших из тающих глыб льда.
Сколько времени я там провёл? Мне кажется, это была Вечность.
…
Проотсутствовав неизвестно сколько, я-таки оторвался от своей возлюбленной и решил вернуться в пещеру, дабы проведать друзей. К моему удивлению, вход в пещеру был завален камнями, и обитатели тщетно пытались сдвинуть их и в ту, и в другую сторону, но у них ничего не получалось. Я как следует дыхнул пламенем, после чего изнутри хорошенько наподдал некий подземный гигант, образовался проход, и я-таки смог просочиться внутрь.
Льва с Шакалом в пещере не оказалось, но на земле лежал, вытянувшись, крайне несчастный, голодный, брошенный и унылый Змей.
- Иоханн… - просипел он, узрев меня. - Ну что, ты не пожалел, что всё же полетел в Иорданскую долину? Надеюсь, Королева не швырнула твоё Сердце тебе в лицо?
- Я тебе поглумлюсь над ней!!! - прорычал я, хватая его за хвост. Змей, практически не покидающий свою нору, очень часто своими искренними высказываниями задевает мои самые лучшие и возвышенные чувства. Никто не может спустить меня с небес на землю лучше, чем он.
- Я сказал что-то не то, Иоханн? - жалобно протянул Змей. - Это я с голодухи. Принёс бы ты поесть. Я уже неделю лежу, замурованный в пещере.
Тяжело вздохнув, я отправился на поиски пищи.
…
26 декабря
Письмо Монуса Иоханну
Друг. Я одинок. Я так страшно одинок. У меня не осталось никого. Моё имя покрыто позором, никто не испытывает ко мне ничего, кроме презрения. Меня утешает лишь Эриния. Я ценю это, но всё ещё не могу забыть Хеленну. Моё сердце похоже на глыбу льда. Моя разрушенная до основания оставшаяся жизнь - это расплата за бесчисленные грехи всего живого…
Не забывай меня…
Монус.
…
Письмо Анабеллы Иоханну
Мой дорогой Дракон.
Я узнала от общих знакомых, что ты наконец вернулся из Иорданской долины. Все эти месяцы твоего отсутствия я думала о тебе каждый день. Я знаю, что никогда не смогу занять в твоем сердце место твоей прекрасной Королевы, и всё же надеюсь, что в нём найдется уголочек и для меня. Знаешь, я тут немного пообщалась с твоим другом Змеем и пришла к неожиданному выводу - я только кажусь легкокрылой феей, а на самом деле я такая же змея, ползающая по земле и не покидающая своей норы, лишь изредка поднимаю очи горе и восхищаюсь такими истинно крылатыми созданиями, как ты.
После нашей с тобой последней встречи у меня накопилось множество вопросов к тебе, Иоханн. Они касаются моей поэмы про Монуса, моего мнения про его отца Виталио и весь этот так называемый ангельский сонм.
Вот мой основной вопрос: почему ты, Иоханн, думаешь, что создания, которые летают в Храм Света лучше тех, кто туда не летает? Я могу привести тебе тысячи примеров прекрасных, добрых существ, которые никогда в своей жизни ни про какой Храм Света слыхом не слыхивали. А взять того же Монуса. Виталио был служителем Храма Света, светлейшим из Ангелов, а Монус детство своё провёл при нём. Я ясно вижу, что Виталио все свои душевные силы вкладывал в своё служение, а воспитывать ребёнка у него не было ни времени, ни желания. В итоге Монус вырос асоциальным, злобным и эгоистичным сверх меры. К нему постоянно липнет всякая дрянь. Он не умеет ни любить, ни заботиться, ни трудиться. Только и может что ныть и разводить тех, кто к нему ещё благоволит, на всякие блага, которые он тащит в свою норку, и ему даже не приходит в голову хоть чем-то хоть с кем-то поделиться. И это воспитание Виталио! И это заложено в детстве! И это не изменить!
Сколько грязи он лил в твою сторону, Иоханн, как он за твоей спиной постоянно обзывал тебя и выставлял твои поступки в самом неприглядном свете! Да разве так поступают друзья???? А ты… а ты всё равно продолжаешь топить за какую-то вашу Божественную Связь, принимаешь его, пишешь ему письма, утираешь ему сопли!!! Ты не дракон, а слюнявый котёнок.
