После той ночи в антикварном магазине я не могла уснуть. Записка Александра жгла карман, а слова "ищи его под лунным светом" эхом отдавались в голове. Лунный свет? В Москве полнолуние освещало крыши серебром, и я, ведомая любопытством, вышла на улицу. Ноги сами понесли меня обратно на Арбат, но магазин был закрыт, витрина тёмной. Однако в переулке напротив мелькнул свет — слабый, мерцающий, как от свечи. Я пошла туда, сердце стучало, а воздух казался густым, пропитанным ароматом мокрого асфальта и далёкого дождя.
Переулок вывел к старому дому, заброшенному на вид, с облупившейся краской и плющом, обвивающим стены. Дверь была приоткрыта, и изнутри доносился тихий шёпот — не голоса, а как будто ветер в листьях. Я толкнула её, и внутри открылся зал, освещённый десятками свечей. Тени плясали на стенах, покрытых потрёпанными обоями с узорами в виде глаз и рук. Александр ждал меня у камина, где тлели угли, отбрасывая красный отблеск. Его силуэт казался частью этого места — высоким, загадочным, с той же улыбкой, что скрывала секреты. "Ты пришла", — сказал он, и его голос обвил меня, как туман.
Мы сели у огня, и он начал рассказывать. Загадка из первой встречи раскрылась: Александр был хранителем древних артефактов, потомком тех, кто охранял "зеркала душ" — порталы в иные миры. Та монета была амулетом, защищающим от теней, что крадут воспоминания. Конфликт во мне — сомнения в реальности — разрешился, когда он взял мою руку и поднёс к пламени. "Смотри", — прошептал он. В огне мелькнули образы: моя жизнь, детство, потерянные мечты. Это было не колдовство, а связь с прошлым, усиленная мистикой места. Атмосфера углубилась: свечи потрескивали, тени на стенах шевелились, словно живые, а в воздухе витал запах ладана и пыли веков. Я почувствовала дрожь — не страх, а возбуждение от близости к неизведанному.
Он встал, подошёл ближе, и его жесты стали смелее: он провёл пальцем по амулету на моей шее (я надела монету), и от касания по телу прошла волна тепла, как от вспышки молнии. Взгляды наши встретились — откровенные, проникающие в душу, полные напряжения. "Тени шепчут правду", — сказал он, и в его словах была символика: свет свечей боролся с тьмой, отражая нашу внутреннюю борьбу. Я задрожала, когда он приблизился, его дыхание смешалось с моим, но мы не перешли грань — оставалось пространство для фантазии, для того, что могло быть. Вместо этого он открыл дверь в соседнюю комнату, где стояло то самое зеркало из магазина. "Шагни", — пригласил он.
В зеркале отразился не зал, а сад под луной, с фигурами в белом, шепчущими заклинания. Я коснулась стекла, и оно дрогнуло, как вода. Александр стоял сзади, его руки на моих плечах — смелый жест, полный доверия. "Это портал в забытые воспоминания", — объяснил он. Мы вошли вместе, и мир изменился: вокруг расцвёл сад, полный призрачных цветов, излучающих свет. Здесь раскрылась вся мистика: тени рассказали о его прошлом — о проклятии, что заставляло его скитаться, и о том, как я могу помочь снять его. Конфликт ушёл, сменившись единением. Мы бродили по саду, чувствуя жар от близости духов, дрожь от шёпота ветра, звуки далёкой музыки — флейты и барабанов.
Но кульминация пришла в эпизоде после: вернувшись в зал, мы сели у огня, и он подарил мне книгу легенд. "Теперь ты часть этого", — сказал он. Атмосфера достигла пика — тени сгустились, свечи погасли одна за другой, оставив нас в полумраке. Я почувствовала связь, глубокую и мистическую, как будто наши души сплелись. История не закончилась — она открыла дверь в бесконечность, оставив простор для новых тайн. В ту ночь я ушла, но шёпот зеркал остался со мной навсегда.