Найти в Дзене

Риэлторша

Меня зовут Анна. Мне 49, я живу в Тюмени с 2001‑го — и да, я та самая «среднестатистическая женщина», которую вы представляете, когда слышите это словосочетание. Ну, почти. Потому что среднестатистическая женщина вряд ли в 37 лет бросит скучную работу инженера‑переводчика и с криком «А ну‑ка, давай!» нырнёт в пучину риелторского бизнеса. В 2008‑м я была мамой двоих детей, младшей— два года. На горизонте маячил кризис, на столе — унылое резюме с громкой должностью «инженер по научно‑технической информации‑переводчик». На деле это означало: сидеть в офисе, переводить скучные технические тексты и думать: «Ну почему я не родилась кем‑то, кто любит это делать?» И тут сестра, как ангел‑хранитель с мегафоном, объявляет:
— Аня, а давай в риелторы?
— В кого?! — я чуть не уронила чашку с чаем. — Я же даже соседям не могу сказать, чтобы они не шумели! Какой из меня продавец? Но сестра была неумолима. Она знала одну даму из Краснодара, которая «теперь ездит на BMW и носит шляпы с перьями». Этого о
Оглавление

Риэлтор: профессия или образ жизни?

Меня зовут Анна. Мне 49, я живу в Тюмени с 2001‑го — и да, я та самая «среднестатистическая женщина», которую вы представляете, когда слышите это словосочетание. Ну, почти. Потому что среднестатистическая женщина вряд ли в 37 лет бросит скучную работу инженера‑переводчика и с криком «А ну‑ка, давай!» нырнёт в пучину риелторского бизнеса.

-2

Как я стала «продавцом воздуха»

В 2008‑м я была мамой двоих детей, младшей— два года. На горизонте маячил кризис, на столе — унылое резюме с громкой должностью «инженер по научно‑технической информации‑переводчик». На деле это означало: сидеть в офисе, переводить скучные технические тексты и думать: «Ну почему я не родилась кем‑то, кто любит это делать?»

И тут сестра, как ангел‑хранитель с мегафоном, объявляет:

— Аня, а давай в риелторы?

— В кого?! — я чуть не уронила чашку с чаем. — Я же даже соседям не могу сказать, чтобы они не шумели! Какой из меня продавец?

Но сестра была неумолима. Она знала одну даму из Краснодара, которая «теперь ездит на BMW и носит шляпы с перьями». Этого оказалось достаточно, чтобы я отправила резюме в крупнейшее агентство Тюмени.

Первые дни: шок, трепет и бумажные акты

Обучение проходило в подвале какой‑то базы на центральной улице Тюмени Республики. В аудитории сидели:

  • портниха, решившая «попробовать что‑то новое»;
  • бывший бухгалтер, мечтавший «уйти от цифр»;
  • я, тихо паникующая и думающая: «Что я тут делаю?»

Нам рассказывали:

  • что такое «возмездники» (нет, это не тайное общество);
  • как заполнять акты просмотра;
  • какие документы нужны для сделки (список был длиннее, чем моё резюме).

Всё было понятно. Кроме одного.

Телефоны.

Да, в 2008‑м мобильные уже существовали, но для меня они были как инопланетная технология. Холодные звонки? Разговоры с незнакомцами? Я бледнела, краснела и мечтала сбежать через окно.

Но я сказала себе:

— Анна, ты растишь двоих детей. Ты пережила декрет. Ты можешь позвонить хоть дьяволу, если это поможет продать квартиру.

Первая сделка: как я чуть не упала в обморок

Рынок тогда был диким и весёлым. Интернет? Не слышали. Реклама — в газетах. Клиенты — вживую, с вопросами вроде: «А правда, что здесь призрак ходит?»

Моя первая сделка родилась из объявления в газете. Позвонила женщина, заинтересованная в двушке. Я дрожащими руками назначила просмотр.

И вот они пришли:

  • Она — высокая, статная, с осанкой королевы.
  • Он — невысокий, худощавый, но с взглядом, которым можно было резать стекло.
  • Дочка — четырёхлетняя любопытная непоседа, тут же полезшая заглядывать в шкафы.

Он молча осматривал квартиру. Она улыбалась и кивала. Дочка кричала: «Тут есть тайная дверь?!»

Через час он сказал:

— Берём.

Я чуть не упала в обморок. Не от радости — от шока. Это что, так просто?

Оказалось, не просто. Ипотека, документы, подписи… Но в конце они ушли, держась за руки, а дочка кричала: «Ура, у меня будет своя комната!»

Я стояла на пороге и думала: «Я только что продала квартиру. И это… круто».

-3

Меняющиеся правила: от «продавец платит» до «все платят»

В те годы комиссия была только с продавца — 4–6 %. Покупатель приходил как гость: «Я просто посмотрю, ладно?»

Но в 2010‑м рынок решил: «А давайте усложним!». Теперь комиссия — 2 % с каждой стороны. Покупатели вздохнули: «Ну вот, теперь и нам придётся платить…». Риелторы заулыбались: «Зато больше работы!».

-4

Вывод: риелтор — это не профессия, это диагноз

За годы я поняла главное:

Квартира — это не стены и окна. Это мечты, страхи, надежды.

Клиент — не «объект сделки», а человек, который доверяет тебе самое ценное: своё будущее.

И да, риелтор — это не профессия. Это образ жизни, в котором:

ты умеешь улыбаться, даже когда клиент в десятый раз спрашивает «А тут точно нет плесени?»;

ты знаешь, что «хорошая планировка» — это когда хватает места для дивана и кота;

ты веришь, что каждая сделка — это маленькая история счастья.

-5

Так что да, я риелтор. И если бы мне снова предложили выбрать — я бы снова сказала «да». Даже если бы мне опять пришлось звонить незнакомцам. Даже если бы мне снова стало страшно.

-6

Потому что где ещё ты можешь увидеть, как чья‑то мечта становится реальностью?

Если вам близки темы, буду рада видеть Вас среди подписчиков и клиентов, новостройки без комиссии, вторичная и загородная недвижимость купить-продать, бесплатные консультации, пишите, звоните.

т. 98324886976,

т.89199459830,

a240676a@yandex.ru

#купитьквартирувТюмени

#недвижимость

#загороднаянедвижимость

#международныесделки

#семейныйриэлтор#