И почему я после этого всего до сих пор так неравнодушна к тебе???….
Твоя Анабелла
…
Я ничего не ответил Анабелле на это письмо, и тогда она сама разыскала меня и потребовала объяснений.
Я был суров и холоден с нею, как никогда в жизни. Отстранив её крылом в попытке обнять, я сказал глухим строгим голосом.
- Ты мне пишешь эти письма, Анабелла, - зачем? Тебе ведь не нужен мой ответ. Что бы я ни ответил тебе, ты не изменишь свой образ жизни. Ты так и будешь сидеть в своей норе, то есть в чертоге - не важно, перебирать свои побрякушки и упиваться своим самодовольством. Так ради чего ты задаёшь мне эти вопросы? Что бы я тебе ни ответил, ты всё равно не изменишь своей позиции. Я не в силах её изменить, я это уже понял.
- Почему не в силах?
- Потому, что это мой внутренний опыт сердца, но ни показать, ни передать его тебе я не могу. Это всё равно, что объяснять слепому красоту живописи или глухому описывать достоинства музыкального произведения. Это то же самое. Путь духовной жизни можно познать лишь опытно. А ты не хочешь этого. Ты просишь меня рассказать о нём не потому, что хочешь познания, а просто потому, что тебе приятно общаться со мной, потому, что таким образом ты кормишь своё пристрастие ко мне. Но мне это не интересно, понимаешь? Ты говоришь, тебе больше не интересен Монус. А мне это не интересно.
- Мне интересно… - пролепетала Анабелла, глядя на меня огромными круглыми глазами… - на каком основании ты считал ангела Виталио - отца Монуса - Всесильным?
Этот вопрос окончательно меня доконал, и извергнув пламя, я схватил Анабеллу за грудки и прорычал:
- Я никогда не называл Виталио всесильным!!! Не надо мне приписывать слов, которых я не говорил. Я говорил, что Всевышний Владыка Света всесилен! Что Он воплотился, пришёл на землю и основал Империю Света, которую, по Его собственному слову, не одолеют все полчища преисподней! А Ангел Виталио был служителем Всевышнего, лучшим из всех, кого я знал! Он являл лик самого Владыки Света! И за это его распяли. А маленький Монус оказался жертвой, по сути распятой вместе с отцом. Но он выжил и сохранил в душе всё светлое и ангельское, что было в ней. А всё злое появилось в ней уже потом, под влиянием падшего мира и демонских полчищ, обрушившихся на него со всей жестокостью. А теперь уходи. Мне больше нечего добавить на эту тему.
Не дав Анабелле и слова сказать, я выпроводил её вон и захлопнул дверь.
…
27 декабря
Сегодня спозаранку полетел в Дом Сердца, дабы проведать своего старого друга Риания. Кто читал «Дневник Иорданского Дракона», должен помнить, что Рианий и Боэрий - такие же ангелы, как Виталио и Митриус. Я познакомился с ними в Обители Света давным-давно, очень их люблю и стараюсь не забывать.
Когда Рианий стал хозяином Дома Сердца, он призвал меня помогать ему, и я радостно исполняю это послушание, периодически летая в это замечательное место.
Сегодня я к своему удивлению обнаружил в Доме Сердца наводнение. По колено в соленой воде я прошёл внутрь и обнаружил рыдающего Риания. Это от его слёз произошел потоп.
- Друг, в чём дело??? - насколько мог быстро я кинулся к нему.
- Иоханн?!? Не может быть! Это правда ты? Но все твердят о том, что ты вернулся в Иорданскую долину.
- И ты из-за этого плачешь, Рианий?
- Я уже не плачу, ведь ты здесь.
- Ты думал, я бросил тебя?
- Грешным делом да. Так ты раздумал возвращаться к Королеве?
- Рианий, я действительно летал в Иорданскую долину, но я вернулся, и даю тебе слово, что никогда не оставляю тебя одного без помощи и поддержки!
Остаток дня мы провели, выкачивая воду и вытирая лужи.
…
Ближе к вечеру я получил письмо от Анабеллы. Оно было полно горького смирения. Фея писала, что я совершенно прав, что нам пришла пора расстаться, что мы с ней явно не пара, что она больше не будет мне навязываться, и так далее. Я ощутил в глубине души лёгкий укол совести - возможно, вчера я был жестковат с этим нежным созданием. Настрочил ответ, что не хотел её обидеть, просто она взяла меня на живое, возможно, нам нужно взять паузу для переосмысления ситуации, но причин для полного разрыва нашей дружеской связи я не вижу. Анабелла мне ничего не ответила.
