Добавить в корзинуПозвонить
Найти в Дзене

Я спрятал упаковку с шоколадом обратно во внутренний карман шинели

Снял каску, повесил её на винтовку и поднял над окопом. Все стихли и смотрели только на меня. В каску никто не выстрелил, не прозвучало ни единого звука. Уставшие, измученные лица глядели на меня с надеждой. И я решил - нужно идти. Выбравшись из окопа с поднятыми руками, я оставил оружие с каской внизу. Посмотрев на поле битвы, я почувствовал, как сердце застучало ещё сильнее. На окоченевшей, взъерошенной земле лежали погибшие в последнем бою солдаты. С глаз невольно потекли слёзы. Я аккуратно шёл дальше, делая по одному шагу раз в три секунды. И вдруг я увидел, как с немецкой стороны ко мне выходит такой же молодой парень, как и я, - лет двадцати. Мы сами того не замечая двигались навстречу друг другу. Подойдя ближе, мы улыбнулись друг дугу и пожали руки. Другие люди тоже начали выходить из окопов: здороваться, делиться подарками. Какое-то удивительное ощущение счастья заполонило это поле, которое еще недавно было полем брани… Мы разговаривали с немцами каким-то чудесным образом… Я не

Я спрятал упаковку с шоколадом обратно во внутренний карман шинели. Снял каску, повесил её на винтовку и поднял над окопом. Все стихли и смотрели только на меня. В каску никто не выстрелил, не прозвучало ни единого звука. Уставшие, измученные лица глядели на меня с надеждой. И я решил - нужно идти.

Выбравшись из окопа с поднятыми руками, я оставил оружие с каской внизу.

Посмотрев на поле битвы, я почувствовал, как сердце застучало ещё сильнее. На окоченевшей, взъерошенной земле лежали погибшие в последнем бою солдаты. С глаз невольно потекли слёзы. Я аккуратно шёл дальше, делая по одному шагу раз в три секунды.

И вдруг я увидел, как с немецкой стороны ко мне выходит такой же молодой парень, как и я, - лет двадцати. Мы сами того не замечая двигались навстречу друг другу. Подойдя ближе, мы улыбнулись друг дугу и пожали руки. Другие люди тоже начали выходить из окопов: здороваться, делиться подарками. Какое-то удивительное ощущение счастья заполонило это поле, которое еще недавно было полем брани…

Мы разговаривали с немцами каким-то чудесным образом… Я не понимал немецкой речи, но чувствовал, что они рады нас видеть.

Мы были в этот момент такими близкими и родными… Этот случай остался в моей памяти на всю жизнь. И даже после войны, в минуты отчаяния, я вспоминал это чудо и тихо радовался…

И все-таки Рождество начинается в сердце.