Тацуро: «Я хочу расширить свои возможности» — чему он учится в процессе сольной деятельности и каким образом даёт «обратную связь» своей группе
15.03.2023
https://www.musicvoice.jp/news/249078/
Интервью: Хираёси Кэндзи
Тацуро, вокалист отмечающей 25-летие рок-группы MUCC, 15 марта выпустил второй сингл «Zankoku» — это уже третья работа в рамках его сольного проекта. Стремясь к более изысканному рок-звучанию, он, как и в прошлый раз, пригласил выступить в качестве саунд-продюсера Осиму Косукэ-сана. Итогом их совместной деятельности стало мощное произведение, полностью раскрывающее потенциал Тацуро. Начав сольную карьеру в феврале 2022 года, он к настоящему времени уже выпустил несколько разных по стилю работ, а также активно провёл ряд живых выступлений по всей стране. Что же чувствует и каким видит своё будущее Тацуро, который на протяжении 25-ти лет работает в составе MUCC, а теперь ещё и исследует новые горизонты сольного творчества? В этом интервью мы попытались со всех сторон исследовать его сегодняшние мысли, сосредоточившись, главным образом, на выходе нового сингла.
Что означает «сильнее хочу сломать их»?
―― Чем ты занят сейчас, Тацуро?
Тацуро: Ну, конечно же, чтением «BLUE GIANT»! У этой манги хорошие отзывы, потому что при чтении создаётся ощущение, будто с её страниц звучит музыка. Я бы с удовольствием посмотрел экранизацию, чтобы услышать эту музыку вживую и покайфовать от неё. За два-три дня уже прочитал около 30 томов и не могу остановиться.
―― Выходит, запоем читаешь?
Тацуро: Мне интересно, потому что манга о джазе, а я не знаком с этой культурой. И от того факта, что я сам играю в музыкальной группе, становится ещё интереснее. Также я люблю стриминговые игры, например, «Dragon Quest».
―― Предпочитаешь игры, похожие по сюжету на «Dragon Quest»?
Тацуро: Думаю, да. К тому же, мне нравится постепенно прокачивать уровень. А ещё интереснее ― экономить деньги и покупать улучшенную экипировку!
―― Понятно. Итак, с момента старта твоего сольного проекта прошёл год. Что ты ощущаешь сейчас по сравнению с тем временем, когда твоя сольная карьера только начиналась?
Тацуро: Множество разных факторов наложилось друг на друга... Всё началось с ухода Саточи, я подумал тогда: «А не заняться ли сольным проектом?». До тех пор я занимался музыкальной деятельностью исключительно в составе MUCC, поэтому появившаяся необходимость самостоятельно создавать с нуля композиции вместе с другими людьми углубили моё понимание самой сути музыки. По сравнению с работой в группе, я стал гораздо активнее погружаться во все процессы и чаще ловить себя на мысли: «Здесь надо разбираться самому». Постепенно я стал всё больше и больше понимать в этом и могу теперь возвращать это понимание в MUCC в виде «обратной связи».
―― Альбомы «Hikagaku houteishiki» и «= (equal)», а также синглы, включая этот, очень разнообразны с плане музыкальных стилей. Так и было задумано?
Тацуро: Дело не столько в ширине диапазона, сколько в том, что развитие сольного проекта происходит в иной плоскости. В общем-то, я привык к поискам нового методом проб и ошибок, когда постоянно думаешь: «А делали ли мы такое когда-нибудь раньше?», потому что точно так же занимался этим и в MUCC. Однако в сольной деятельности бывают моменты, когда всё развивается в совершенно неожиданном направлении, и это немного сбивает с толку. Мне кажется, в MUCC сейчас найти и открыть «новые двери» стало гораздо сложнее.
―― Во время одного из сольных выступлений ты сказал: «Я кое-что отметил и понял после начала сольной карьеры». Что же это было?
Тацуро: Мне кажется, когда долго занимаешься каким-то одним делом, то что-то одно замечается, а что-то другое упускается. Например, в чём я силён, а в чём нет. Думаю, у меня получилось выйти за рамки этого видения, кода я сменил вид деятельности.