…
Наладив отношения с Рианием, я теперь планирую посетить обитель Боэрия. Надеюсь, хоть там я не застану потоп. Я конечно драконом был, драконом и остаюсь, но друзей ценю, стараюсь хранить им верность и по возможности не подавать лишний повод для пролития слёз.
…
28 декабря
Прилетев вчера вечером в Обитель Боэрия, я не нашёл там последнего, зато с величайшим удивлением обнаружил там опять того же Риания, который больше не плакал, а напротив, пребывал в самом счастливом и лучезарном расположении духа.
- Иоханн! Мой хороший! - просиял он, когда я приблизился.
Он возложил крылья мне на голову, отчего на душу снизошло полное умиротворение.
Когда я возвращался из Обители, на меня было совершено нападение. Какие-то незнакомцы из кустов выпустили в меня град стрел. Я не видел, кто это сделал, защититься не успел, уворачивался как мог, но всё равно был ранен. К счастью, это было уже недалеко от пещеры Змея и Льва, которые позаботились обо мне - вытащили стрелы из ран, наложили повязки, покормили и уложили спать. Я остался жив, но в ближайшее время никуда летать не смогу…
…
Вечер
Лежу дома, раненый. Меня навещали добрая Матушка и Волшебник из Храма Света. Сказали, что туда прилетала Драконья Королева, что все очень за меня беспокоятся, чтобы я быстрее поправлялся. Еще они провели расследование и узнали, кто напал на меня.
Стрелков было четверо джиннов, выпущенных из кувшина Анабеллы (зная мягкий характер феи, я не верю, что она сознательно хотела причинить мне вред, скорее, просто не знала, кого выпускает).
Первого джинна звали Самомнениус, он занимается тем, что беспрестанно всем вокруг объясняет, что к чему, будучи уверенным, что постиг все тайны небесных и преисподних видимых и невидимых миров. Если кто-то посмеет в этом усомниться, то он зовёт своего брата - второго джинна по имени Обижариус.
Этот занят тем, что беспрестанно перемалывает старые обиды, рассказывая, какой он несчастный и как его недооценили, вызывая у своих слушателей чувство горькой вины и желание просить прощения. Как только жертва Обижариуса последует этому зуду и скажет «Прости!», так сразу же Обижариус зовёт своего сына Непрощениуса.
Третий джинн Непрощениус глухой и слепой, и сколько его ни умоляй, он не щадит никого.
Наконец, имя четвертого джинна - самого злобного из всех - Отомстилиус, чей вид настолько колоритен, что его стоит описать отдельно. Отомстилиус относится к виду крокотавров (это как кентавр, получеловек, но не лошадь, а полукрокодил). У него три руки. Первой он сжимает кувалду под названием «Мстижезл», поднимая её высоко над головой. Второй рукой он достает из колчана за спиной стрелы, пропитанные адским ядом возмездия. Ну и наконец третьей рукой он сжимает лук, из которого я вчера и был подстрелен. Меня хранили благодать Иорданской долины и Обители Света, истинная любовь Королевы и Риания, только поэтому я остался жив.
От этой истории легче мне не стало, но в голове прояснилось. Я отправил ещё одно примирительное письмо Анабелле, но не получил ответа. Ночью мне снилось, что Анабелла превратилась в огромного червяка, который хочет меня сожрать. Я беру топор и рублю его на части, а он продолжает ползти, брызгая во все стороны розовой слизью. Проснулся весь в крови от ран.
…
30 декабря
Вчера вечером ко мне прилетел встревоженный и печальный Рианий.
- Иоханн! Долго ты будешь лежать, изображая смертельно болящего?
- А что опять случилось, друг?
- У нас большие неприятности.
- У нас - это у кого?
- Во всей Империи Света. Когда Волшебника сняли с должности Царя, всё пошло наперекосяк.
- Мне кажется, ты драматизируешь. Я на днях видел его, он в порядке.
