Ещё каких-нибудь сто лет назад вопрос брака был не про «искру», «бабочки» и «он(а) так чувствует». Он был про род, происхождение и будущее дете
Сватовство — это не пережиток тёмных времён. Это был социальный фильтр.
Примитивный, жёсткий, иногда несправедливый — но фильтр.
Семьи встречались не для романтики.
Они сравнивали биографии:
✔️кто родители,
✔️кто деды,
✔️кто пил,
✔️кто болел,
✔️кто работал,
✔️кто сидел,
✔️кто бил,
✔️кто тянул семью.
Это не было «генетикой» в научном смысле. Это была житейская статистика, накопленная поколениями.
👉 Люди видели повторяемость. Видели, что хаос имеет привычку наследоваться.
👉Видели, что устойчивость тоже.
Сегодня всё это объявлено мракобесием.
Теперь считается, что:
— прошлое не имеет значения,
— семья — это «не он/она»,
— гены — это оправдание для слабых,
— главное — чувства здесь и сейчас.
Результат?
Дети академиков женятся на дочках алкоголиков — и искренне удивляются, когда через несколько лет сталкиваются не с «уникальной личностью», а с очень знакомыми паттернами.
👉 И наоборот — люди из тяжёлых семей иногда годами вытаскивают себя, чтобы потом услышать:
«Ну это же неважно, главное любовь».
Важно. Очень важно.