―― Приобретённое понимание как-то повлияло на тебя в других областях жизни, не связанных с музыкой?
Тацуро: Я всё ещё пытаюсь постичь искусство взаимодействия с людьми. Главное отличие между работой в группе и сольной деятельностью заключается в том, что в группе каждый старается добросовестно выполнять свою работу, потому что это его собственная группа. А в сольном проекте всё не так. Даже когда я выступаю с музыкантами, которых знаю уже давно, они всё равно ведут себя как сессионные участники, с установкой «я здесь только в качестве саппорта».
――То есть всё строится исключительно вокруг тебя как центральной фигуры?
Тацуро: Я чувствую незримую черту, которую нельзя преодолеть. И когда я размышлял о том, что бы такое предпринять, чтобы добиться большего, то пришёл к парадоксальному выводу: хотя это и сольный проект, мне хочется создать атмосферу цельной группы. Звучит странно, правда? (смех)
―― Когда я увидел ваше живое выступление, у меня сложилось впечатление, что, несмотря на то, что на сцене саппорт-музыканты, между вами царит атмосфера настоящей семейной близости. Интересно, передаётся ли это чувство зрителям?
Тацуро: Я хочу сломать сковывающие их рамки. Мне понятна логика саппортов: не мешать солисту, поддерживать его, создать ему комфортные условия. Но я хочу, чтобы они были более напористыми... Потому что играя в группе, я могу спокойно отступить на задний план, так как знаю, что другие участники в случае чего прикроют меня и выступят идеально. А здесь такой страховки нет. Но я уверен, что всё изменится, когда мы вместе откатаем тур.
―― Ты имеешь в виду, что единство между участниками должно возникнуть со временем?
Тацуро: У нас всех хорошее чутьё, поэтому, сделав что-то один раз, мы начинаем чувствовать атмосферу, но на этом пока всё. Хотелось бы съездить в тур, отточить навыки, а потом наконец-то показать что-то стоящее на финальном лайве. Но сейчас, похоже, на это совсем нет времени (смех).
То, что ощущается как самое «жестокое»
―― Твой второй сингл «Zankoku» был написан в соавторстве с Адати Фусафуми, а аранжировкой занимался Осима Косукэ-сан. Как ты оцениваешь получившийся результат?
Тацуро: Когда Адати принёс первую демо-запись, в ней не было восточного колорита. В дальнейшем мелодия не претерпела изменений, но после аранжировки Осимы-сана она приобрела ориентальные элементы и фьюжн-тональность, превратившись в невероятно красивую и цельную композицию. Именно эта аранжировка открыла мне новый музыкальный ландшафт, под который я уже стал писать текст. Думаю, за счёт этой синергии получилось нечто весьма интересное.
―― Что тебе показалось интересным в композиции и аранжировке?
Тацуро: Если честно, меня очень удивило, насколько эту вещь сложно играть.
―― Я тоже об этом подумал, когда послушал её. Во время лайвов, наверное, будет очень нелегко.
Тацуро: Я сразу задумался: «Интересно, кто же будет играть это вживую?» (смех).
―― Её одной вполне достаточно, чтобы довести музыкантов до слёз. Даже басовая линия потрясающе сложная.
Тацуро: Это правда (смех). Бас здесь просто невероятный!
―― Но в этом тоже есть своя привлекательность, верно?
Тацуро: Но проблема не только в басе. Адати со своей стороны тоже отличился! Даже во время исполнения вокала постоянно возникает вопрос: «Эй, а где тут дышать?».
―― Вокальная партия и правда необычайно сложная. Но, возможно, Адати как раз написал её такой именно потому, что знает твои возможности? Мол, «Тацуро это вполне по силам, так поднимем же планку повыше»?
Тацуро: Ну-у… кто ж его разберёт? (смех)
―― Можно сказать, что в процессе создания этой песни вы дошли до предела возможного?
Тацуро: Нужно отметить, что процесс взаимодействия тоже был интересным. Во время нашей предыдущей работы над «End Roll» мне было предложено много идей для текста, и, похоже, Осима-сан понял мой замысел с первого раза. На этот раз он практически не участвовал в написании текста и вообще ничего не мне не советовал.
