А это будет просто история, в которой участвует прошедшее время.
Посмотрите на это фото, где запечатлены заброшенные здания:
Я жил в ста метрах от них, а потому проходил тут десятки тысяч раз.
А в былые годы ...
Сможете догадаться, что делали в здании, на котором еще сохранились трубы?
Может быть выпускали веники?
А может быть деревянные ложки?
Или может быть это была кожевенная мастерская?
Даю ответ - это была пекарня, которая снабжала хлебом и прочими хлебобулочными изделиями несколько населенных пунктов.
В этой пекарне я был несколько раз, когда она функционировала. Всё дело в том, что на там работала моя бабушка. Естественно, что я бывал у неё на работе и видел "технологический процесс" - в больших чанах тесто, здоровенные ёмкости с повидлом, стеллажи с готовым хлебом и булочками.
С этой пекарни перевозили хлеб в магазин (буквально сто метро, но всё же). Не знаю почему, но к тому времени, когда привозили хлеб, перед магазином собиралась толпа. И вроде бы хлеба на всех хватало, но почему-то приходили заранее (в основном, это были пенсионеры и засланные дети).
В Интернете часто пишут, мол, раньше, когда шли домой, то обязательно кусали корочку хлеба, а домой приносили уже надкусанный хлеб.
Почему было так?
Точно не голодали, но почему-то запах свежего и еще теплого хлеба вызывал дикое желание тут же попробовать этот хлеб. А самая главная причина была в том, что дети проводили на улице значительную часть дня. Причем это была "активная деятельность". После такой деятельности очень хотелось есть (а иногда и жрать).
А тут из дома кричат:
- Иди за хлебом!
Особенным почетом пользовались батоны. Почему-то запомнился случай не знаю, из какого года.
Сходили мы с товарищем искупаться. Потом идём домой через степь и мечтаем об еде (после купания почему-то всегда хотелось есть).
- Вот бы сейчас теплый батон ...
- Ага! И с холодным молоком.
Просто батон "с ничем".
Такой факт забавный. Бабушка пришла работать в пекарню из медицины. Она работала акушеркой (удивительно, но даже в селе некоторое время был родильный дом). По её словам, в пекарне платили в 2 раза больше, нежели в медицине.
Если я не ошибаюсь, то данная пекарня функционировала почти до конца 90-х (года до 1997). Как её можно было обанкротить - не понимаю.
Возможно, оборудование требовало замены ввиду устаревания и износа.
- А восстанавливать за свой счет, а не за государственный - это не наш метод, Шурик, - наверняка думали те, кто мог сохранить производство.
Всё же производства хлеба это то, что будет востребовано всегда при любом режиме и катаклизмах, так как всегда будет спрос.
Наверное, не было эффективных менеджеров (в хорошем смысле этого слова), которые бы смогли наладить производство даже в те времена, когда старались побольше украсть и раствориться в толпе.
А здание слева - интереснейшее здание. Это амбар из конца 19 века.
Как я уже писал, в далекие-далекие времена наше село было не только большим, но и довольно развитым. Всё это был волостной центр, где были и религиозные строения, и школа, и больница, и различное мелкотоварное производство.
И вот такие кирпичные амбары, кои до сих пор сохранились в некотором количестве, являются этаким "отголоском" из прошлого.
Так вот, продолжаем разговор.
На фотографии можно видеть оконные проемы у пекарни. С этой стороны располагалась кочегарка, которая и создавала "условия" для производства хлеба.
Год или два в этой кочегарке работал мой отец, а потому я частенько помогал ему с "переносом" угля из кучи (которая была рядом) в печи. Уголь, конечно, сначала нужно было отдолбить, а потому моя детская помощь всё же была помощью.
Куча угля была присыпана к амбару (с другой стороны).
И вот однажды ...
История, которая напоминает сюжет из старого "Ералаша", где трое мальчиков смотрели по телевизору передачи, а потом пытались повторить "мировой рекорд по прыжкам в Ледовитый океан".
Посмотрел я по телевизору телепередачу, где показали, как в одном старом здании совершенно случайно нашли "клад". А нашли его просто - в старой кирпичной кладке выделялась свежая кладка, за которой, собственно, и были "золото-бриллианты". Ну, и много информации было мною почерпнуто из различных приключенческих книг (в том числе из "Кортика" и "Бронзовой птицы", которые в детстве были для меня "топом").
Вполне нормально, что классу к пятому-шестому (когда происходили события) я уже имел некоторое представление о кладах.
Насыпаю я уголь в тачку и вдруг вижу внизу стены, откуда я убрал уголь, подозрительный кирпич. Он выделялся среди других кирпичей тем, что кладка там была более светлая.
Стало понятно, что кирпич сознательно вынимали, а затем его "незаметно" замуровали обратно.
- А вдруг там клад? - подумал я.
И пусть у нас не было графских замков с прудом, где лилии цветут, но у нас наверняка были богатые граждане, которые после Революции перестали быть оными. А где им прятать свои сбережения? Наверное, в стенах амбаров.
Именно так я и думал.
Тайно от всех при помощи гвоздя (как граф Монте-Кристо, которого в детстве я так и не осилил до конца) я несколько дней царапал швы, чтобы вытащить кирпич.
Вскоре кирпич уже свободно шевелился. Затаив дыхание, я аккуратно его вытащил. Заглянул в дыру, надеясь увидеть там блеск металла и бриллиантовый дым.
А там ... пустота.
Я еще не знал, что в это же время Пелевин написал роман "Чапаев и Пустота", но тогда я сам смотрел в эту Пустоту.
Конечно, потом пришло объяснение:
Это просто кто-то заложил отдушину, которая была частью стены. И ничего более.
Да и ладно.
А потом я посмотрел другую телепередачу, где показывали различные находки в угольных шахтах.
Уже в то время я был в некотором смысле "увлечен" всем тем, что касалось старины, древности и древним миром. Упускать шанс найти чего-нибудь интересного в угле я не хотел, а потому с энтузиазмом начал проверять наиболее "подозрительные" фрагменты угля.
Ничего не нашел, но то желание поиска чего-то неизвестного и очень старого не отпустило меня до сих пор.
- А на ветвях уже набухли почки. К чему мне снятся какие-то горшочки? ..., - поют в одной малоизвестной, но популярной песне.
***
С тех пор прошло много лет. До сих пор перед глазами картинка - пыльный матрас в кочегарке, запах угля и сажи, жар от печей. И зима.
Теперь это всё заброшено.
И ведь что удивительно - у нас тут половина полей (если не больше) не обрабатываются, пекарни нет, а хлеба в магазинах - завались.
Это лишь маленький фрагмент из жизни, так как в детстве вроде бы совершенно ничего не происходило, но в то же время происходило всё.
Это сегодня мы иной раз маемся, выбирая себе доступные блага и развлечения, а тогда все развлечения были в наших руках, так как они сами по себе были частью жизнью.