Дорога после станицы Сторожевой была отсыпана крупными булыжниками, и моя пузотерка скрипела и пищала, медленно и неуверенно продвигаясь вперёд. Широкая и прямая, по-видимому, она когда-то была отсыпана для передвижения армейских грузовиков к локаторам на горе Чапал. Несколько раз я уже думал, что мы не доедем, и эти 12 км от станицы Сторожевой до хутора Лесо-Кяфарь мы преодолевали около часа.
Особенной изюминкой стало обледенение дороги на теневых участках, а также ослепляющие блики солнца на влажной грязи.
Перед въездом в хутор булыжная отсыпка уходит вправо и дорога становится приемлемой. Мы проезжаем насквозь типичное предгорное селение, и оставляем машину у края леса в верхней его части.
Время уже к закату - 15:00. Через час на горы опустятся сумерки, через два станет темно. Пока светит солнце, за бортом показывает +5 по Цельсию, однако я понимаю, что сразу после заката температура поменяет знак на противоположный.
Что успеем - то успеем!
Дорога не давала заскучать: то снег, то брод через один из рукавов реки, то снова снег, то снова брод. Я конкретно ошибся с выбором обуви, рассчитывая на прогулку в дырявых кроссах.
Кяфарь = кафир = неверный по-арабски. Хоть ислам на Кавказе всего несколько веков, долину этой реки уже в топониме успели окрестить местом проживания иноверцев. И это не из-за большого инородного храма в хуторе. Сейчас мы направляемся своими глазами увидеть наследие аланов - предков современных осетинов, а именно одно из крупнейших и ключевых их поселений на горе Шпиль.
Начинаем подъём по узкому отрогу. Справа и слева по склонам разбросаны огромные глыбы, каждая из которых могла быть материалом стен древнего города.
В интернетах пишут, что камни здесь испещрены древней наскальной живописью. К сожалению, снег осложняет нам поиски аланских записок, но возможно, что это фрагмент какой-то масштабной зарисовки.
Справа от тропы мелькнули уже более крупные скалы. Это место на картах обозначено лирическим (или коммунистическим) словосочетанием "Скала советов".
Здесь мы обнаруживаем первые чётко обозначенные руины: лестницы и каменную кладку. Нетрудно представить, как узкий коридор между скалами был ничем иным, как воротами древнего города.
Считается, что это поселение достигло расцвета в X-XIV веках, и прекратило своё существование во время татаро-монгольского нашествия. Удивительно, что следы проживания людей здесь не канули в лету за эти столетия.
Поднимаемся дальше, к ближайшей промежуточной вершине этого отрога. Слева видим остатки длинной оборонительной стены и тропу вдоль неё.
Здесь тропа уже начинает ветвиться в пределах гребня, уводя то к одной, то к другой каменной кладке, либо гладко отёсанной скале.
На вершинке встречаем целый квартал из фундаментов. Навряд ли это гробницы - они гораздно дальше и до них мы сегодня не дойдём. Это были дома! Здесь кипела жизнь.
Как бы это банально не звучало, я преисполнился созиданием. Мне нравилось место, нравились лучи закатного солнца, нравилась тишина, отсутствие ветра, надвигающиеся заморозки.
Мы шли по гребню, пока солнце не начало касаться ближайших гор, отбрасывая тень на долины.
На обратом пути мы стали придерживаться троп, которые ещё не топтали.
Поговаривают, что это место в наши дни облюбовали всякие эзотерики и проводят тут некие обряды. Якобы потому что место обладает сильной энергетикой. Не люблю я этих ребят.
В долину мы спустились молча. Лично я чувствовал какое-то тихое величие этого места. Редко в наших краях удаётся вот так просто посреди леса увидеть историю.
У реки повеяло морозом. Похоже, он здесь сковывает лужи каждую ночь: лёд хоть и кажется тонким, на поверку оказался невероятно прочным.
17:00. На прогулку ушло ровно два часа. Термометр в машине уже показывает -4. На небе ни облачка, а значит, ночью будет гораздо холоднее.
Обожаю заканчивать вылазки после заката. Не важно, во сколько начали путь - так кажется, что мы сделали всё возможное, даже если что-то и упустили.
19 декабря 2025 года.