Капитализм - слово звучит как музыка для ушей тех, кто любит цифры, графики и бесконечный рост. Однако, господа и дамы, за блестящей оберткой "свободного рынка" и "возможностей для всех" скрывается нечто куда более фундаментальное, нечто, что, кажется, заложено в самой его ДНК. И это нечто – расслоение, эксплуатация и угнетение. И, как вишенка на торте, война, которая служит одновременно и допингом, и страховкой для наших любимых капиталистов.
При капитализме по-другому быть не может. Это не приговор, это констатация факта, подкрепленная веками истории и, чего уж там, здравым смыслом. Представьте себе эту стройную, но беспощадную систему. Есть те, кто владеет средствами производства – фабриками, землей, технологиями. А есть те, кто владеет лишь своим трудом. А между ними - "химия". Владельцы средств производства, движимые неутолимой жаждой прибыли, естественно, стремятся максимизировать свою выгоду. Как это сделать? Правильно, минимизировать расходы. А самый простой и эффективный способ – это платить работникам ровно столько, сколько необходимо для их выживания и продолжения рода, но ни копейкой больше. Это и есть эксплуатация в чистом виде. Работник создает стоимость, которая значительно превышает его заработную плату, а разницу, эту самую "прибавочную стоимость", присваивает себе капиталист. И так, день за днем, год за годом, формируется пропасть между теми, кто имеет, и теми, кто работает.
Расслоение – это не побочный эффект, это неотъемлемая часть игры. Капитализм, по своей природе, порождает победителей и проигравших. Кто-то накапливает богатство, кто-то его теряет. И это не потому, что одни гении, а другие лентяи. Нет, это потому, что правила игры изначально неравны. Те, кто уже имеет капитал, имеют и преимущество. Они могут инвестировать, рисковать, получать пассивный доход, в то время как те, кто только начинает, вынуждены бороться за каждую крошку, за каждый шанс подняться. И чем больше капитал, тем больше возможностей для его приумножения. Это как снежный ком, который катится с горы, набирая массу и скорость.
Но что происходит, когда это расслоение становится слишком уж очевидным? Когда рабочие начинают роптать, когда недовольство растет, когда сама система начинает скрипеть под тяжестью несправедливости? Вот тут-то и вступает в игру наш старый добрый друг – война. Война – это идеальный способ отвлечь внимание. Вместо того, чтобы смотреть на свои пустые карманы и на роскошные виллы олигархов, люди начинают смотреть на врага. Врага, который, конечно же, во всем виноват. Врага, которого нужно победить. И в этой общей борьбе, в этом единении перед лицом внешней угрозы, все внутренние противоречия как бы забываются.
Более того, война – это настоящий допинг для капиталиста. Военная промышленность – это гигантский рынок. Производство оружия, боеприпасов, техники – все это приносит колоссальные прибыли. Государства, охваченные паникой или агрессией, готовы тратить огромные средства на оборону и нападение. А кто производит все это? Правильно, те самые капиталисты, которые владеют заводами и фабриками. Война – это возможность для них расширить свое производство, заключить выгодные контракты, получить доступ к новым ресурсам и рынкам. Это своего рода "антикризисная мера" для капитализма, когда внутренний спрос падает, а производство простаивает.
Но война – это не только допинг, но и страховка. Страховка от революции, от социального взрыва. Когда люди заняты войной, они меньше думают о своих правах, о своих зарплатах, о своих условиях труда. Они заняты выживанием, защитой родины, выполнением долга. И в этой атмосфере патриотического подъема или страха перед врагом, любые призывы к переменам, к свержению существующего порядка, звучат как предательство. Капиталисты, умело манипулируя общественным мнением, могут представить себя защитниками нации, а своих критиков – пособниками врага.
И так, цикл замыкается. Расслоение порождает недовольство. Недовольство может привести к войне. Война, в свою очередь, усиливает расслоение (ведь на войне зарабатывают те, кто ее ведет, а теряют те, кто на ней воюет и страдает от ее последствий), но при этом отвлекает внимание и служит источником прибыли для тех, кто находится в тылу. И пока этот механизм работает, капитализм будет продолжать свое движение, порождая все новые и новые формы расслоения, эксплуатации и угнетения, лишь изредка прерываемые грохотом орудий.
Конечно, можно возразить, что существуют и другие модели, что есть примеры стран с более справедливым распределением благ. Но давайте посмотрим правде в глаза: даже в самых "социально ориентированных" капиталистических государствах, фундаментальные принципы остаются неизменными. Всегда есть те, кто владеет, и те, кто работает. Всегда есть стремление к прибыли, а значит, и к минимизации издержек, включая издержки на рабочую силу. И всегда, рано или поздно, возникает соблазн использовать внешние конфликты для решения внутренних проблем.
Поэтому, когда мы слышим о "росте экономики", о "привлечении инвестиций", о "создании рабочих мест", стоит задуматься: какой ценой это достигается? Не является ли этот рост лишь очередным витком спирали, ведущей к еще большему расслоению? Не является ли создание рабочих мест лишь способом удержать людей на грани выживания, чтобы они не начали задавать слишком много вопросов? И не является ли мирное небо над головой лишь временной передышкой перед неизбежным громом войны, которая вновь принесет прибыль тем, кто умеет считать не только деньги, но и человеческие жизни?
При капитализме, как ни крути, по-другому быть не может. Это система, которая, подобно вечному двигателю, постоянно генерирует неравенство, подпитывая себя эксплуатацией и, при необходимости, разжигая пламя войны. И пока мы не осмелимся взглянуть на эту систему без розовых очков, пока мы не признаем ее фундаментальные пороки, мы будем обречены наблюдать за этим бесконечным циклом, лишь меняя декорации и имена действующих лиц.