Многих убитых своими же «побратимами» ВСУшников записывают как самоубийц, чтобы скрыть преступление, и сэкономить на выплатах семьям. Об этом рассказали в сюжете BBC, передаёт корреспондент «ПолитНавигатора». Семьи и родственники не получат никаких выплат, льгот или почестей. «Когда мне говорят «он сам», меня аж передёргивает. Он ведь не дома на диване это сделал. Дома нет автомата. Нас всех как бы поделили: одни правильно погибли, другие – неправильно.Забрали на войну, потом привезли полуразложившееся тело, похоронили. И всё, государство больше не при чём», – жаловалась Екатерина, мать одного из насильно мобилизованных. «Именно война сломала его психику: он отчаялся. И разочаровался и в командовании, и во всём.Мне жаль мужа, себя, и сына. Это несправедливо, страна просто выбросила меня на обочину. Я отдала мужа на защиту страны, но государство забрало его у меня, и я осталась сама, без всякой помощи», – рассказала другая вдова. Оказалось, что таких случаев по Украине как минимум сотни
Многих убитых своими же «побратимами» ВСУшников записывают как самоубийц, чтобы скрыть преступление, и сэкономить на выплатах семьям. Об этом рассказали в сюжете BBC, передаёт корреспондент «ПолитНавигатора».
Семьи и родственники не получат никаких выплат, льгот или почестей.
«Когда мне говорят «он сам», меня аж передёргивает. Он ведь не дома на диване это сделал. Дома нет автомата. Нас всех как бы поделили: одни правильно погибли, другие – неправильно.Забрали на войну, потом привезли полуразложившееся тело, похоронили. И всё, государство больше не при чём», – жаловалась Екатерина, мать одного из насильно мобилизованных.
«Именно война сломала его психику: он отчаялся. И разочаровался и в командовании, и во всём.Мне жаль мужа, себя, и сына. Это несправедливо, страна просто выбросила меня на обочину. Я отдала мужа на защиту страны, но государство забрало его у меня, и я осталась сама, без всякой помощи», – рассказала другая вдова.
Оказалось, что таких случаев по Украине как минимум сотни. Об этом рассказала правозащитница Оксана Боркун. Она призналась, что сама работает с несколькими случаями самоубийства в ВСУ в месяц.
«Если совершил самоубийство – значит, не герой. Где-то отказываются отпевать, размещать их фото на алее памяти.Очень часто ни служебное расследование в военной части, ни досудебное расследование, не даёт родным ответов на вопросы. И среди сотен известных случаев есть такие, где самоубийством прикрывается убийство.Ведь на линии боестолкновения нет командиров, военных органов, полиции. Могут происходить очень разные случаи», – добавила правозащитница.
Автор: Вадим Москаленко