С точки зрения международного права, перекрыть судоходство невозможно, поскольку это нарушение свободы судоходства. Согласно ст. 87 Конвенции судоходство в открытом море и в исключительной экономической зоне (ИЭЗ) является свободным.
Исключение составляет морская блокада.
Морская блокада с точки зрения международного права может быть законной только в военное время. Современное международное законодательство не признаёт так называемой «мирной блокады».
Морская блокада — это форма военных действий, при которой одна из сторон стремится прекратить морские сообщения противника, изолировать его от внешнего мира, ослабить и принудить принять требования победителя.
Для легитимности блокады необходимо её официальное объявление с уведомлением всех заинтересованных государств. При этом должны быть указаны дата начала блокады, географические границы блокируемого района и срок, который даётся нейтральным судам для выхода из блокируемых портов (согласно Лондонской декларации 1909 года).
Морская блокада - это по сути акт войны.
Согласно Федеральному конституционному закону от 30.01.2002 года №1-ФКЗ «О военном положении», актом агрессии против Российской Федерации независимо от объявления войны признается, в частности - Блокада портов или берегов Российской Федерации вооружёнными силами иностранного государства (группы государств).
Порты и берега наши никто не блокирует пока.
Ну, и что же тогда?
Пиратство в международном праве — преступление международного характера.
Это незаконный захват, ограбление или потопление морских судов. Помимо захвата и ограбления торговых и других судов в мирное время, к пиратству также приравнивается нападение в военное время боевых кораблей, подводных лодок на торговые суда нейтральных государств.
Именно, акты государственного пиратства со стороны Германии в международных водах Атлантического океана стали официальной причиной вступления США в Первую мировую войну 6 апреля 1917 года.
Таким образом, нападение в международных водах, а не в чьих либо государственных территориальных водах, боевых кораблей ВМС США и Великобритании на торговое судно - танкер «Маринера», следовавшее под российским флагом, может юридически в международном праве расцениваться как акт государственного пиратства со стороны США и Великобритании в отношении России.
Вашингтон своими действиями давно показал, что клал большой болтяру на все международные правовые нормы, как и на заявления официальных представителей российских государственных ведомств и не только российских, но и китайских и любых других.
Тем не менее, МИД и Минтранс РФ что-то там озвучили. Хотя в такой ситуации - это не важно. Важно, что могли бы озвучить наш Товарищ Первый и Министерство обороны.
В Минобороны России на вечер 7 января продолжают хранить молчание по поводу захвата нашего танкера «Маринера» и блокирования ещё 5 судов торгового танкерного флота под российскими флагами у берегов Венесуэлы, а также относительно официальных заявлений министра войны США Пита Хегсета о том, что США намерены блокировать морские перевозки подсанкционной нефти по всему миру.
В новой Морской доктрине, подписанной президентом России, прямо названо угрозой стремление США и их союзников ограничить доступ России к морским коммуникациям.
Товарищ Первый, очевидно, думает что делать в сложившейся ситуации.
А что тут думать, переписать Морскую доктрину РФ, да и все.
Может быть ещё дать Госдуме команду срочно внести в федеральный конституционный закон изменения относительно понятия акта агрессии, исключив морскую блокаду.
Что ещё может наше ВПР?
Ладно, подождем, посмотрим.
Такие дела.