Собрались классики в Питере, в «Подвале Бродячей собаки», отметить Рождество...
И я там был, и пиво пил. Настроил уши – классиков послушал.
Интересно ведь, о чем говорят они, разлив шампанское.
Блок о несбывшемся грустил:
– Был на свете самый чистый и светлый праздник. Он был воспоминанием о золотом веке, высшей точкой того чувства, которое теперь уже на исходе, – чувства домашнего очага. ... Веселые дети; даже взрослые, не умудренные весельем, меньше скучали, ютясь около стен. И все плясало – и дети, и догорающие огоньки свечек.
Бернард Шоу цинично заметил:
– Рождество – это время года, когда мы должны покупать вещи, которые никому не нужны, и дарить их людям, которые нам не нравятся.
Честертон возразил:
– Умные люди говорят, что мы, взрослые, не можем радоваться рождеству, как дети. Но я не уверен, что умные всегда правы; потому я и решил быть глупым, а теперь уж ничего не поделаешь. Вероятно, по глупости я радуюсь сейчас Рождеству больше, чем в детстве.
Диккенс уже успел выпить принесённый с собой коньяк, и чувствует себя на седьмом небе:
– Мне так легко, словно я пушинка, так радостно, словно я ангел, так весело, словно я школьник! А голова идет кругом, как у пьяного! Поздравляю с рождеством, с веселыми святками всех, всех! Желаю счастья в Новом году всем, всем на свете! Гоп-ля-ля! Гоп-ля-ля! Ура! Ура! Ой-ля-ля!
Куприн ухмыльнулся и головой покачал:
– Дай Бог, чтобы наступающий год немного снисходительнее отнесся к вам, чем этот, а главное – не падайте никогда духом.
Диккенс продолжает порхать:
– Счастливого, счастливого Рождества, которое может вернуть нас к мечтам наших детских лет, которое может напомнить старику о радостях его юности, и перенести путешественника за тысячи миль обратно к родному очагу и в тихую гавань!
У Грина хрустнул бокал в руке:
– Да, я больше не пролью слез. Это смешно, что есть движения сердца, за которые стоит, может быть, заплатить целой жизнью. Я только теперь понял это.
Зощенко вспомнил свою детскую ёлку:
– И вот, ребята, прошло с тех пор тридцать пять лет... И за все эти тридцать пять лет я ни разу больше не съел чужого яблока и ни разу не ударил того, кто слабее меня. И теперь доктора говорят, что я поэтому такой сравнительно весёлый и добродушный.
Елизавета II изрекает то, что и следует королевам:
– Рождественская история сохраняет привлекательность, потому что не предлагает теоретических объяснений загадкам жизни. В ней говорится о рождении младенца и надежде, которую это рождение две тысячи лет назад дало миру...
Я уверена, что сейчас эти идеи нужны нам как никогда. Желаю вам счастливого Рождества.
Гоголь взглянул в окошко, и возвестил:
– Месяц величаво поднялся на небо посветить добрым людям и всему миру, чтобы всем было весело колядовать и славить Христа.
Антон Павлович проконстатировал:
– Высокая, вечно зелёная ёлка судьбы увешана благами жизни… От низу до верху висят карьеры, счастливые случаи, подходящие партии, выигрыши, кукиши с маслом, щелчки по носу и проч. Вокруг ёлки толпятся взрослые дети. Судьба раздаёт им подарки.
Михаил Мамчич поднял тост:
– Как новогоднее желание загадаешь, так первое апреля и проведешь!
И все чокнулись за то, чтобы их желания сбылись первого апреля.
... А за столиком у стены сидели, и наблюдали за классиками ребята из фильма «Реальная любовь» (2003):
– Меня осенило.
– Насчет Рождества? Ты понял, что оно вокруг нас?
– Нет, Джо, я понял, что в Рождество нужно быть только с теми, кого любишь.