Выбор, который я сделала 20 лет назад
Двадцать лет назад я стояла на перепутье. Передо мной лежали два города, две судьбы, два совершенно разных будущих. Рим и Париж. Оба манили своей историей, культурой, обещанием новой жизни. Оба казались идеальными. И оба пугали своей неизвестностью.
Сейчас, оглядываясь назад, я могу сказать одно: я выбрала Рим. И я не жалею ни на секунду.
Париж: город мечты или город иллюзий?
Париж был очевидным выбором. Это был город, о котором мечтает полмира. Город Хемингуэя и Пикассо, Эдит Пиаф и «Амели». Город, который обещал элегантность, утончённость, тот самый французский je ne sais quoi.
Культура мирового уровня — Лувр, Орсе, бесконечные галереи и театры. Каждый вечер можно было бы выбирать между премьерой в Опере Гарнье и авангардным спектаклем в какой-нибудь подвальной труппе. Париж дышал искусством …
Инфраструктура была безупречной. Метро работало как часы, поезда везде и всюду, всё организовано, всё по расписанию. Северная европейская эффективность в латинской обёртке.
Но были и сомнения. Париж казался холодным. Не в смысле погоды (хотя и это тоже), а в смысле атмосферы. Парижане славились своей сдержанностью, граничащей с высокомерием.
Истории о том, как сложно влиться в парижское общество, как годами можно оставаться чужаком, множились с каждым разговором с теми, кто уже жил там.
Стоимость жизни пугала. Аренда квартиры в Париже съедала бы львиную долю зарплаты.
Погода тоже не радовала. Серое небо, моросящий дождь восемь месяцев в году, недостаток солнца. Для человека, выросшего в России, это, казалось бы, не должно быть проблемой. Но после первой же поездки в Париж в ноябре я поняла: это другая серость. Не морозная и искрящаяся, а влажная и давящая.
И был ещё один момент, о котором я тогда не могла точно сформулировать, но чувствовала интуитивно. Париж казался городом, где всё уже написано. Где за века сформировались правила, которым нужно соответствовать.
Где есть правильный способ завязывать шарф, правильные кафе для кофе, правильные районы для жизни. Город-музей, великолепный, но немного застывший в своём величии.
Рим: хаос, который стал домом
Рим был совсем другим. Рим был выбором сердца, а не разума. Рим не обещал карьерных высот и европейской эффективности. Рим обещал жизнь.
Солнце. Боже, сколько здесь солнца! Даже зимой, даже в пасмурные дни, свет здесь другой — золотистый, мягкий, обволакивающий. Это солнце, которое меняет настроение, которое лечит зимнюю тоску, которое заставляет улыбаться просто так.
Люди. Римляне оказались полной противоположностью парижанам. Громкие, эмоциональные, всегда готовые поговорить. Да, иногда это раздражало. Да, концепция личного пространства здесь понимается по-своему. Но это была живая, настоящая теплота. Владелец кафе, который запомнил мои предпочтения со второго раза. Случайные разговоры на улице, которые превращались в дружбу.
История, которая живёт. В Париже история в музеях. В Риме — под ногами. Ты идёшь купить хлеб и проходишь мимо Пантеона, которому две тысячи лет. Твоя местная пиццерия располагается в здании времён Ренессанса. Коты спят на руинах императорских форумов. История здесь не отгорожена верёвочками и не требует билета — она часть ежедневной жизни.
Еда. Я не была гурманом, но римская еда покорила меня. Не высокая кухня с мишленовскими звёздами, а простая, честная еда. Карбонара в маленькой траттории, где рецепт не менялся три поколения. Суппли, которые продают на углу. Джелато, настоящее, а не туристическая подделка. Артишоки по-еврейски в Гетто. Вино, которое стоит как вода и при этом прекрасное.
Ритм жизни. Рим не торопится. Здесь долгие обеды, неспешные прогулки, разговоры за ужином до полуночи. Здесь понятие "dolce far niente" — сладкого ничегонеделания — не порок, а философия.
Хаос. Рим — это организованный хаос, но всё-таки хаос. Транспорт работает… когда работает. Очереди в муниципалитете могут занять полдня. Бюрократия итальянская — это отдельный вид искусства, постижение которого требует терпения и смирения.
