Интервью 2014 года, полная версия
Группа «Браво» на этой неделе проведёт музыкальный фестиваль «Назад в 60-е». Лидер команды Евгений Хавтан рассказал корреспонденту «Новых Известий» о своей любви к культуре 60-х, а также о том, как музыка может если не спасти мир, то изменить конкретного человека.
- 12 июля вы проводите фестиваль «BackToThe 60’s». Как родилась идея такого мероприятия?
- Сначала мы планировали просто концерт «Браво» в необычном месте Москвы – на крышеArtplay. Но потом, уже отталкиваясь от необычности места, вместе с организаторами решили идею расширить. До концерта «Браво», который начнётся в девять вечера, будет четырёхчасовая музыкальная программа с участием групп, имеющих какое-то отношение (может быть, не самое непосредственное) к музыке 60-х. Им не обязательно играть музыку 60-х, но все они как-то связаны с культурой 60-х годов. Будет четыре группы – Messerchups из Санкт-Петербурга, московские «Моды», гаражная группа Thunderbeats и ½ Orchestra с инструментальной духовой музыкой. Между живыми выступлениями будут DJ-сеты с виниловых пластинок, будет организован виниловый маркет, мастер-класс по танцам от «Матрёшка-джаз» и по укулеле от «Укулелешной». Словом, запланировано много чего интересного, того, что обычно не происходит на фестивалях. Внутри нашего сета на сцену выйдет Надя из группы «Наадя», солист группы Retuses Михаил, Яна Блиндер и лидер группы The Riots Саша Болотов. Они будут исполнять классику музыки 60-х на английском языке. А ещё у нас на сцене будет биг-бэнд. «Браво» тоже сыграет несколько каверов одной очень известной группы 60-х.
- Кто формировал программу?
- Я к ней имею отношение, но делал это вместе с организаторами. У меня нет большого опыта проведения фестивалей, поэтому их советы пришлись очень кстати. Думаю, если в этом году всё у нас пройдёт хорошо, то постараемся провести на будущий год повторно. Но сейчас пока рано об этом говорить. Загадывать пока не будем. Когда мы только повесили объявления о фестивале в соцсетях, пришло очень много предложений, в том числе и из других городов. Я даже не думал, что в нашей стране есть такое количество групп, имеющих отношение к этой музыке. Так что перспективы, несомненно, есть.
- Проводя фестиваль на крыше, вы, получается, зависите от погоды.
- Да, мне это тоже не очень нравится. Но ведь любой фестиваль на открытом воздухе зависит от погоды, и с этим ничего не поделаешь.
- Правильно ли я понимаю, что это фестиваль не столько о 60-х, сколько о ваших нынешних представлениях о 60-х?
- Нет, это не только моё представление, потому что не только я занимался программой.
- Ваш фестиваль совпадает с трендом интереса к 60-м: «оттепельная» музыка, сериалы…
- Я не связываю это с какими-то трендами. Я занимаюсь этой музыкой много, у меня давний интерес к этому. А то, кто возникает какая-то мода, меня это на самом деле мало колышет. Но мне нравится, что мой интерес разделяют многие группы. Оказалось, что куча команд играет разные направления сёрфа, гаражную музыку, рокабилли.
- Фестиваль станет попыткой как-то объединить эти группы? У них же нет никаких «клубов по интересам», даже в интернете.
- Да, ничего нет, ни радиостанций, ничего… У группы «Браво» ведь тоже ничего этого нет, но мы просто раньше появились. Сейчас можно рассчитывать только на интернет, социальные сети. Рекламы фестиваля почти не было, но благодаря информации в соцсетях билеты, насколько я знаю, все проданы. Вообще я не думаю о том, что может появиться какая-то объединяющая сила. Появится – хорошо, нет – ничего страшного. У меня такой задачи точно нет, моя задача – сделать «фан», удовольствие.
- «Браво» планирует сыграть новые песни?
- Да! Конечно, сыграем. Работа над следующей пластинкой в самом разгаре, думаю, к следующему осеннему московскому концерту альбом будет готов. Четыре песни уже лежат на YouTube без видео, но в середине лето появится и клип на «Лунный свет».
- Кто на этот раз писал тексты к новым песням?
- Несколько написал Анжей фон Брауш, несколько Евгений Козлов, это новый для нас автор. Ещё одну – собственно, «Лунный свет» - написал начальник кладбища Пищулов.
- Ты замечаешь, что музыка нынче интересует людей меньше, чем давеча?
- Вопрос, каких людей. Людей, которые каждый день идут и в адских трудах добывают деньги, чтобы прокормить семью, музыка в принципе никогда и не интересовала, для них это всегда был какой-то крошечный кусочек их жизни.
- Подростки раньше дисками обменивались, а теперь ссылками на приколы.
- Молодёжь очень разная. Я бы про всю молодёжь говорить не рискнул. Я знаю некоторых молодых людей, которые только музыкой, культурными событиями, фестивалями и живут. А есть и те, кого волнует только пиво и футбол перед телевизором. Конечно, музыка изменилась по сравнению с 60-ми, когда был Вудсток. Но и время изменилось. Поэтому я не стал бы говорить, что музыка ушла на второй план, это звучит как дежурная чушь из сводки новостей.
- У тебя на концерте бывает ощущение, что ты находишься в эпицентре собрания большого количества хороших людей, объединённых положительными эмоциями?
- Именно такое ощущение и есть. На наших концертах по-другому не бывает.
- Люди, получающие хорошие эмоции на концертах, вряд ли поедут куда-то воевать.
