Емеля, Бред Спит и прочее
Прыгая то скоком, то боком, а потом еще и почему-то с поворотом на 90 градусов по густым зарослям Лариса совсем выбилась из сил. Наконец, Оле остановилось и раздвинуло траву. Прямо перед ними на невысоком пригорке лепилась вполне сказочная деревня с деревянными избами и церквушкой.
- Прибыли,- сказало Оле, вытирая пол со лба.- А ты, милочка, лучше бы на фитнес ходила, чем в бар.
-И кто здесь живет?- с опаской спросила Лариса, пропуская замечание мимо ушей.
-Понятно, не принц, но вполне подходящий жених,- отозвалось Оле и зашагало к деревушке.
У крайней избы Лариса увидела стоящую среди заросшего лопухами двора большую печь. На печи сидел босой мужик в грязном кафтане и «рвал меха» старенькой гармошки. Время от времени он пил из горла большой бутыли мутную жидкость и орал:
- Щщщщ….ука, плин, вернись, я всё прощу!
- Тьфу ты, зараза,- плюнуло Оле с досады.- Опоздали! На прошлой неделе был, как перчик. Сорвался!
-Запой,- сказала Лариса.
- Яяяблоки на лугу, яблоки на лугу, ты их сожри скорее, я тебе помогуууу…- затянуло Оле противным голоском.
-Вы чего?
- Сама же сказала: запой!
-У него запой,- Лариса невежливо ткнула пальцев в сторону мужика. - Это кто? Емеля?
-Он самый,- сплюнуло опять Оле и затароторило. -А ведь я Щуке говорил: «Ты людишек не знаешь, им только палец положи, они тебе враз всю руку оттяпают». Конечно, когда детишки малые и жизнь на кону - еще не то пообещаешь, но лимит-то на желания все же лучше устанавливать. Ведь обнаглел моментом, уже с печки не слезал, дергал по пустякам всяким. Я тебе больше скажу- супружеский долг и то сам обленился выполнять. Ну, Царевна, понятно, вскоре взбрыкнула, да кольцо волшебное у него с пальца и сняла. Вышла, наконец, щуке свобода. Сейчас на Мальдивах где-то отдыхает, а то ведь загонял.
- А Царевна?
- Проперла его посля, развелися честь по чести. Так-то, если подумать, тоже не по себе мужик лук рубил. У него три класса ЦПШа, а она женщина образованная. Как волшебство кончилось, так и поговорить с ним не о чем.
-А что это ЦПШ?
- Школа церковно- приходская. Образование… навроде твоего.
-Подсунуть хотели мне алкоголика?- рассердилась Лариса.- Такого добра и у нас в стране хватает.
-Да прости ты, девица красная, сиротинушку горемычную! Да не пил бы он зелья окаянного, коли бы не злая судьбинушка. Долго он по свету мыкался, жинка неразумная его бросила…- заголосило вдруг Оле.
-Может, перестанете прикалываться,- зашипела Лариса.
-Да чегой-ты, чегой-ты,- опять затараторило Оле, заметно окая.- Так-тО мужик впОлне приличный, в свОемдОму, Опять кОй-какую работу по хОзяйству делать научился, на рыбалку, пОчитайкажный день гоняет. А потом, ежели хочешь знать, хорошая женщина из любого пьяницы может приличного Принца сварганить!
- Глупости,- отрезала Лариса.
-Чего? И не подойдем? А то, может, хлопнем по рюмашке? Похмелилась бы! А?- ехидно спросило Оле.
- Нет,- твердо сказала Лариса.
- Ну, и правильно,. А как насчет азартных игр?
- В карты иногда … в Дурака.
- Ага! Знаешь-таки, толк в Дураках, а чего тогда на них кочку катила? – развеселилось Оле.
Лариса рассердилась и пошла прочь от ворот по мощеной булыжниками дороге, Оле поплелось за ней.
Главка . Бред Спит.
-А что, второй претендент такой же?- спросила, наконец, Лариса.
-Что ты, ни-ни. В рот – только компот. Красавчик, картинка, а не мужик, одно слово–в метро-сексуал.
-Как зовут?
-Бред Спит.
- Спать любит или Бред несет?- скептически спросила Лариса, чувствуя очередной подвох.
-Какой бред? Умница, за словом в туман не лезет. А вот спать любит…- Оле замялось.
-Ну? – требовательно спросила Лариса.
-Правда, зараза, не один.
-Понятно, бабник значит.
-А в чем мужик виноват? Да сам он ни в жисть, да никогда, так ведь липнут и липнут, как мухи на лёд! А у него натура добрая, чувствительная, совестливая- никому отказать не может. У нас, между прочим, как и в вашей стране, женщины в численном превосходстве. Да еще всякие норовят сюда пробраться…
-Нет, только не бабник, - отрезала Лариса.- Был у меня такой, я ему верила, а он… он,- голос ее задрожал.
-Вот только сырость мне тут не вздумай разводить,- проворчало Оле.- Не люблю я этого.
- Так вы же сами без конца рыдаете.
- Мне можно, у меня эмоциональная лабильность.Я весь больной, работа у меня тяжелая, а молоко за вредность зажали, кеды за свой счет беру, а еще… меня девушки не любят, а мужики тем более…
Оле подозрительно захлюпало носом. Лариса, желая его отвлечь, рискнула задать давно мучивший её вопрос:
- А вы к какому роду относитесь?
-Нет у меня гендерной идентичности,- грустно сказало Оле, но рыдать передумало.
-Но кто-то же вас любит?- предположила Лариса.
- Крестная моя, Клавапатра. Ты ее знаешь.
-Что? Так это она меня сюда отправила?
-Она самая. В ваш город на тусовку уехала блохеров.
-Кого?- удивилась Лариса.
-А то! Она же блохерша в ЖенеперЖе.
- Что это?
-Журнал такой- Жевать не переЖЕвать, называется. Французский!Кстати, она -прямой потомок ТутыХамона.
-Тутанхамона?
-Мы что, в Египете каком? Говорю же, Туты и Хамона. Героическая семейка была...
-Хамон, это же вроде сыр,- сказала Лариса и тут же пожалела об этом.
- Да-да, ты еще скажи: Цезарь- это салат, а Наполеон- торт,- закривлялось Оле.- Никакого почтенья к личностям истерическим. Наполеон прямо рвет и мечет. «Нахрена, -говорит,- я полмира завоевал, если в мою честь только гребаный торт назвали?» А Цезарь, тот вообще за шуточки о салате сразу в глаз бьет! Серьезный мужик. Я бы тебя с ним познакомил, да тащиться далеко. А потом, он на женщин не очень падкий.
***