Рим — не бизнес-центр Италии, это Милан. Рим живёт туризмом, государственным сектором, культурой.
Язык. Итальянский тогда я не знала совсем. И в отличие от Парижа, где многие говорят по-английски, в Риме двадцать лет назад английский был редкостью. Предстояло учить язык с нуля, и быстро.
Менталитет *domani* — завтра. То, что можно сделать сегодня, в Риме часто откладывают на завтра. Или на послезавтра. Или на следующий месяц. Для человека, привыкшего к определённой организованности, это могло стать испытанием.
Момент выбора
Я помню точный момент, когда решение созрело. Это был вечер в феврале. Я составляла разумные доводы для Парижа и эмоциональные — для Рима. Париж был правильным выбором. Рим был моим выбором.
Я вспомнила свою поездку в Рим за несколько недель до этого. Как я заблудилась в лабиринте улиц Трастевере и вместо того, чтобы паниковать, шла и шла, очарованная каждым поворотом. Как я сидела на ступеньках Испанской лестницы в закатных лучах, и какой-то уличный музыкант играл на гитаре, и я подумала: «Вот здесь я могла бы быть счастлива».
В Париже я восхищалась. В Риме — дышала.
Выбор был сделан.
Двадцать лет спустя: жизнь в Риме
Прошло двадцать лет. Две декады римской жизни научили меня многому.
Оказалось, что карьерные опасения были преувеличены. Да, Рим — не Лондон и не Париж по количеству международных корпораций. Но здесь нашлась своя ниша. Культурный сектор, работа с туристической индустрией, международные организации (ООН, FAO и другие базируются в Риме), стартапы, которые начали расти в последние годы.
Более того, оказалось, что качество жизни важнее размера зарплаты. Да, я зарабатываю меньше, чем зарабатывала бы в Париже. Но мой стандарт жизни выше. Я могу позволить себе квартиру в центре. Я обедаю в хороших ресторанах не по праздникам, а регулярно. Я не считаю каждый евро и не живу в режиме постоянной экономии.
Влиться в римское общество оказалось на удивление легко. Итальянцы открыты, они любят иностранцев, которые искренне интересуются их культурой. Выучить язык помогла сама жизнь — римляне терпеливо слушали мой корявый итальянский и радовались каждому прогрессу.
Сейчас у меня есть настоящие друзья, итальянские друзья, с которыми мы встречаемся семьями, вместе проводим каникулы, делимся радостями и проблемами. У меня есть *la mia compagnia* — моя компания, как здесь говорят. Это то, чего, по рассказам знакомых, очень сложно добиться в Париже.
Да, бюрократия всё ещё сводит с ума. Да, транспорт периодически бастует. Да, понятие пунктуальности здесь относительно. Но я научилась жить в этом ритме. Более того, я полюбила его.
Я полюбила неспешные завтраки с капучино и корнетто в баре на углу, где бариста знает меня по имени. Я полюбила воскресные прогулки на рынок Кампо деи Фьори, где торговцы кричат, зазывая покупателей, а воздух пахнет свежими овощами и цветами. Я полюбила ужины, которые начинаются в девять вечера и заканчиваются далеко за полночь, где говорят обо всём — от политики до последних сплетен, где смеются громко и от души.
Я полюбила летние вечера, когда весь город выходит на улицы, когда пьёшь аперитив на какой-нибудь площади, окружённой дворцами эпохи барокко, и чувствуешь себя частью чего-то вечного. Я полюбила зиму, когда туристов меньше, и город возвращается к себе, к римлянам, когда можно спокойно посидеть у фонтана ( не Треви, у любого другого) с книгой и никто не будет фотографироваться у тебя за спиной.
Жить в Риме — значит жить в постоянном контакте с прекрасным. Я до сих пор, двадцать лет спустя, иногда иду по улице и вдруг останавливаюсь, поражённая красотой момента. Солнце, пробивающееся сквозь пинии на Авентине. Игра света на фасаде Сант-Иво алла Сапиенца. Вид на купол Святого Петра, неожиданно открывающийся из-за поворота узкой улочки.
