Найти в Дзене

Бойкот Долиной набирает обороты: честные высказывания Кати Семёновой о звездной мафии

Екатерина Семёнова — автор тех самых песен, которые народ поёт в застольях уже 30 лет, — прекратила работать с Ларисой Долиной. Причина в «несовпадении». И этот простой диагноз громче всяких скандалов показывает, насколько пустым может быть звёздный пафос в сравнении с нормальной человеческой порядочностью. Есть ситуации, которые на первый взгляд выглядят как обычный рабочий конфликт. Ну, не сошлись характерами, бывает. Люди взрослые, творческие, у каждого своё эго — разошлись, пожали руки и пошли дальше. Но именно такие истории иногда вскрывают гораздо больше, чем громкие скандалы с битьём посуды и взаимными обвинениями. Потому что в них — чистая правда. Без грима. Без фантиков. И без иллюзий. История с Екатериной Семёновой и Ларисой Долиной как раз из таких. Формально — прекращение сотрудничества. По-человечески — отказ продолжать иметь дело с тем, с кем больше невозможно разговаривать на одном языке. Я читала интервью Семёновой внимательно. Не выдёргивая цитаты ради эффектных заго

Екатерина Семёнова — автор тех самых песен, которые народ поёт в застольях уже 30 лет, — прекратила работать с Ларисой Долиной. Причина в «несовпадении». И этот простой диагноз громче всяких скандалов показывает, насколько пустым может быть звёздный пафос в сравнении с нормальной человеческой порядочностью.

Есть ситуации, которые на первый взгляд выглядят как обычный рабочий конфликт. Ну, не сошлись характерами, бывает. Люди взрослые, творческие, у каждого своё эго — разошлись, пожали руки и пошли дальше. Но именно такие истории иногда вскрывают гораздо больше, чем громкие скандалы с битьём посуды и взаимными обвинениями. Потому что в них — чистая правда. Без грима. Без фантиков. И без иллюзий.

История с Екатериной Семёновой и Ларисой Долиной как раз из таких.

Формально — прекращение сотрудничества. По-человечески — отказ продолжать иметь дело с тем, с кем больше невозможно разговаривать на одном языке.

Я читала интервью Семёновой внимательно. Не выдёргивая цитаты ради эффектных заголовков, а целиком. И знаете, что бросается в глаза в первую очередь? Отсутствие злобы. Отсутствие желания унизить или «добить». Она не говорит: «Меня обидели», не рыдает о несправедливости, не собирает сочувствие. Она просто спокойно, почти сухо объясняет, почему для неё эта история закончена.

И именно это бесит сильнее всего тех, кто привык, что вокруг них прыгают.

Две песни. Всего две. Казалось бы — мелочь. Но давайте не будем делать вид, что речь о количестве. Речь о принципе. Когда человек с именем, опытом и самоуважением говорит: «Мне с вами больше не по пути», — это не каприз. Это диагноз.

Семёнова прямо говорит: сегодня для неё важны не регалии, не телевизионные кресла и не количество букв в фамилии. Важны ценности. Важен тон. Важно, как с ней разговаривают. Разве это не нормально? Разве в 2026 году мы всё ещё должны считать, что если человек «легенда», то ему можно хамить, давить, требовать и ставить себя выше остальных?

https://news.ru/culture/mogla-poslat-na-tri-bukvy-katya-semenova-o-pugachevoj-dolinoj-shou-mafii
https://news.ru/culture/mogla-poslat-na-tri-bukvy-katya-semenova-o-pugachevoj-dolinoj-shou-mafii

Судя по реакции — да, должны. Потому что как только кто-то позволяет себе выйти из этой схемы, начинается вой. «Как ты посмела», «Да кто ты такая», «Она просто завидует». Классика жанра. Ничего нового.

Но давайте честно. В последние годы фамилия Долиной всё реже звучит в контексте музыки. Всё реже — новых проектов, свежих идей, интересных решений. Зато всё чаще — в историях, где фигурируют квартиры, переговоры, суды, обиды и попытки удержать контроль любой ценой. Это не оценка, это наблюдение. И наблюдают это не только журналисты, но и обычные зрители.