- Ты хочешь, чтобы мы про политику поговорили? Я вообще не хочу это затрагивать. Эти зрители получают положительные эмоции, и этого достаточно: музыка не может сильно изменить мир в лучшую сторону, но я убеждён, что она может изменить персонально каждого человека. Это очень важно, это спасает от общей депрессии, которая сгущается вокруг нас. Мне не нравится окружающая чернуха, поэтому я считаю, что должен давать людям возможность получить удовольствие, расслабиться, очистить голову от того, что происходит. Человек с чистой головой и хорошим сознанием никогда не будет никого убивать.
- Сейчас возвращается ситуация, когда музыкантов могут начать травить за какие-то высказывания, за прочую ерунду. К «Браво» же тоже можно прицепиться за пропаганду чуждой американской музыки, например.
- Да пусть цепляются, что я могу здесь изменить? К этому каждый музыкант должен быть готов.
- Это может вылиться в какие-то негласные запреты концертов?
- Ну откуда я знаю, во что это может вылиться? Ты, Алексей, задаёшь такие вопросы, которые мне задавали в 1986 году на комсомольских собраниях. 30 лет назад я всё это проходил, поэтому смотрю на это с некоторой долей иронии. Время всё изменит, перетрёт всю эту ерунду.
- Пополнялась ли в последнее время твоя коллекция музыкальных инструментов?
- Я купил мандолину английской фирмы Vox 1965 года, аналогичную той, на которой Джордж Харрисон делал некоторые записи для Beatles. Мы её используем и в студии, и на концертах. Но в принципе коллекция уже закончена, всё, что я в ней хотел иметь, у меня уже есть. Сейчас, наоборот, я кое-что буду, наверно, продавать. Хотя, кто знает.
- Важен ли для тебя тип носителя, на котором звучит музыка? Винил сейчас опять в моде.
- Для меня выбор однозначен: я ещё со школы слушаю винил, это лучший звуковой носитель. Дальше по убыванию – умирающий жанр CD и mp3. Кстати, в конце фестиваля BackToThe 60’s я буду час играть как диджей музыку из своей коллекции. Первоначально была идея, что я подберу любимые пластинки, а диджей будет их ставить. Потом я посчитал, что это будет выглядеть странновато, лучше самому научиться. Я купил вертушку и сейчас на домашней студии осваиваю азы диджейской техники. Не обещаю, что это будет на уровне профессиональных диджеев, но постараюсь выглядеть достойно. Когда я стал подбирать музыку для сета, выяснилось, что моя коллекция CD (а она достаточно большая) заканчивается там, где начинается, условно, эпоха iTunes. Теперь я новинки скачиваю на iTunes – Джеймс Блейк, KaiserChiefs и т.д. Это очень удобно: включаешь наушники в телефон и слушаешь. Чтобы оценить новинки, лучше всего iTunes. А если я хочу хороший звук, конечно, включаю винил. У носителей просто разные функциональные задачи.
- То есть идеальный потребитель музыки, ознакомившись с ней в интернете, должен пойти и купить приглянувшийся диск на виниле?
- Примерно так. Уже сейчас понятно, что винил переживёт все носители – и нынешние, и некоторые будущие, ведь впереди наверняка много интересного с точки зрения цифровой музыки. Если же говорить о нынешней моде на винил… Людей, которые понимают этот звук, во всех смыслах недешёвый, - всё-таки небольшое количество. Винил в звуке – это как «Роллс-Ройс» среди автомобилей.
- У тебя есть самые любимые из твоих песен?
- Есть те, которые мне нравятся. Некоторые из них я написал давно. Например, «Старый отель», «Король Оранжевое лето», «Этот город» - это очень сильные песни. С другой стороны, я очень люблю «Дождь и ладонь», которую вообще мало кому известна. Она закрывала альбом «На перекрёстках весны».
- А из чужих? Завидовал когда-нибудь авторам, написавшим песню, которую не написал ты?
- Конечно. Постоянно. Я бы хотел написать много песен, но они уже написаны Стингом, Джеймсом Блейком, Полом Маккартни, Эми Уайнхаус и другими.
- Если бы была возможность лет 30 назад хорошо записаться и выйти на западный рынок, «Браво» могли бы стать международными звёздами?
- Не знаю. Очень мне не нравится постановка вопроса, когда он начинается с «если бы». Может, да, а может, ничего и не получилось бы, кто знает? Чтобы добиться какого-то успеха на Западе, нужно интегрироваться в их культуры, жить там, знать язык нормально. Шансы были бы, но небольшие. Собственно говоря, ситуация мало изменилась и сейчас. Мой подход такой: лучше быть первым парнем на деревне, чем последним в городе.
- Аудиопиратство является проблемой для вас?
- Сейчас, мне кажется, никакой проблемы нет. Доход пиратам приносила продажа пластмассовых дисков, а сейчас этого нет. Владельцы нормальных телефонов, я думаю, скачивают всё легально. А кто качал нелегально, так и продолжают. Здесь ничего не изменишь, и на Западе то же самое на самом деле. Я знаю, многие там качают музыку с российских нелегальных серверов.
- Как ты оцениваешь ситуацию с защитой авторских прав?
- Деньги за исполнение старых песен приходят, РАО работает. Но с советскими временами, когда большие композиторы получали бешеные деньги за исполнение своих песен в ресторанах, конечно, сравнивать сложно. В каждом ресторане тогда была группа, и все исполняли этот репертуар, среди которого были и очень достойные песни, и заполняли рапортички.
Алексей Мажаев, "Новые известия" 9 июля 2014