В Париже красота тоже есть, и она велика. Но в Париже красота — это перспективы и проспекты, величественные и немного холодные. В Риме красота — это неожиданность за каждым углом, это интимность маленькой площади, это человечный масштаб, где монументальное соседствует с повседневным.
Климат и здоровье
Солнце, о котором я мечтала, оправдало все ожидания. У меня больше нет осенне-зимней депрессии, которая накрывала меня в России. Даже в декабре-январе здесь достаточно солнечных дней, чтобы поддерживать настроение. Мягкий климат позволяет гулять круглый год, сидеть в уличных кафе до ноября и снова с марта.
Да, римское лето жаркое. Июль и август могут быть тяжёлыми. Но это решаемо — как и все римляне, я научилась планировать день вокруг жары, использовать сиесту, уезжать к морю или в горы, когда становится невыносимо.
Было бы нечестно сказать, что всё идеально. Есть вещи, которых в Риме не хватает.
Эффективности. Иногда я злюсь, когда простое дело превращается в квест из трёх актов с визитами в разные офисы. Иногда я мечтаю о североевропейской организованности.
Чистоты. Рим не самый чистый город. Проблема с мусором периодически обостряется. Некоторые районы выглядят запущенно.
Современности. Рим живёт прошлым. Здесь сложнее с инновациями, с новыми технологиями, с прогрессивными идеями. Город прекрасен, но иногда слишком погружён в свою историю.
Но всё это меркнет по сравнению с тем, что я получила.
А что если бы я выбрала Париж?
Иногда я думаю об альтернативной реальности, где я выбрала Париж. Я уверена, что та версия меня тоже была бы счастлива. Париж — великий город, и жизнь там имеет свои неоспоримые преимущества.
Возможно, у меня была бы более впечатляющая карьера. Возможно, я бы зарабатывала больше. Возможно, я бы свободно говорила по-французски и цитировала Пруста в оригинале. Возможно, мой круг общения был бы более интернациональным, более космополитичным.
Но была бы я счастливее? Вот в чём вопрос.
Я думаю — нет. Потому что счастье для меня оказалось не в эффективности и карьерных достижениях, не в престиже адреса и размере зарплаты. Счастье для меня — в солнечном свете на древних камнях, в громком смехе за соседним столиком, в чувстве, что я живу, а не существую по расписанию.
Рим научил меня жить
Главное, что дал мне Рим за эти двадцать лет, — это понимание того, что значит жить. Не планировать жизнь, не оптимизировать её, не превращать в список достижений. А именно жить.
Рим научил меня ценить момент. Не спешить. Не пропускать обед в погоне за дедлайном. Не отказываться от встречи с друзьями, потому что «нужно работать». Жизнь здесь течёт иначе, и этот ритм оказался моим.
Рим научил меня принимать несовершенство. Мир не рушится от того, что автобус опоздал. Можно жить в городе, где вечный ремонт и вечный беспорядок, и при этом быть счастливым. Совершенство — враг хорошего, и Рим это демонстрирует каждый день.
Рим научил меня видеть красоту в повседневном. Не нужно идти в музей, чтобы увидеть прекрасное. Оно вокруг, каждый день, каждый час.
Конечно, мой выбор — это именно мой выбор. Для кого-то Париж был бы идеален. Для кого-то ни Рим, ни Париж не подошли бы. Мы все разные, и нет универсального рецепта счастья.
Но если бы мне сейчас, зная всё, что я знаю, пришлось выбирать снова — я бы выбрала Рим. Без колебаний. В ту же секунду.
Потому что Рим стал не просто местом, где я живу. Рим стал мной. Он изменил меня, научил меня, сделал меня тем человеком, которым я стала. Я дышу римским воздухом, я думаю по-римски, я чувствую по-римски.
Когда меня спрашивают, откуда я, я уже не уверена, что отвечу «из России». Я из Рима. "Sono romana." По выбору, по духу, по сердцу.
И когда вечером я сижу на террасе, попивая бокал вина , и смотрю на закат над крышами Вечного города, я знаю: я дома. Я выбрала правильно.
"Roma caput mundi" — Рим, столица мира. Для меня это не просто древняя фраза. Это правда. Мой мир, моя столица, мой дом.
Навсегда.
Светлана Синица гид по Риму и Ватикну