―― Какой смысл ты вложил в название ― «Zankoku» («жестокость»)?
Тацуро: По-настоящему жестоких вещей в мире не так уж много, и для меня самая жестокая из них — «время». Оставшиеся мгновения, ограниченный срок, чувство неумолимого приближения конца — вот ключевые образы этой песни. Поэтому, когда я выбирал, какими иероглифами записать слово «zankoku», то остановился на сочетании «残刻» — «остаток» и «отсчитывать». Среди всех возможных вариантов этот лучше всего передаёт нужный смысл. Он мне нравится больше, чем стандартное написание «残酷».
―― Что тебя вдохновило на написание такого текста?
Тацуро: Когда я писал его, то хотел заменить повседневные события, которые могли бы произойти с каждым, фантазией, сделать их реальными, но в то же время и фантастическими. Мне представились цветочные лепестки, порхающие в ночном небе или даже в космосе, и эти образы и запахи постоянно всплывали в голове, создавая ощущение, что если я буду и дальше развивать эту историю, прекрасную именно своей красотой, то она неминуемо превратится в историю жестокую. Главным вопросом было ― как облечь эти ощущения в слова? Я постоянно думал: «Если напишу вот так, то получится чересчур размазано. Нужно, чтобы это было сдержаннее, суше». Именно эту «температуру» текста я и старался выдержать.
―― Поскольку песня называется «Zankoku» («жестокость»), мне казалось, что она должна быть мрачной, но когда я прочитал текст, то понял, что там заложено нечто большее.
Тацуро: Часто у меня в голове уже есть чёткое понимание «о чём это». Мне также нравится писать «фольклорные» тексты ― законченные камерные истории, о которых можно сказать: «Да, это именно тот самый сюжет». Здорово, когда на десяток песен в альбоме приходится одна-две таких.
―― Под «камерностью» ты подразумеваешь, что песня существует строго в рамках одного, чётко заданного образа?
Тацуро: Именно так. Это определённо то, что можно назвать «именно эта песня именно этого человека». Остальные мои тексты довольно расплывчаты, и любой слушатель в какой-то момент может обнаружить в них определённый эпизод, связанный с его собственным жизненным опытом, или же подумать: «А вот этот момент можно интерпретировать по-разному». Мне очень нравится эта неопределённость, которая меняется в зависимости от угла зрения и настроения слушателя. И когда на фоне множества подобных песен появляется такая, чётко определённая, она по-настоящему выделяется. Я начал писать эту песню с фразы: «Я размышлял о том, что могу сделать для тебя», а закончил словами: «Мне кажется, я наконец-то нашёл ответ на вопрос, что я могу сделать для тебя», и ключевой проблемой здесь становится то, в чём именно заключается ответ на этот вопрос. Мне очень понравилась идея включить в текст и позитив, и негатив, не предлагая готового решения. У меня как у автора этот ответ в голове есть, но я оставляю его на откуп слушателю, и, быть может, то, что он выберет для себя, каким-то образом повлияет на его дальнейшую жизнь. Сейчас, во время ретроспективного тура MUCC, я наблюдаю забавную вещь. Некоторые песни когда-то были для меня идеальным личным ответом на какие-то вопросы, но когда я снова пою их спустя время, то обнаруживаю, что они странным образом идеально соотносятся с моим нынешнем состоянием, и я могу исполнять их, вкладывая совершенно иной смысл. Хотя это всё ещё мои собственные песни, но они каким-то образом меняются вместе со мной.
―― Выходит, песня в каком-то смысле — тоже живой организм?
Тацуро: Когда-то давно я прочитал высказывание Цунко♂-сана: «С момента релиза песня становится собственностью слушателя», и мне очень нравится это идея. Хочется, чтобы мои песни стали частью жизней этих людей, и я думаю, что в этом и заключается моя цель. Мне нравятся исполнители, чьи песни заставляют думать: «Я хочу послушать эту песню, когда у меня соответствующее настроение, хочу спеть её». Думаю, такая музыка будет актуальна всегда. Текст би-сайда этого сингла, «Koigokoro», как раз повествует о совершенно конкретной ситуации.
―― Почему ты решил именно сейчас сделать селф-кавер на «Koigokoro», написанную когда-то для jealkb? Настал подходящий момент?
Тацуро: В прошлый раз я тоже сделал селф-кавер в качестве би-сайда к «End Roll». Когда я размышлял над тем, какой би-сайд сделать на этот раз, кто-то сказал мне: «А что если опять селф-кавер? Это будет интересно!». Я подумал, что это хорошая идея, и, поскольку мне нравится эта песня, так и поступил. Ну, и раз уж я всё равно взялся за это дело, то решил переделать всё кардинально, поэтому мы полностью поменяли аранжировку и добавили новые части.
―― В оригинальной версии преимущественно использован простой «роковый» подход, но в этой аранжировке впечатляют партии акустической и двух соло-гитар.
Тацуро: Я сказал Адати: «Хочу сделать композицию с лёгким роковым оттенком, не слишком медленную, но в целом, чтобы она звучала как баллада». И, по-моему, получилось отлично. Единственное, о чём я ещё попросил, — это немного ускорить темп.
Взгляд на будущее рок-сцены
―― Что ты думаешь о современной рок-сцене?
Тацуро: Мне кажется, рынок рок-индустрии определённо сократится в ближайшие четыре-пять лет. Современные дети точно так же, как и предыдущее поколение, которое в детстве восторгалось роком, виденным по телевизору, сейчас восторгаются музыкой, которую видят в интернете, и они хотят заниматься именно этим. Думаю, со временем средний возраст поклонников рока будет всё увеличиваться, поскольку спрос со стороны молодого поколения окажется уже другим. Мне кажется, что те же настроения, что царят среди фанатов «метала», начнут распространяться и на рок-музыку в целом. Музыка стала гораздо разнообразнее, появились непрофессиональные исполнители на онлайн-платморфах, VTuber’ы и так далее. Если бы мы провели фестиваль на подобии «Nico Nico Chokaigi», только более музыкальный, например, в Макухари, думаю, он собрал бы огромные толпы. И хедлайнером там могла бы стать Ado-тян.
―― Такое представление кажется весьма вероятным. Некоторые даже называют это явление «интернет-музыкой».
Тацуро: Если рассматривать ситуацию только в Японии, то, на мой взгляд, больше всего денег на музыку тратят представители субкультуры отаку. Раньше можно было бесплатно смотреть музыкальный контент на YouTube или NicoNico, и, думаю, кого-то это натолкнуло на мысль: «А нельзя ли зарабатывать на онлайн-прослушиваниях?» В результате именно эти люди сейчас тратят больше всего денег на музыкальный контент. А когда такое происходит, это перестаёт быть субкультурой и становится мейнстримом. Думаю, именно так и случится с продажами. Однако, в противовес этому, мне кажется, через несколько лет мы увидим возвращение к живому, страстному и более человечному рок-звучанию. Пройдёт лет пять, и внезапно появится крутая молодая рок-группа, а за ней последуют несколько других, и сформируется новое течение.
―― Понятно. Ещё один свежий тренд за пределами рок-сцены — чат-бот ChatGPT с продвинутым искусственным интеллектом, который, по отзывам, способен генерировать по запросу весьма впечатляющий контент.
Тацуро: Похоже на то, как я взаимодействую с Адати (смех).
―― Возможно, и правда похоже, в том смысле, что он отличный партнёр (смех). Кажется, Адати-сан хорошо понимает все задумки Тацуро.
Тацуро: Может, в следующий раз попробовать сочинить песню с помощью ИИ? Дам запрос: «Выдай-ка мне аккордовую прогрессию для припева величайшей баллады, которая сможет тронуть каждого» (смех).
―― Похоже, у ИИ есть немалый потенциал для практического применения. Однако у меня складывается впечатление, что он пока ещё не достиг точности в передаче человеческих эмоций. А что, по твоему мнению, самое главное для живого человека при создании музыки? Что ты считаешь важным для артиста?
Тацуро: Наверное, это уникальный грув, тембр и голос, принадлежащие только этому человеку. И атмосфера тоже. Вот, например, в MUCC, когда у нас сменился барабанщик, наш сессионный ударник Аллен больше всего мучается именно с «тонкими настройками». Речь не о правильной игре по нотам, а об ощущениях, вроде: «Вот в этом месте, когда ты поёшь, так и хочется немного оттянуть ритм. Понимаешь, о чём я?». Мне кажется, что это довольно сложно. Для этого требуется общее понимание того, как меняются эмоции каждого участника, умение «считывать» атмосферу... И если ИИ вдруг научится полностью это воспроизводить, то, честно, даже не знаю...
―― Безусловно, такое взаимопонимание доступно только человеку. Значит, самое главное — ощущение «живой» связи между людьми?
Тацуро: Да. А ещё мне кажется, что есть такое устойчивое мнение: «У конкретного человека и слова должны звучать свойственным ему, конкретным образом». То же самое касается и того, как написаны тексты песен. Думаю, только человеческое чутьё способно понять, почему мне свойственно петь одни слова, а другие — не свойственно.
―― Что-то вроде отражения личности человека?
Тацуро: Именно. Потому что это и есть правильный ответ для каждого из нас.
―― Понятно. Задам ещё один вопрос о человеческих эмоциях. Какие слова ты бы сказал человеку, находящемуся в депрессии из-за переживаний или неудач, которые завели его в тупик?
Тацуро: Не буду считать его неудачником, а наоборот, скажу: «Ты так долго мучился, столько всего передумал и пришёл к такому решению — это же потрясающе, что ты способен на такие глубокие размышления!». Люди, которые могут то, чего не могу я, вызывают у меня восхищение. Всё зависит от обстоятельств, конечно, но возможно, тебе просто не повезло. Есть вещи, с которыми просто невозможно справиться, как бы ты ни старался, и с которыми ничего нельзя поделать, но уже то удивительно, что ты смог пройти такой долгий путь, чтобы прийти к определённому выводу. Я сказал бы: «Почему бы тебе не гордиться этим? И почему бы не похвалить себя?». Многие люди не прилагают значимых усилий и быстро пасуют перед трудностями, и я тоже такой, потому что склонен быстро сдаваться. Если мне кажется, что то, чем я занимаюсь, неэффективно, я попросту не углубляюсь в это... Возможно, это нехорошо, но, кажется, я слишком быстро отступаю. Не то чтобы я считал, что нужно целенаправленно избегать различных затруднений, но мне кажется невероятным, что люди могут смело встречать свои проблемы лицом к лицу и бороться с ними до конца, не сдаваясь и не убегая. Думаю, что люди, пережившие многое, впоследствии становятся теми, кто может что-то отдавать другим.
―― То есть не стоит себя винить, а, напротив, нужно увидеть в себе что-то хорошее? А ты сам с какими проблемами сейчас сталкиваешься?
Тацуро: Было бы неплохо немного лучше контролировать горло. Кроме того, хотелось бы больше верить в себя и выходить на сцену в первый день тура с убеждённостью, что всё будет хорошо. В конце концов, успешное выступление и удачное начало тура придают уверенности. Получится это или нет, ― имеет огромное значение. Лучший способ увеличить свои шансы на успех — выходить на сцену расслабленным, без лишнего напряжения. Обычно после первого выступления я думаю: «Вот, у меня получилось, значит, всё нормально, я и дальше смогу», и во второй раз уже становлюсь гораздо спокойнее. Но всё-таки было бы ещё лучше, если бы я мог выходить на сцену без напряжения, с мыслью: «Всё нормально, я смогу» с первого раза.
―― Довольно высокая планка, не находишь?
Тацуро: Да! (смех)
―― Какое неизгладимое впечатление в своей жизни ты хочешь оставить при помощи сольной деятельности?
Тацуро: У меня нет намерения оставлять после себя какое-то «наследие». Я хочу просто сильнее раскрыть свой потенциал. Хочу вбирать, а не накапливать. В сольной карьере я стараюсь впитывать много разных вещей, однако, MUCC, как мне кажется, — это скорее мой способ освобождения. До сих пор в своей частной жизни я не занимался ничем, что могло бы повлечь за собой такое глубокое погружение в музыку, поэтому мне просто хочется выходить на сцену и впитывать что-то новое, испытывая при этом радость и удовольствие.
Перевод 🌸 Saku.Ratenshi