Ираида Семёновна — женщина ответственная, поэтому раз в год в их с сыном квартире затевается генеральная уборка. В назначенный день она просыпается в 6:15, затем идёт будить Алика. После — они завтракают, переодеваются в «рабочее» (у них даже отдельная одежда есть для этого мероприятия), вооружаются тряпками, всевозможными средствами, вёдрами и начинают активно наводить порядок. У Алика иногда складывается впечатление, что должна приехать какая-то проверка, потому что убираются они ОЧЕНЬ тщательно.
Схема всегда одна: кладовая, комната Ираиды Семёновны, комната Алика, кухня, ванная, туалет, а в самом конце – коридор. Так бывает обычно. Только не в этот раз.
Ровно за неделю до «субботы икс» Ираида Семёновна вошла в комнату ничего не подозревающего Алика и торжественно объявила о начале генеральной уборки. Наш герой так испугался, что чуть не свалился с кровати. Опомнившись, он тихо проговорил:
— Мама, но ещё неделя…
— Никаких «но», Альберт. Нужно убираться сегодня. Давай вставай, умывайся, иди завтракать. Через 40 минут начинаем.
— Конечно, мама… Уже иду.
Все мы помним, как реагирует Ираида Семёновна на попытки противостоять её единственно правильному мнению, поэтому Алик послушно встал и пошёл исполнять указ мамы.
Как только утренние процедуры были закончены, Ираида Семёновна подошла к комнате Алика и сказала, что сегодня уборка начинается с его комнаты: «Нужно, чтобы здесь было стерильно!». После этих слов ему показалось, что давление, внезапно подскочившее, приблизило его к гипертоническому кризу лет на 20. Алик в ту же секунду подумал: «Что делать с телефоном, куда его прятать и что, в случае обнаружения, говорить...?». Врать-то в их семье не принято. Но он и не врал, просто иногда немножечко недоговаривал. Все же так делают?
Когда минимум 5 вариантов развития событий были представлены, Алик, на своё счастье, услышал звонок мобильного телефона. Звонил, как колокол, телефон Ираиды Семёновны. Нужно было видеть лицо Алика, которое моментально поменяло цвет: из красного оно снова стало человеческим, просто немного румяненьким.
Пока Ираида Семёновна разговаривала со своей приятельницей, обсуждая какую-то встречу, Алик быстро и незаметно, как ниндзя, прошмыгнул к себе в комнату и положил волшебную коробочку на шкаф. Ираиде Семёновне не позволял рост (да и артрит) дотянуться до его верхушки, так что этим ответственным делом она только руководила. И вот с уверенностью можно сказать, что их со шкафом тайна не будет раскрыта ни при каких обстоятельствах. Телефон был в безопасности. Алик спасён.
— Что ты там делаешь? — прогремел голос Ираиды Семёновны. Алик от неожиданности чуть не упал с табуретки. И, сначала пискнув, затем прорычав, словно очищая горло от невидимой плёнки, он неуверенно сказал:
— Собираюсь протирать пыль, мама…
— Не мямли, сколько раз тебе повторять?! Альберт, ты мужчина, а мужчина должен владеть командным голосом. Хотя бы просто громким. Слезай, сначала книги нужно протереть.
Алик окинул грустным взором свою лачугу, потом громко вздохнул, кивнул и потихоньку слез с табуретки, чтобы не упасть.
Книги с пожелтевшими страницами никто не читал уже лет 30, однако Ираида Семёновна не разрешала их выбрасывать. «Выписанные» томики она решила «прописать» у Алика в комнате, потому что у неё аллергия на книжную пыль. Сын и не спорил: в этом доме последнее слово всегда было за мамой.
***
На уборку Дубинины-Кэмпбелл потратили около пяти часов. Ни одной пылинки, ни одной соринки невозможно пропустить под руководством Ираиды Семёновны. Квартира сверкала. По такому случаю Алик сбегал в магазин и купил мамин любимый «Полёт»: нужно отпраздновать окончание ежегодного расхламления.
***
Наливая чай, Ираида Семёновна загадочно и с особой нежностью смотрела на сына.
— Что такое? — спросил Алик и отхлебнул чаю.
— Скоро в нашей семье будут перемены, мальчик мой, очень приятные перемены…