- Он может и в порядке, а все остальные нет. Благодаря его железному руководству в сочетании с волшебной силой Империя Света процветала, а юный Царь-голубь еле-еле сводит концы с концами. Подняли головы твари, мимикрирующие под служителей Света, а на деле думающие лишь о том, чтобы потуже набить собственные кошельки. Один из них - мытарь по имени Бондариниус, занимается тем, что якобы по указу Царя-голубя грабит народ, отбирая у бедняков их последние сбережения. В долине Сердца начались голод и эпидемия.
- И что ты хочешь от меня, Рианий?
- Чтобы ты перестал себя жалеть, встал, принял драконье обличье, отыскал Бондариниуса, встретился с ним, объяснил что к чему, по-хорошему или по-плохому отобрал награбленное добро и вернул его законным владельцам.
- Я сделаю всё, что в моих силах, дружище. А ты знаешь, где живёт этот Бондариниус?
Оказалось, что Бондариниус живет в ледяном дворце за ледяным лесом, и, добираясь туда, мы с верным Львом промёрзли до костей. Раны мои ещё болели, так что продвигались мы медленно и делали много привалов, после которых лететь было еще труднее.
Когда мы наконец отыскали дворец Бондариниуса, на входе я неожиданно повстречал старого друга - белого медведя Шаталиуса, который при виде меня от радости аж весь покраснел.
- Дракон Иоханн!!!! Какими судьбами в наших краях???
Я вкратце рассказал ему, и тот обрадовался еще больше.
- Наконец-то нашёлся кто-то, чтобы поставить на место наглеца Бондариниуса! Иди вон по тому коридору, а мы со Львом отвлечем охрану.
Оказавшись внутри, я застал всех врасплох. Бондариниус сидел на огромном сундуке в окружении слуг. Я сразу понял, что это он.
- Это ограбление!!! - сразу к делу прорычал я. - Если не хочешь, чтобы от твоего дворца осталась дымящаяся лужа, давай сюда сундук подобру-поздорову!
- А кто ты, собственно, такой? - вякнул кто-то, но его прервали.
- Это иорданский дракон, тупица! Делайте как он сказал, а то все окажемся на том свете.
Вечером сундук уже лежал перед Рианием. Довольный собой, я залез под шкуры и продолжил болеть.
…
3 января
Анабелла наконец мне написала. Оказалось, что она попросту не получала моих писем и сама очень грустила, что я ничего ей не пишу. Ни про каких джиннов слыхом не слыхивала, ни в какого червяка не превращалась, а когда получила все мои письма скопом, разрыдалась от счастья, что я её не бросил. Мечтает снова меня увидеть и приглашает в Розовый Чертог на Рождество.
…
5 января
Я наконец поправился и окреп насколько, чтобы полететь в Храм Света. Первым, кого я увидел, как только оказался там, был мой дорогой друг - Волшебник с серебряными волосами. Он шёл в окружении весёлой компании (в которой я с радостью приветствовал медведя Шаталиуса, а также некоторых других знакомых).
Преградив им путь, я распростёр крылья для объятий и громко пророкотал:
- Волшебник! Дорогой! Любимый!
- Мой дракон Иоханн! Как я рад тебя видеть.
Мы оказались в объятиях друг друга и расцеловались. Меня поразило, какие у него горячие руки - как будто он сам наполнен пламенем.
Потом Волшебник собрал нас всех в центральном зале и при приглушённом свете долго и горячо наставлял на Путь Истины и Жизни. Я лежал у его ног, внимая каждому слову и чувствовал себя беспредельно счастливым.
Потом началась общая молитва, в ходе которой я встретился и пообщался с Митриусом. Тот был ласков со мной, как никогда в жизни.
Завтра утром снова полечу туда.
…
7 января
Сегодня ночью в Храме Света был необыкновенно прекрасный Праздник, посвященный Рождению Спасителя Мира. Мы летали на него вместе со Львом, повидали и поздравили Волшебника, Королеву, почти всех обитателей Иорданской долины и многих других старых добрых друзей. Вокруг меня был какой-то хоровод страстного движения - меня обнимали и целовали, ревновали и злились, ругали и потом каялись. Выбрался я оттуда как через мясорубку пропущенный и сейчас наутро чувствую, будто меня пожевали, переварили и изблевали наружу. Но если отбросить собственные переживания и обратить очи горе, останется великая тихая радость прославления нашего Спасителя и Господа.
Всех с Рождеством Христовым!
…
Александра Канавец
декабрь 2025 - январь 2026