Карьера Евгения Кузнецова в последние годы — это череда конфликтов, превращающих его путь из спортивной истории в настоящую драму. Обладатель Кубка Стэнли оказался в водовороте событий, заставивших задуматься не только о его физической форме, но и о психологической устойчивости.
Отправной точкой стал громкий антидопинговый скандал 2019 года. Видео с подозрительным порошком и последующая положительная проба на чемпионате мира обернулись четырехлетней дисквалификацией от IIHF. Хотя НХЛ отнеслась к инциденту мягче, тень сомнения легла на репутацию игрока навсегда.
Но настоящая буря развернулась после его возвращения в КХЛ. В СКА его таинственное исчезновение из состава в феврале 2026 года породило волну слухов — от травмы до депрессии и конфликта с тренерским штабом. Клуб опровергал информацию, но осадок остался.
Кульминацией стал публичный конфликт с главным тренером «Металлурга» Андреем Разиным. Это был не скрытый разлад, а открытая критика. Разин прямо заявил, что у Кузнецова «очень плохая функциональная форма», и из-за этого для него «не нашлось места» в сыгранной схеме. Такая откровенность тренера — беспрецедентный случай для элитного хоккея. Это была не просто «нестыковка стилей», а вердикт: звездный хоккей Кузнецова не вписался в машину Разина.
Теперь его судьба связана с «Салаватом Юлаевым» — клубом, известным как «реабилитационный центр» для талантов. Сможет ли он преодолеть груз прошлых ошибок и публичных унижений? Или этот трансфер станет финальным актом в истории игрока, чьи конфликты с системой начали затмевать его неоспоримое мастерство? Ответ даст только лёд.