Можно сколько угодно говорить о «травле», «завистниках» и «неблагодарной публике». Но есть простая истина: общественное раздражение не возникает на пустом месте. Оно копится. Медленно. Годами. Из мелочей, интонаций, жестов, фраз, взглядов свысока. Из ощущения, что с тобой разговаривают как с обслуживающим персоналом.

Интервью Семёновой попадает точно в нерв. Она вспоминает атмосферу, в которой хамство десятилетиями прикрывалось статусом. Где грубость считалась «характером», а унижение — допустимым стилем общения. Где можно было не ответить на приветствие, бросить резкое слово, демонстративно отвернуться — и это сходило с рук, потому что «она — это она».

-3

Знаете, сколько таких историй люди носят в себе годами? Молчаливо. Без интервью. Без колонок. Просто потому что не хотели связываться. Потому что понимали: система сильнее. Потому что проще промолчать, чем потом объяснять, что ты «не враг легенды».

И тут появляется человек, который спокойно говорит: «Мне это не подходит». Без истерики. Без скандала. И — внимание — без просьбы понять и простить. Она никого не уговаривает. Не оправдывается. Просто закрывает дверь.

Естественно, это вызывает бешенство. Потому что отказ — самое болезненное для тех, кто привык, что отказов не бывает.

Обратите внимание, как аккуратно Семёнова формулирует. Она не называет имён там, где могла бы. Не выносит приговоров. Не лепит ярлыков. Но между строк читается очень многое. Читается усталость. Читается разочарование. И читается чёткое решение: больше — нет.

https://news.ru/culture/mogla-poslat-na-tri-bukvy-katya-semenova-o-pugachevoj-dolinoj-shou-mafii
https://news.ru/culture/mogla-poslat-na-tri-bukvy-katya-semenova-o-pugachevoj-dolinoj-shou-mafii

И вот ещё один важный момент. Возраст. Не биологический, а ментальный. Кто-то с годами становится спокойнее, мудрее, тише. Учится выбирать, с кем и зачем он рядом. А кто-то, наоборот, застывает в моменте, когда любой шаг в сторону воспринимается как предательство. Когда уступка кажется унижением. Когда мир делится на тех, кто «за», и тех, кто «против».

И публика это чувствует. Очень остро чувствует. Потому что зритель давно не глуп. Он видит, кто говорит с ним на равных, а кто — сверху вниз. Кто благодарен за внимание, а кто считает его обязанностью.

Реакция людей под новостями — отдельная тема. Там нет сложных формулировок. Там всё предельно просто: «Устали», «Хватит», «Сколько можно», «Почему ей всё позволено». Это не злоба. Это усталость. Та самая, о которой принято не говорить вслух.

На этом фоне Семёнова выглядит человеком, который просто решил выйти из токсичного круга. Без лозунгов. Без революций. Без попытки стать героиней. Она не борется. Она уходит. И это, пожалуй, самый сильный жест.

Можно сколько угодно говорить, что «так нельзя», что «надо терпеть», что «это профессия». Но давайте честно: терпение — не добродетель, когда речь идёт о систематическом неуважении. И уход — не слабость, когда он осознанный.

Самое ироничное в этой истории — что никакого громкого скандала и не было. Никто никого не поливал грязью. Никто не бегал по ток-шоу. Но именно поэтому ситуация выглядит так показательно. Потому что без шума и пены стало видно главное: эпоха безусловного преклонения заканчивается.

-5

Людям больше не хочется слушать, как им объясняют, что они «не доросли». Не хочется принимать хамство за харизму. Не хочется аплодировать просто за прошлые заслуги. И если раньше на это закрывали глаза, то теперь всё чаще говорят: «Нет, спасибо».

И в этом нет никакой революции. Это обычная взрослая позиция. Которую, к сожалению, не все готовы принять.

Так что вопрос здесь не в двух песнях. И даже не в конкретных фамилиях. Вопрос в том, готовы ли мы дальше жить в мире, где статус оправдывает всё. Или всё-таки начнём различать талант и вседозволенность.

А вы как думаете?

Больше подробностей в моем Telegram-канале Обсудим звезд с Малиновской. Заглядывайте!

Если не читали: