В 2000-м я еще работал спасателем. Перед Новым годом нас спросили, есть ли добровольцы - тысячелетие новое встречать в горах. Была большая вероятность того, что на смену тысячелетий могут в горы повалить толпы любителей экзотики и мороза. И нужно было этим толпам обеспечить безопасность. Нас трое вызвалось: Жека, Андрей и я. Придали нам еще от заповедника Борю Колосова. Личность легендарную. Сказали, что в качестве радиста и Деда Мороза одновременно.
С Борей дали нам радиостанцию "Гроза" весом килограмм так пятнадцать. Тащить ее выпало мне. Местом нашего дежурства определили приют Фишт. Идти до приюта километров так 18. На лыжах. А снегу навалило под Новый год весьма и весьма. Приют Фишт - это два полутораэтажных домика в межгорной котловине. Аккурат в том месте, где река Белая начало свое берет. Бывают годы, когда засыпает те домики полностью. То есть снега наваливает метров до 10.
Мы стартовали 29 декабря на отечественном снегоходе. Проехали полтора километра и снегоход сломался. До весны. Боря предложил вернуться на базу и отметить это. Вернулись. Отметили. Отложили выход на 30 декабря.
С новыми силами стартовали на лыжах. Вышли на плато. А там ветер такой, что только лежать можно. Идти не получается. Развернулись и снова на базу. Отмечать. Вернулись. Отметили. Боря сказал, что 31 он точно не пойдет. И точно не пошел. Пошли мы втроем. Я, Андрюха и Жека. Перед этим мне дали ценные указания, как антенну на рации развернуть и как на связь выходить. И мы ушли. Снега выше колена было, даже учитывая что мы шли на лыжах. Бились с ним весь день. Пришли на приют только в 11 вечера, аккурат за час до смены тысячелетий. Конечно же там ни наряженной елки, ни Деда Мороза, ни Снегурочки, ни туристов. Только полузасыпанные под фронтон крыши дома.
Андрюха спать лег. На все призывы Жеки о новом годе и торжественности момента сказал, что у нас еще будет время неоднократно насладиться таким событием. Чего-то пожевали и спать легли и мы. Дом промерз, все в инее. Холодно как в морге.
Следующие новогодние дни текли не празднично. Мы что-то откапывали, пытались провести инвентаризацию снаряжения и продуктов, собрали все книги и журналы по приюту, натаскали дров и топили буржуйку.
Еду готовили разную и обильно. От нечего делать. Да я еще рацией развлекался. Нужно было антенну как-то в верхней точке метров на 10 закинуть и усы ее развести под определенным углом. А так как дома были засыпаны, то 10 метров не выходило. Поэтому, а может еще по какой причине за все 7 дней нашего нового года мне так и не удалось связаться ни с кем (во времена темные были). Единственно кого поймал я рацией, какой-то тонущий корабль в Азовском море, который отчаянно просил помощи… так пролежали мы 7 дней в берлоге, засыпанной снегом, среди гор. Я выучил со скуки все 124 узла в какой-то туристской книге, научился делать новогодний торт в печке буржуйке… да в общем то и все.
Вырывались мы уже после Рождества обратно. Потому что начались снегопады и мы могли бы задержаться на приюте надолго. Выходили так же тяжело. По грудь в снегу протропили канаву до перевала Азишского, потом попали в снегопад и туман. Ощущение такое, что идешь в белой пустоте: ни неба, ни земли. Ничего. Никаких ориентиров. Рацию я скинул на приюте, чтобы не тащить обратно такую тяжесть. Пришли мы на свою базу уже ближе к полуночи. Ну а там уже был и стол праздничный, и баня, и лампочки электрические, и улыбки радостные всех вокруг.
Максим Богатырёв