Между орбитами Марса и Юпитера вращается мир, который десятилетиями оставался в тени громких имён вроде Марса, Европы или Энцелада, хотя именно он может оказаться одним из самых неожиданных водных миров Солнечной системы. Речь идёт о Церере — карликовой планете, скрытой в поясе астероидов, которую долго воспринимали как скучный каменный шар, а сегодня всё чаще называют замёрзшим океаном, застывшим во времени.
Цереру открыли ещё в 1801 году, иронично именно тогда, когда человечество только начинало осознавать масштаб Солнечной системы. Астроном Джузеппе Пиацци первоначально счёл её полноценной планетой, но открытие десятков похожих объектов быстро понизило статус находки до «просто астероида». Так Церера на два века исчезла с радаров общественного внимания, хотя всё это время она оставалась крупнейшим телом пояса астероидов и единственной карликовой планетой между Марсом и Юпитером.
Долгое время считалось, что перед нами плотный каменистый объект, мало отличающийся от соседей, однако миссия Dawn, работавшая на орбите Цереры с 2015 по 2018 год, начала разрушать этот привычный образ. Камеры, спектрометры и гравитационные измерения показали, что внутреннее строение карликовой планеты гораздо сложнее, чем ожидалось, а поверхность хранит следы процессов, невозможных без большого количества воды.
Настоящий переворот произошёл после публикации исследования в журнале Nature Astronomy, где учёные из Университета Пердью и Лаборатории реактивного движения NASA применили компьютерное моделирование для анализа кратеров Цереры. Эти кратеры стали своеобразной летописью прошлого, потому что их форма и степень деформации напрямую зависят от состава коры. Если бы Церера была в основном каменной, кратеры выглядели бы иначе, а если бы состояла из чистого льда, они давно «поплыли» бы под собственным весом.
Модели показали неожиданное: кора Цереры ведёт себя так, будто почти полностью состоит из водяного льда, перемешанного с минеральными примесями. Причём доля льда, по новым оценкам, может достигать 90 процентов объёма, что радикально меняет наше представление об этом мире. То, что раньше казалось аргументом против наличия льда, — удивительно хорошо сохранившиеся кратеры, — теперь объясняется именно примесями горных пород, которые делают ледяную кору гораздо прочнее, чем предполагалось ранее.
Если эти выводы верны, то в далёком прошлом Церера могла быть настоящим водным миром, покрытым мутным океаном, насыщенным минеральными взвесями. Со временем этот океан замёрз, превратившись в толстую ледяную оболочку, под которой могли сохраняться солёные рассолы или даже локальные карманы жидкой воды. Такой сценарий делает Цереру родственницей Европы и Энцелада, но с принципиально иным химическим составом, что особенно важно для понимания того, как разнообразными могут быть водные миры.
Интересно, что зонд Dawn не обнаружил характерных деформаций поверхности, похожих на те, что видны на Европе, и долгое время это считалось доказательством отсутствия льда. Однако новые модели показывают, что всё решают пропорции, потому что даже небольшое количество каменного материала способно кардинально изменить механические свойства ледяной коры. Церера оказалась не «ледяным шаром», а сложным гибридом, где вода и минералы переплетены на глубине.
Особый интерес вызывают яркие пятна на поверхности карликовой планеты, которые многие исследователи связывают с выходами солёной воды или рассолов из недр. Эти участки выглядят как застывшие следы геологической активности, словно сама планета оставила нам подсказки о своём прошлом, и именно они сегодня рассматриваются как приоритетные цели для будущих посадочных миссий.
Церера уникальна ещё и тем, что находится относительно близко к Земле, а значит, технически доступна для новых зондов, которые могли бы не просто наблюдать её издалека, но и взять образцы вещества прямо с поверхности. Фактически речь идёт о возможности впервые в истории доставить на Землю материал из древнего водного мира, сформировавшегося на заре Солнечной системы.
Сравнение Цереры с Европой, Энцеладом и другими океаническими телами поможет понять, как небольшие различия в составе воды и пород влияют на эволюцию целых планет, а значит, и на вероятность возникновения жизни. Ирония заключается в том, что один из самых перспективных объектов для таких исследований всё это время вращался у нас буквально под боком, оставаясь в тени более «громких» миров.
Церера больше не выглядит забытым астероидом. Она постепенно превращается в ключ к пониманию того, сколько замёрзших океанов может скрываться в Солнечной системе и за её пределами, и почему вода — даже в холоде и темноте — остаётся главным действующим лицом космической истории.